Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

это да! Он уже и мага успел подключить? Этак всю славу история припишет не принцессе Кармодона Альвине, а неверийцу… Этому не бывать! Я не выдержала, и показала бумагам язык. Уже завтра, после официального приема принца, я объявлю состав рабочей группы, и себя – ее председателем. Если отец разозлится на меня за отказ Стичу – тем лучше, не будет мешать, поскольку просто перестанет со мной разговаривать.

Волшебник вернулся, держа в руках поднос с великолепными бокалами зеленого стекла. За ним следовала Аманда, неся тарелочку с маленькими, украшенными ягодами, пирожными. После перенесенных мной нескольких минут сильнейшего волнения это было как нельзя кстати.

– Прошу, Ваше Осочество, – Навыч заметил, что я смотрю на бумаги, и подал бокал, улыбаясь как кот, объевшийся сметаны. – Первый тост – ваш!

– За дружбу между народами! – не задумываясь, воскликнула я и залпом выпила напиток. После чего заметила: – Дружбу, которая может быстро сойти на нет.

Маг поперхнулся вином. Мне пришлось постучать его по спине, а заодно я ощупала материал, из которого был сшит халатик.

– Почему же это? – изумленно спросил он, отдышавшись.

– Потому что Его Высочество Стич не планирует жениться на мне, и я поддерживаю его в этом решении, – как можно любезнее пояснила я.

– О-о-о! – простонал маг. – Как быть недальновидно вы! Но вы правы – принц не планировать, однако планировать его родители.

– Тогда все еще хуже, чем я предполагала, – мрачно сообщила я. – Он дал мне слово, что не женится, и точка. А мне совершенно напле… не интересны планы горячо уважаемых неверийских правителей.

– Все совсем плохо, – грустно кивнул Навыч. – Но я что-нибудь придумать, обещаю! Дайте мне время до завтра, Ваше Осочество.

– Времени-то у нас и нет, – пожала я плечами, – завтра в полдень Его Высочество Стич будет принят при дворе, а насколько я знаю нежно любимого папеньку, вопрос о женитьбе прозвучит сразу и безапелляционно. Даже не представляю, что случится, когда принц прилюдно скажет «нет», а я его за это прилюдно расцелую!

Несмотря на всю серьезность ситуации, Аманда не сдержала смешок.

– Не надо беспокойства, – маг снова разлил вино по бокалам. – Давайте лучше выпивать.

– Давайте, – беспрекословно согласилась я.

От всего происходящего шла кругом голова, хотелось просто лечь и забыться, не думая о будущем. Медведовое должно было прекрасно подойти в качестве снотворного.

– Я видеть, как вы видеть план нового город, – заметил маг после нескольких бокалов, которые мы выпили молча. Похоже, он раздумывал над тем, как будет действовать завтра, а мы с Амандой просто наслаждались вкусом напитка. – Я понять, что это ваша идея. И она – великолепна!

– Благодарю, – я скромно затрепетала ресницами. – Но вы наверняка знаете про Норрофинд больше меня и Стича вместе взятых.

– Я там бывать, – улыбнулся Навыч, – давно-давно. Я быть молод и полон… как это сказать? Угля юности?

Мы с Амандой прыснули.

– Огня, наверное? – уточнила я. – Вы любили путешествовать?

– О, очень! Прямо сильно!

– Я тоже люблю, – вздохнула я. – Но мне не разрешают.

– Все быть хорошо, – кивнул маг, серьезно глядя на меня, и мне захотелось ему поверить.

– Хотите войти в состав рабочей группы по возрождению Норрофинда? – повинуясь внезапному порыву сказала я. – Завтра я собираюсь объявить о ее создании.

– А мой принц? – уточнил волшебник.

– Будет моим заместителем, я полагаю, – пожала я плечами. – Если вы читали его записи, то знаете, что ему интереснее организация стройки, нежели сама идея. Займется материально-технической частью.

В глазах Навыча промелькнула какая-то эмоция, но я не успела понять, какая. Отставив бокал, он подошел к столу, поднял записи Стича и вернулся.

– Здеся два почерка, – он сунул бумагу мне под нос, – вы о каком?

Я ткнула в мелкие аккуратные буковки.

– Ну вот же. Его Высочество признался, что по пути в Тессу совсем не спал, записывал мысли о будущем строительстве.

– О! – глубокомысленно сказал маг и вдруг подбросил листы в воздух, смеясь.

Открыв рты, мы с Амандой смотрели, как веселится волшебник, и как белые листы бумаги, кружась, опускаются на ковер, украшенный традиционным орнаментом.

– Все быть хорошо, – отсмеявшись, снова повторил Навыч и щелкнул пальцами. Листы послушно поднялись с пола, отлетели на стол и легли ровной стопкой. – Выпьем за это!

– Выпьем, – кивнула я, сожалея, что этот бокал будет последним – если вино так действует на неверийского мага, что же будет с кармодонской принцессой? – И, пожалуй, нам уже пора. Завтра сложный день.

– Нет, – снова засмеялся маг. – Все быть предельно просто. Я обещать! Если это быть не так – вы не включать меня в рабочий груп!

– Договорились, – мило улыбнулась я, хотя мне уже хотелось сбежать от сбрендившего старика. – До завтра!

Мы с Амандой выскочили из покоев с такой скоростью, что Онтарио, подпирающий спиной стену, посмотрел на нас с изумлением:

– Что случилось?

– Это все медведовое вино, – пояснила я. – Оно сладкое и вызывает ужасную жажду! Мне срочно нужно выпить воды.

– Как-то не замечал… – пробормотал младший Ананакс и вдруг застыл, будто к чему-то прислушивался.

Аманда ничего не заметила – алкоголь украсил ее щеки розами лихорадочного румянца, придал взгляду мечтательное выражение, но лишил внимательности. А вот меня выражение его лица удивило.

– Моя невеста проводит вас, Ваше Высочество, – сказал Онтарио. – Прошу простить, но я вынужден вас покинуть.

– А как же ваши слова о том, что «Ее Высочество умеет находить приключения»? – возмутилась я. – А если мы заблудимся, свернем не туда, подвергнемся нападению заговорщиков?

Аманда пьяно захихикала.

– Что-то мне подсказывает, что им же будет хуже, – пожал плечами младший Ананакс.

В другое время мне было бы лестно такое высказывание, но сейчас я сердито фыркнула, схватила Аманду за руку и потащила за собой.

Сворачивая за угол, не выдержала – оглянулась. Онтарио в коридоре не было. Интересно, куда он делся с учетом того, что коридор заканчивался тупиком?

Пришлось мне довести подругу до покоев Бабайки и сдать ей на руки – медведовое оказалось слишком коварным, поскольку действовало не сразу. К концу нашего пути распоясавшаяся фрейлина вовсю распевала гимн Кармодона и клялась мне в верности сердцем, почками и другими органами. Следует признать, что я ужасно хотела ей подпеть, причем громко, но я держалась из последних сил, памятуя о том, что отец пока не простил мне приключения с висельниками.

Добравшись, наконец, до своей спальни, я без сил упала рядом со смиссой, обняла ее за шею и сладко зевнула. В моей голове сладко шумели волны медведового вина, изгоняя мысли о завтра, обо мне, о Норрофинде. И об Онтарио…

* * *

«Если тебе что-то нужно, Альвина, твоего терпения