Бродяга: Бродяга. Звёздные закоулки. Драку заказывали? - Эльхан Аскеров

медленно двинулся в сторону коридора разгона. Оба крейсера, тут же полыхнув маневровыми движками, сместились так, чтобы иметь возможность в любой момент перекрыть линкору проход. Криво усмехнувшись, Артём, не поворачиваясь, спокойно скомандовал:

– Дока, начали.

Вместо ответа он увидел на мониторе, как люки станции открылись и орудия залпом выплюнули плазменный огонь. Оба крейсера окутались вспышками просевших щитов. Дока, уже давно просчитавший весь рисунок боя, воспользовался четырьмя из шестнадцати орудий. Именно эти пушки и были направлены в сторону коридора разгона. После первого залпа искин принялся палить из орудий в шахматном порядке. Пока две пушки стреляют, вторые две дожидаются закачки накопителей энергией.

Так что огонь станция вела почти беспрерывно. Уже после третьего залпа оба крейсера, паря и рассыпая искры из перебитых энерговодов, отвалились в сторону. Линкор, перед боем сбросивший скорость, снова начал разгоняться.

– Дока, что у нас с записью? – со злой усмешкой поинтересовался Артём.

– Хоть на киностудию выставляй, – иронично усмехнулся искин.

– Вышел в коридор разгона, увеличиваю скорость. Выход в гипер через два часа, – коротко доложил Добрыня.

– Молодец. Не забывай присматривать за задней полусферой, – улыбнулся парень. – От этих тварей всего ожидать можно. Дока, взлом системы с тобой не свяжут?

– Я бы с удовольствием посмотрел на того, кто сумеет это сделать, – хмыкнул искин с заметным презрением в голосе. – Я перебросил все бытовые системы на вспомогательные искины, а искин системы безопасности вообще обнулил. Так что, кроме того, что его взломали, никто вообще ничего не поймёшь.

– Взбаламутил мозги сородичу и радуется, – пряча улыбку, поддел его Артём.

– Было бы там чего баламутить, – фыркнул Дока. – Ему обновление последний раз делали ещё до начала войны.

– Куда дальше? – повернулся к нему Артём.

– До следующей станции, – пожал Дока плечами. – Мы ещё и половину товара не продали.

– И где у нас станция? – потянувшись, лениво поинтересовался парень.

– Один прыжок на пять суток. Кстати, там станция гораздо больше, а значит, и тебе будет, где погулять.

– Погулять, в смысле поискать артефакты, или погулять, в смысле по бабам? – ехидно уточнил Артём.

– И то и другое. Но имей в виду, владельцы станции личности непростые. Прямых доказательств нет, но мелькали сообщения, что они имеют связи с пиратами.

– А ты у меня для чего? – развёл Артём руками. – Да ещё и Добрыня тебе в помощь. Или ты считаешь, что объединённой мощности залпа «Сварога» не хватит, чтобы любую эскадру удивить?

– Об этом я не беспокоюсь, – отмахнулся Дока. – Против нас теперь только если артиллерийский монитор выставить. И то ещё два раза посмотреть, кто победит. Но на станции ты будешь только в сопровождении четырёх андроидов.

– Их так просто вывести из строя? – удивился парень.

– Ну, если только ракетным оружием прямой наводкой или ЭМ-сигналом, так же, в прямой видимости.

– Тогда я не понимаю, к чему весь этот разговор, – пожал парень плечами.

– К тому, мой юный друг, что тебя могут попытаться просто обмануть. А ты, когда увлекаешься, перестаёшь вообще замечать что-то вокруг.

– Ну, я привык на твою охрану рассчитывать, – смутился Артём. – К тому же у меня комбез ушедших, с полным вооружением.

– Только это меня и мирит с твоей небрежностью, – фыркнул Дока.

– Не ворчи, железяка, – примирительно улыбнулся Артём. – Знаешь же, мне просто иногда бывает очень скучно. Вечно учиться устаёшь. Кстати, а что там с нашим гостем? Или гостьей? Блин, даже не знаю, как правильно его-её назвать, – почесал парень в затылке.

– Ну, учитывая её переход, думаю, будет правильно называть её женщиной. Должен признать, процесс хоть и не заметный, на первый взгляд, но очень интересный.

– Ты ведёшь запись? – растерялся Артём, не ожидавший от своего искина такой выходки.

– Да. Но только для себя, – коротко кивнул Дока. – А вообще, за подобную запись научные институты в своё время готовы были заплатить огромные деньги. И кстати, предложение до сих пор остается в силе.

– Оставь, приятель, – отмахнулся Артём. – Это будет непорядочно по отношению к нашей гостье. Она нам доверилась, а мы… – парень замолчал, неопределённо махнув рукой.

– Я же сказал, запись только в познавательных целях, для меня, – вздохнул Дока. – Да и все эти институты находились в центральных мирах. Так что теперь об этом и вспоминать не стоит.

– Угу, забыл, как за нами из одного такого института гонялись? – иронично усмехнулся Артём. – Эту шваль никаким дустом не выведешь.

– Не беспокойся. Мне просто стало интересно понять сам процесс обращения. А делиться этими знаниями я ни с кем не собираюсь.

– Тогда зачем тебе это вообще?

– Механизм этого явления вообще никак не изучен. Во всех обитаемых мирах никто даже представления не имеет, как это происходит. Но у меня возникла версия, что на его основе можно будет разработать новую систему полного омоложения разумного живого.

– Так что-то такое уже вроде имеется, – озадаченно проворчал Артём, почёсывая в затылке.

– Верно. Имеется. Но разработанный процесс очень долог и неприятен. А самое главное, он подходит не каждому живому.

– Думаешь, у тебя получится лучше? – иронично хмыкнул парень. – Не забывай, что тот процесс разрабатывали несколько институтов сразу, на основе изучения механизма человеческого старения. А тут совсем другое.

– Тёма, я отлично знаю, что там и как, – вдруг возмутился искин. – Вся беда в том, что в нашем случае изменения не проходят глубоко. Основа остаётся прежней. А у лерийцев всё происходит на генетическом уровне. Они раса долгоживущих, а не просто метаморфов.

– Э-э, в каком смысле долгоживущих? – насторожился Артём.

– В прямом. Средний возраст обычной продолжительности жизни у них около пятисот лет. Тогда как жители обитаемых миров живут в среднем до ста пятидесяти. После они могут применить процедуру короткого омоложения и прожить ещё примерно шестьдесят-восемьдесят лет. После опять процедура полного омоложения и всё сначала. Сто пятьдесят лет, но на этот раз уже без возможности неполного омоложения. Да и полное делается очень редко. Только если организм разумного способен перенести эту процедуру. Там возникает очень много ограничений. А здесь сама жизнь от рождения длится примерно пятьсот средних лет.

– Погоди, а ты не думал, что в данном случае одно не может быть без другого? – задумчиво протянул Артём. – Ну, в смысле, без смены пола невозможно и омоложение? Ты сам говорил, что у них это происходит на генетическом уровне.

– Вот я и хочу разобраться в этом механизме, – кивнул искин.

– И как ты это сделаешь, имея только запись? – не понял парень.

– Все материалы для анализов я собираю регулярно, при помощи дроидов. Так что работать есть с чем.

– Ладно, развлекайся, – проворчал парень с некоторой растерянностью.

Пока они лениво перебрасывались фразами,