Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

спинами к остаткам моих сил и бросились вперед. Двое не смогли сделать и шагу, рыцари морфы, с которыми они сражались, тут же ударили по слабым местам. Еще один отошел всего на несколько метров. Но остальные семь набросились на меня вместе с предводителем.

Они бились слаженно, четко, словно в тысячный раз за свою жизнь. И вполне возможно, что именно так оно и было, ведь за забралами я видел серую кожу полудемонов. Но как бы они не были хороши, сколько бы они не сражались, с кем бы не дрались — такого противника, как я, у них никогда не было и больше не будет. Ведь я не собираюсь оставлять в живых никого из их проклятого племени в живых.

Очередная струя огня отогнала четверых, пятый поймал лицом длинную стальную иглу из револьвера. Подбежавший шестой споткнулся в метре от меня, и, усмехнувшись, я заметил Джи, удерживающую его магией. Мгновенной заминки хватило, чтобы пронзить его голову острием клинка, и в то же мгновение поймать щитом визжащее лезвие верховного инквизитора.

Искры полетели во все стороны, демоническая сталь легко сдавалась под напором неизвестного мне металла, но я уже перехватил меч и ударил в лицо Рейнхарду. По крайней мере мне так показалось. Сверкающий клинок распорол воздух, но непостижимым для меня образом враг уже сместился в сторону. Едва разминувшись с зубчатым лезвием, я сместился, выстреливая несколько игл, но те лишь застряли в толстой броне гиганта, не нанеся особенного вреда.

Опомнившиеся инквизиторы навалились на меня с двух сторон. Молот вырвал из рук остатки башенного щита, порвав толстые кожаные ремни. Мне пришлось отступать все дальше, заставляя противников нападать, мешая друг другу. Но те оказались мастерами, в совершенстве знающими свое оружие и стиль боя. Они двигались слаженно, били молниеносно, и только выжигающая мои жилы энергия позволяла избегать града ударов.

Когда на лицах полукровок начали появляться злобные удовлетворенные ухмылки, я принял очередной удар на блок. Лезвие со звоном отскочило от удара молота, рукоять повело и вырвало из правой ладони, а левую руку отбросило назад. Сразу двое инквизиторов, уверенные в победе бросились вперед. Пора.

Вспышка! — на секунду в моей ладони родилось крохотное Солнышко, я вложил в эту начальную технику Света все силы без остатка, и из простого заклятья оно превратилось в божественное, выжигая глаза и навсегда лишая противников зрения. Никто из них не успел зажмуриться, а в следующую секунду я уже заканчивал мучения двоих, широким взмахом светящегося меча обезглавливая полудемонов.

Вот только Рейнхарду было наплевать. Подняв опаленное забрало с ставшими бесполезными выжженными глазами, он бросился вперед. Прямо навстречу последним запасам горючей смеси, которую я нисколько не жалел. Верховный инквизитор взревел, но движения не прекратил. Мечи столкнулись в воздухе, но привычного прорубания стали не последовало. Гудя и сверкая мой клинок сшибся с зубастым лезвием противника.

Я привык что, под воздействием температуры или низкого гула вибрации ангельского меча, плавится и режется любая сталь. Демоническая, серая, дварфийская — совершенно любая. Вот только на черный меч Рейнхарда, похоже, такое действие не распространялось. Наоборот, визжа и высекая снопы искр, его клинок начал медленно, но неуклонно, погружаться в мой.

Он режет мой меч! Гадать почему так происходит времени совершенно не осталось, так что я сделал единственное, что имело смысл, вырвал лезвие из захвата противника и обрушил его вновь. Неземное сияние начинало быстро гаснуть, но у меня еще оставался шанс. Я должен успеть нанести врагу смертельную рану, а еще лучше прикончить тварь!

Торопясь, я едва не пропустил удар по туловищу. Демонический клинок оставил на поврежденном нагруднике глубокую борозду. Искры ударили в лицо, и мне пришлось отступить, а в следующее мгновение на доспех обрушился град пуль. Рейнхард, перехвативший чудовищный меч одной рукой, взял во вторую револьвер и один за другим выпустил в меня весь барабан. Похожие на мои собственные иглы пронзили левую руку, которой я невольно заслонился. Зазвенели о броню и повредили локтевой шарнир.

Горящий череп демона скалился острыми клыками. Бесполезная кожа слезла, обнажая истинную суть — черную демоническую кость, что прочнее стали. А фиолетовые глаза полыхали огнем злобы и превосходства. Лишившись левой руки и рабочего клинка, мне приходилось отбиваться не в силах перейти в контратаку. Зубастое лезвие порхало, срезая слои моей брони и постепенно добираясь до живой плоти.

Теперь доспех не помогал мне, а лишь сковывал движения. Выгадав момент, я отскочил назад, а затем выпустил через сопло огнемета весь пар, что оставался в котле. Взревев, Рейнхард бросился вперед, рубанул мечом, как косой, стараясь разрубить меня пополам. Но, дернув неприметный тросик под мышкой, я уже вывалился с другой стороны доспеха.

Демонический меч пробил нагрудную пластину и начал вгрызаться все глубже. Казалось, что он живет своей жизнью, и верховному инквизитору даже пришлось упереться в опустевшую броню ногой, чтобы высвободить оружие. Этой заминки мне хватило, чтобы, перекувырнувшись, уйти в сторону и подобрать брошенный ангельский меч.

Я успел дважды ударить врага под колено, прежде чем освободившийся клинок разрубил бывшего соратника Рейнхарда, внезапно вставшего между нами. Джи, окончательно ослабевшая, сделала мне последний подарок, взяв противника под контроль и заставив пройти вперед. Со всей силы я обрушил остывающий меч на запястье верховного инквизитора. Доспех затрещал, окрасился красным и, не выдержав, сломался.

Вот только успех был куда скромнее, чем мне представлялось. Я замешкался, и Рейнхард огрел меня обрубком руки, а затем, взяв черный меч в левую ладонь, вновь атаковал. Несмотря на жуткую боль в груди теперь, я стал куда мобильнее. Все мое тело сияло, крылья пылали за моей спиной, и я наконец мог двигаться совершенно свободно.

Вот только переполнявшая меня сила была заемной. Я высасывал ее из верующих, которые, ослабевая, падали без сознания один за другим. И вместе с ними слабел и я. Грубая физическая сила была на стороне демона. Любой из его ударов мог оборвать мою жизнь. И я скакал из стороны в сторону, помогая себе крыльями-щупальцами. Вот только время оказалось не на моей стороне. Минута, максимум две. И я упаду сам, без всякой помощи.

Ангельские жилы, переполненные силой, сжигали меня изнутри. Я должен закончить этот бой немедленно. Иначе проиграю. По голому черепу врага сложно было определить эмоции, но почему-то мне казалось, что он ухмыляется, понимая всю безнадежность сопротивления. Я должен прикончить Рейнхарда. Если я покончу с ним — будет выиграна не только битва. Вся война.

Решившись, я перехватил меч двумя руками и взял верхний агрессивный хват,