Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

незнакомых тетушек, стоящих на площадке между вторым и третьим этажом. Соседки вели оживленную беседу и явно были недовольны, что я их прервал. Холодно нынче на лавке сидеть. Дубак в Москве уже которую неделю. Вот и перенесли словоохотливые кумушки свои ежедневные консилиумы на лестницу.

— Прошу прощения… — наспех пробормотал я и хотел было дальше лететь наверх, но как бы не так! Меня снова тормознули.

— Это куда это ты побег? Эй, суворовец! — бдительно спросила меня одна из соседок, на вид пожилая, с полным мусорным ведром в руках. — Эй! Стой, говорю!

Загородила проход. Даже руки раскинула. Пришлось остановиться. Эта не хуже любого сотрудника ЧОПа работает. Еще и бесплатно. Все-то ее касается. Все-то она должна знать. Кто, куда, зачем… «И боится их порой даже участковый»…

Бабуля вперилась в меня поверх очков взглядом хищной птицы. Полное мусорное ведро так и висело в морщинистой руке. Ее компаньонка тоже сверлила меня глазами.

А любопытная соседка-то мне может оказаться очень даже на руку!

— Здравствуйте! — соблюл я политес. Одернул на себе шинель и торопливо спросил: — А Вы не видели случайно, еще один… ну… суворовец? Тут не пробегал только что?

Лица соседок разгладились.

— А! Макарка-то? — уже доброжелательнее отозвалась вторая, полная и круглолицая. От нее дурманяще пахло домашними пирожками. — Пробегал, пробегал… Да только что на пятый этаж пролетел. К Маринке, вертихвостке, наверное, в гости намылился. Знаем мы ее, молодежь эту современную… А ты его друг, что ли?

— Ага, друг! — кинул я торопливо. Первая соседка с ведром все еще не собиралась освобождать проход. Ну не драться же мне с ней!

И для пущей убедительности я брякнул первое, что пришло в голову:

— В училище его срочно вызвали! Вот, бегу предупредить!

Бабушка с ведром пожевала губами, а потом, просканировав меня взглядом, открыла «шлагбаум». Я, довольный и взмыленный, побежал дальше, наверх.

В другой раз я бы, конечно, не стал ни перед кем отчитываться о цели своего визита. С фига ли? Но сейчас я был готов даже расцеловать бдительную соседку с мусорным ведром — прямо в ее морщинистые щеки!

Я взлетел на пятый этаж, в два прыжка преодолев последний пролет, и остановился, как вкопанный.

Ни фига себе!

А дальше было все, как в замедленной съемке…

Настежь открытое окно на пятом этаже дома. Голоса суровых соседок-сплетниц снизу, которые, кажись, так и не собирались расходиться. И Тополь, уже перекинувший одну ногу через подоконник.

Быстро, не думая и не отвечая на вопросы, я прыгнул к несостоявшемуся игроку в карты, мигом обхватил его обеими руками за пояс и, сделав сильный рывок назад, сдернул на пол.

Ни фига себе, какой он тяжелый! Будто и не суворовец вовсе, а грузный «полкан» Тополь, который когда-то в далеком 2014-м предлагал мне «очень выгодный альянс».

А с виду и не скажешь!

— Ба-бах!

Мы вдвоем с Тополем повалились прямо на холодный грязный пол. Даже дом, кажется, вздрогнул после нашего падения.

Ошарашенный, я еще несколько мгновений не шевелился. А потом, отпихнув придурка в сторону, сел. Стащил с себя шапку и вытер вспотевший лоб и волосы… Я был практически весь мокрый от волнения и быстрого бега.

Я, все так же сидя на полу, прислонился к стене и довольно улыбнулся.

Все! Дело сделано! Я успел! И чуйка моя меня не подвела. Как и всегда.

Однако спасенный, как оказалось, вовсе не разделял моего хорошего настроения.

— На хрена ты это сделал? — вдруг выкрикнул Тополь. — Ты вообще откуда взялся? Следил за мной, что ли?

Взгляд его был все таким же безумным. Кулаки сжались. Красная морда Тополя с узкими глазенками выражала ярость и негодование. И я вдруг увидел, что по лицу его катятся злые слезы.

Стало быть, благодарности за спасение жизни можно не ждать.

Еще бы! Я ж, дурак такой, помешал привести Тополю в исполнение такое «гениальное» решение всех проблем!

Я понимал, с чего он вдруг решил свести счеты с жизнью. Вляпавшийся по уши не в тот шоколад «старшак» понял, что мафия с Шипиловской улицы во главе с «Ризотто» от него не отвяжется. Рано или поздно они его выцепят, сколько б суворовец от них не щемился. И скорее всего, обдерут как липку. И о процентах не забудут. Даже через десять лет. А не захочет отдавать — покалечат. И это в лучшем случае.

Тополь уселся на пол, у открытого окна, опустил голову и обхватил колени руками. Плечи его вздрагивали. А потом подросток поднял голову, все так же зло посмотрел на меня и прошипел:

— Ты… ты… Да ты знаешь, кто ты? Кто тебя просил, а? Кто просил тебя?

Но я тут же зажал его морду ладонью. «Молчи, мол».

Тополь что-то промычал и попытался было сдернуть мою руку, но не тут-то было.

— Заткнись! — не особо вежливо велел я спасенному.

Мне, в общем-то, было глубоко фиолетово, скажет мне Тополь: «Спасибо!» или нет. Я сделал то, что должен был.

Я прислушался.

Голоса внизу внезапно затихли. А потом раздался торопливый топот ног. Он слышался все яснее и яснее.

Соседки. Как услышали, что что-то происходит, мигом перестали обсуждать, кто из соседей — алкоголик, а кто — женщина легкого поведения, и побежали наверх — поскорее посмотреть, что же случилось. Надо же кумушкам первыми всегда обо всем узнать! А то что в следующий раз обсуждать, когда ведро выносить соберутся?

— Вставай! — шепнул я Тополю, не убирая руки. — И не вздумай орать! Молчи и будь паинькой! Понял?

Тополь еще разок что-то недовольно промычал, а потом еле заметно кивнул.

И вовремя!

Только я заставил его подняться и сам встал на ноги, как в пролете показались все те же любопытные лица. Одно — сухое и сморщенное, другое — круглое, с глазами по пять копеек.

— Ага! — проскрипела первая соседка, с ведром, и торжествующе указала на нас крючковатым пальцем. — Так я и знала! Курите!

— Нет! — я мигом захлопнул окно и, подтолкнув Тополя в спину, торопливо зашагал вниз по лестнице.

— Как бы не так! Ага! Не курят они! А еще суворовцы! — взвизгнула вторая. — А ну стойте-ка! Макарка! Вот я ужо матери скажу!

Круглолицая попыталась было схватить меня за рукав, но я, решив, что хватит церемониться, схватил ее за плечи и отодвинул в сторону. Оставил недовольно вопящих дам на