Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Нацеловавшись вдоволь, я уже собрался было идти назад в корпус, как вдруг…

— Эй! Суворовец! — окликнул меня кто-то несмело. — Товарищ суворовец!

Я тормознул.

— Товарищ суворовец! — робко забормотала какая-то девчонка в пальтишке и беретике.

Лицо ее показалось мне знакомым. Где-то я ее видел… И, кажись, не то что бы давно.

— Привет! — поздоровался я. — Чего тебе? Позвать кого?

Ух, холодно-то как! Если я тут еще минут десять простою, то Настя, кажется, потеряет своего парня…

— Суворовца Антонова… — смущенно сказала девушка и тут же густо покраснела.

А чего стесняться-то? Нормально все. Не одни мы с Настей свиданки через забор устраиваем. Можно, конечно, и на КПП, но там нет-нет, да и нарисуется офицер-воспитатель. А посему пришлось бы пожертвовать некоторыми приятными моментами, без которых свидание — не свидание, а так, дружеская встреча двух комсомольцев…

— Антонова? — с готовностью откликнулся я. — Ладно, сей минут, красавица! Жди тут! Далеко не уходи!

Я вспомнил это милое и постоянно смущающееся создание. С Коляном, кажется, у них какой-то амур намечался. Правда, вместе я их всего пару раз видел.

Колян Антонов нашелся в комнате досуга. Уныло сам с собой играл в шахматы.

— Как успехи, гроссмейстер? — полюбопытствовал я, вваливаясь в комнату.

Ух как хорошо-то в тепло вернуться с мороза! Тем более, когда ты хорошенько нацеловался! Да и увал долгожданный, кажется, уже скоро будет… Если я, конечно, до выходных себе еще один залет не нарисую! Когда мы у забора миловались, Настя мне, загадочно улыбаясь, шепнула, что дома, кажется, никого не будет… А посему мне этот увал позарез был нужен!

Колян не ответил. Сидел, опершись подбородком на локоть, и задумчиво вертел в руках ладью. А потом поставил ее куда-то наобум.

— Ого! — удивился я. — А с каких это пор у нас ладья буквой «Г» ходит? Ты, брат, играть разучился?

— А? — нехотя откликнулся приятель.

Ясно. Опять загрузился. Все о Красовской думает. Размышляет, как бы ему в «Склиф» к больной наведаться. Я и так его вчера едва не за шкирку поймал, когда он снова в самоволку намылился.

А теперь, кажись, опять…

И чего он так залип на нашу «Красотку»? Вроде как у него и девчонка теперь имеется…

— Слушай, Колян! — подсел я к товарищу. — Знаешь, нехорошо так делать…

— Чего нехорошо? — уныло отозвался приятель.

— Нехорошо девушку заставлять ждать! — попенял я, решительно выдергивая у него из рук ладью и ставя на место. — Барышня у забора сейчас дуба от мороза даст. Ждет тебя, мерзнет, каблучками стучит от нетерпения, а ты тут думы свои думаешь…

Сейчас грусть Коляна как рукой снимет!

Но реакция приятеля меня удивила.

Обычно, когда кому-то из суворовцев сообщали, что к нему на КПП пришла девушка, то этот «кто-то» моментально подрывался и, врубив четвертую передачу, летел пулей к объекту воздыхания, не обращая внимания на подколки однокашников.

Но Колян, как ни странно, отнюдь не обрадовался.

— Я не пойду! — сказал он хмуро и отвернулся.

— Чего-о? — удивился я.

Вот так пенки на ночь глядя! Я за два года в Суворовском такого еще не видывал!

— Это как так не пойду? Ты, приятель, не оглох случайно? — втолковывал я суворовцу. — Говорю же, Колян: тебя девушка ждет! У забора! Мерзнет, дурень! Там дубак — будь здоров! Градусов двадцать пять, не меньше! Так что давай, ноги в руки, и лети!

— Не пойду! — упрямо повторил Колян. Отодвинул шахматную доску и встал. Взял с полки свежий выпуск журнала «Юный техник» и, раскрыв его на первой попавшейся странице, уткнулся туда невидящим взглядом.

Ясно-понятно.

Кажется, тут не все так просто. Придется вмешаться.

— Хорош, Колян! — я решительно выудил из рук приятеля ненужный ему журнал и сказал: — Давай, быстро колись, в чем тут дело!

Глава 5

— Не хочу я к ней идти! — помявшись, признался Колян.

И приятель понуро опустил голову. Будто в подлости какой-то признавался. Замер у окна, будто памятник. Стоял, не поворачиваясь ко мне, уткнув голову в холодное стекло.

— А чего так? — полюбопытствовал я. — Чего тормозишь-то? Девчонка вроде ничего… Милая такая… Звать-то ее как?

— Кира… — все так же нехотя ответил товарищ. — Неподалеку тут живет.

— Отличное имя! Редкое такое… — продолжал я. — Так в чем проблема-то? Ты этой Кире точняк нравишься! Иначе б не поперлась она к тебе в такой мороз, когда хороший хозяин собаку не выгонит! Это ж та самая брюнеточка, с которой ты на балу отплясывал?

Колян хмуро кивнул и, скрестив руки, отошел к окну. Хмуро уставился на снег, падающий за окном. Совсем как тогда, когда мы, собравшись в комнате досуга, обсуждали недавнее происшествие с нападением на учительницу…

— Так… потанцевали и разошлись, — пробормотал Колян, не оборачиваясь.

— А потом? — расспрашивал я приятеля.

Бедная Кира! Небось совсем уже там околела у забора! А этот все булки мнет!

— А потом… Она третий раз уже ко мне приходит… — Колян схватился за голову руками. — Один раз на КПП меня подкараулила, прямо в воскресенье. Когда я в увал собирался… Пойдемте, говорит, Николай, в кино… Там «Уроки французского» показывают. Записку с номером телефона всучила. Теперь вот за забором меня ждет.

— Ну и что? — изумился я. — Плохо разве, когда рыбка сама в сети плывет? Тебе и напрягаться не надо! Сходил бы! «Уроки французского», кстати, отличный, фильм…

— Ты откуда знаешь? — изумился приятель. Ты ж не ходил еще…

— Саня Раменский рассказывал! — нашелся я.

Не признаваться же Коляну, что я «Уроки французского» уже раз двадцать видел! И книжку Распутина читал, и фильм в кино в свое время посмотрел. В кинотеатре, которого к 2014-му уже и не стало… Снесли его и построили на его месте какой-то уродский торговый центр.

А потом, в нулевых, я и кассету с фильмом «Уроки французского» на «Горбушке» купил. Чтобы в который раз пересмотреть, как главный герой с учительницей в «чику» рубился… А потом уж и на DVD купил. Валяется у меня где-то дома этот диск. В той жизни, которая осталась за бортом…

Колян, ясень пень, ничего про это не знает. Советский суворовец семидесятых