Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

* * *

Из Владивостока, по линии Всеволода, пришла первая партия раций. Пять ящиков. Три стандартных армейских ящика, с уже знакомыми мелкими сто сорок седьмыми, один с более крупными — сто девятыми и…

— Р-159! «Микрон»! — выдохнули мои старики, когда был вскрыт последний ящик.

— Она чем-то знаменита? — осторожно поинтересовался я, боясь, что их трясущимися руками рацию аккуратно не извлечь.

— Эта красавица через весь Афган прошла! — озадачил меня Петрович, так как я не вдруг сообразил, что речь не про страну, а про войну в Афганистане.

Оно и не удивительно. Сейчас про ту войну помнят лишь люди в возрасте, а спроси кого-то из моих друзей — детдомовцев, так больше половины из них лишь глаза выпучат, вроде того, что первый раз слышат. Не слишком она в учебниках нынешней истории освещена.

— Хм, давайте разберём их и посмотрим, но про эту модель у нас договора с военными не было, — обозначил я радиоинженерам свою позицию.

Простую и прямую, как оглобля. Изучим, посмотрим. Если будет хоть какая-то уверенность в работе этого типа раций в условиях Аномалий — восстановим, а вот за сколько? Ну, это уже другой вопрос. Творческий.

Опять же, и мысли сразу появляются совсем не по теме. Да, КПД моих преобразований пока не высок. Но когда армию волновали такие мелочи? Если электроника начнёт нормально работать в Аномалиях, то кто станет смотреть на счётчик электроэнергии? Один лишь керосин для вылета реактивного самолёта стоит столько, что про счета за электроэнергию можно попросту забыть.

Но, отставить. Идеи вроде бы здравые, с точки зрения чрезвычайных ситуаций, но…

А вот с НО и начинаются расхождения. Лично мои.

Старенькая «Микрон» оказалась крепким орешком. Конструкция была еще более сложной, чем у Р-109, с огромным количеством примитивных, по современным меркам, транзисторов. Но в этой простоте была своя гениальность и живучесть. Старики, как хирурги перед уникальной операцией, сутки колдовали над схемами, выискивая неисправности. Я же, видя их азарт, просто предоставил им полную свободу действий, сам сосредоточившись на подготовке к предстоящему главному событию — своему шестнадцатилетию.

Оно уже через три дня. Не просто день рождения. Рубеж. Граница, после которой я переставал быть «несовершеннолетним детдомовцем» и становился почти полноправным гражданином с паспортом. Это означало свободу. И колоссальную ответственность.

Я проводил последние сверки. Счет в банке, который Эльвира открыла на меня как на «малолетнего предпринимателя», теперь должен был перейти под мой полный контроль. Контракты с Всеволодом — легализоваться на мое имя. И, самое главное, мне больше не нужно было бы выпрашивать разрешения на поездки в Пробои. Я мог зарегистрироваться как охотник-одиночка.

Но и угрозы возрастали. Побитые уголовники обо мне помнят. Банщики, которых я лишил доходов с «детдомоских девочек», тоже меня не забыли. А теперь, с моими наработками в техномагии, я рискую привлечь внимание куда более серьезных хищников — корпораций и государств.

Нужна была новая стратегия. Новая «легенда».

Вечером накануне дня рождения я собрал в своей каморке узкий круг: Эльвиру, Всеволода Степановича (который, к моему удивлению, согласился приехать), стариков — Алексея Петровича и Семёныча, и своих ближайших «лейтенантов» — Сергея и Гришку.

— Завтра мне шестнадцать, — начал я без предисловий. — Это меняет правила. Я больше не ваша проблема, Эльвира Захаровна, и не ваш подопечный, Всеволод Степанович. Я становлюсь самостоятельным игроком. И я хочу продолжать сотрудничество, но на новых условиях.

Всеволод внимательно смотрел на меня, его лицо было непроницаемо. Эльвира нервно теребила носовой платок.

— Каких условиях? — довольно строго спросил капитан.

— Первое. Я официально регистрирую ИП — индивидуального предпринимателя. «Мастерская Соколова». Ремонт и модернизация спецтехники, консультации. Все контракты там будут оформляться абсолютно легально, с всеми положенными налогами. Это защитит и меня, и вас.

Всеволод кивнул. Для государства прозрачность всегда предпочтительнее. Оно и понятно. Есть две вещи, которые вечны: — смерть и налоги.

— Второе. Я подаю документы на регистрацию, как охотник на аномалии. Специализация — техническая поддержка и разведка. Мне сейчас нужен не только доступ к форумам, базам данных и, в перспективе, к закрытым заказам, но и выход на их торговую площадку, и с хорошими рекомендациями.

— Это можно устроить. Как мне сказал Иван Матвеевич. Твои испытания в «Болоте-12» произвели впечатление. Ты у Охотников на хорошем счету. — спокойно заметил сотрудник органов.

— Третье. Я остаюсь здесь, в детдоме. Пока, — я посмотрел на Эльвиру. — Но не как воспитанник. Как арендатор. Я беру в аренду мастерские и жилое помещение. Плачу деньги. И оказываю техподдержку детдому — ремонт, обучение ребят. Это даст вам дополнительное финансирование и статус.

Эльвира закивала, в ее глазах блеснула надежда. Это было для неё спасением от перспективы вернуться обратно к нищенскому бюджету, потеряв связь с ФСБ.

— И четвертое, самое важное, — я сделал паузу. — Мои исследования… уходят в новую плоскость. Речь идет не просто о защите электроники. Речь идет о новых источниках энергии. Очень мощных и работающих в Пробоях. Я не буду вдаваться сейчас в детали. Но я даю слово: первыми, кто получит доступ к рабочим образцам, будет наша армия и ФСБ. При условии полной конфиденциальности и их серьёзного прикрытия.

Комната замерла. Всеволод Степанович медленно откинулся на спинку стула.

— Новые источники энергии, — повторил он, усилием воли проглотив остальное. — Александр, ты понимаешь, что это…

— Понимаю, — перебил я. — Поэтому и нужна конфиденциальность. И крыша. Не детдомовская. Государственная. Я предлагаю партнерство. Я — мозги и технологии. Вы — ресурсы и защита.

Капитан долго молчал, буравя меня взглядом. Вовсе недобрым, если что.

— Ты взрослеешь не по дням, а по часам, — наконец произнес он. — Хорошо. Согласен в принципе, но лишь после того, как мы обсудим это наедине. Как ты понимаешь, обязательно будет проверка. Комиссия из наших специалистов и ученых. Они оценят твои «новые источники». Если это не фантазия — получишь всё, что просишь. И даже больше. Но если это блеф…

— Это не блеф, — уверенно сказал я. — Через неделю после получения паспорта я готов предоставить демонстрационный образец. Электрический генератор с удельной ёмкостью, на порядок превышающей лучшие литий-ионные аккумуляторы. Понятное дело — в их весе и размере.

В комнате воцарилась гробовая тишина. Даже старики