За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

кухне пятью этажами выше. Вор благоразумно не показался на глаза, и поступил мудро — несмотря на голод, я был вполне настроен пожертвовать супом и надеть эту кастрюлю ему на уши.

Ленка скептически посмотрела на меня и равнодушно пожала плечами. Ну в самом деле — откуда ей знать, что такое студенческая жизнь в общаге?

— Демид, где у нас хороший магазин с продуктами, чтобы всё было? — спросил я водителя.

— У купца Кудьяра на Рогатице[101] хорошая лавка, — отозвался Демид. — Там многие дворяне закупаются. Ну, которые из мелких, конечно.

— Поехали к Кудьяру, значит, — распорядился я.

А ничего так лавка у купца Кудьяра — как бы и не побольше Елисеевского гастронома, пожалуй. А судя по швейцару у входа и моментально подскочившему приказчику, дворяне, которые здесь закупаются, не такие уж и мелкие. Дедушка Путята и бабушка Ольга сюда, конечно, с авоськами не бегают, ну так они вообще по лавкам не бегают.

— Чем могу помочь, господа? — приказчик с достоинством наклонил голову. Мне сразу понравилось заведение — ненавижу лакейскую угодливость.

— Соберите продуктов, чтобы накормить трёх молодых людей с очень хорошим аппетитом. Окорок, колбасы какие-нибудь, сладкое.

— Кени, пусть сделают ещё салатов для девочек, — заметила Ленка, с интересом рассматривая чучело медведя, держащего в лапах корзину с колбасами.

— Это же лавка, а не ресторан, — возразил я. — Где они салаты возьмут?

— Не беспокойтесь, господин Кеннер, — вклинился приказчик. — Мы готовим салаты и холодные закуски.

— Откуда вы меня знаете? — удивился я.

— Мы все гербы знаем, — с гордостью ответил приказчик. — А портреты ваши часто появляются в светской хронике. И портреты госпожи Лены, — он поклонился Ленке. — Семейство Арди наши старые клиенты, ваши слуги у нас и покупают продукты. У нас сама сиятельная Милослава не так давно заказывала большой торт для своих сотрудников. Кондитерская Кудьяра по праву считается лучшей в Новгороде.

— Дааа? — в глазах у Ленки загорелся огонёк интереса.

— Тогда пирожные, — обречённо вздохнул я. — Для трёх девушек, которые очень любят сладкое, и которым не надо волноваться о фигуре. Разных, с запасом, чтобы точно хватило. И салаты, конечно. И всё прочее, чтобы никто не остался голодным.

* * *

Общага внушала. Красивое четырёхэтажное здание, отделанное сероватым мрамором и украшенное барельефами, как-то не очень вязалось с таким названием. Никаких бабушек-вахтёрш внизу, разумеется, не было. В просторном мраморном холле нам встретилась только пара девушек, которые, проходя мимо нас, вежливо мне поклонились.

— А что это они тебе кланяются? — с недоумением спросила Ленка.

— Что тебе непонятно? — хмыкнул я. — Это же пятый курс боевого.

— И что?

— И то, что они либо уже подписали с нами контракт, либо собираются, — объяснил я. — Я для них не безымянный студент-младшекурсник, а тот, кому они будут служить следующие двадцать лет.

Мы поднялись по широкой лестнице и двинулись налево по красиво отделанному коридору. Двери комнат располагались довольно далеко друг от друга — судя по всему, популярная у нас схема «два студента на десятиметровую комнатушку» здесь совсем не популярна. Но звуки из-за дверей доносились обычные для вечерней общаги — громкие разговоры, взрывы смеха, и конечно же, неизменное бездарное бренчание на гитаре. Наконец длинный коридор закончился, и мы постучали в дверь с двумя двойками.

Все наши были там. Как оказалось, это была совсем не комната, а двухкомнатная квартира, причём в гостиной легко могла бы поместиться целиком типичная двушка из хрущёвки.

— Вы все здесь живёте? — с любопытством спросил я.

— Нет, конечно, — ответила Дара, слегка покраснев. — Здесь я живу. Ваня в двадцать седьмой, а Смела в двадцать четвёртой. А чем это так вкусно пахнет?

— Мы закусок разных принесли, чтобы сидеть было не так скучно.

— Ой, надо дверь запереть, а то сейчас сюда пол-общаги завалится, — встрепенулась Дара. — Если этот запах почуют, то по следу пойдут, как ищейки.

Как это знакомо, я чуть не прослезился. Отделай общагу хоть золотом и яшмой, она всё равно останется общагой. Правильно писал Булгаков, что дело в головах[102].

— Хорошо живут дворяне, — с завистью сказал Иван, глядя на появляющиеся из пакетов деликатесы.

— Да, Иван, дворяне именно так и живут, — с иронией ответил я. — Притащат домой мешок еды, запрут все двери, чтобы соседи не проникли, и едят, едят, едят…

На этот раз Иван засмеялся первым. Неужели начинает понемногу избавляться от своих заскоков? Похоже, девчонки хорошо на него влияют.

Я сидел и с умилением смотрел на студентов, сметающих еду со стола. Эх, где мои студенческие годы… Хотя формально я, конечно, и сам студент, но всё же второй раз — это совсем не то. А за столом девчонки уже живо обсуждали своё.

— А я-то вообще бесприданница, — грустно сказала Дара.

— Ну вот у меня приданое есть, и что с того? — заметила на это Смела. — Кому в городе нужно деревенское приданое, и куда я эти подушки и перины дену?

— Ну мало ли? Какое приданое ни есть, а оно есть.

— А что, в деревне без приданого никак? — с любопытством спросила Ленка

— Что ты, что ты, — фыркнула Смела. — Там всё строго, там и простыни наутро свидетели смотрят. В деревне без приданого ты никто, и на хорошего мужа можешь даже не рассчитывать. Разве что второй женой, но кому нужна вторая жена? В хозяйстве одной женщины достаточно. За последнюю тысячу лет в деревне ничего не изменилось.

— Лена, а у тебя приданое было? — спросила Дарина.

— Нет, у меня тоже не было, — покачала головой Ленка. — Мы же с Кеннером с детства знали, что поженимся, а внутри семьи какое приданое? Ну мы заказали к свадьбе фамильные драгоценности, это вроде и считается моим приданым. А вообще, я так понимаю, вы же дворянками станете? У дворян в приданое деньги дают, землю, акции. Перины не считаются, так что Смела, можно сказать, тоже бесприданница.

— Ну вот, — грустно сказала Дара, — и как нам быть?

— Вот смотрите, девчонки, — начала загибать пальцы Ленка. — В дворянскую семью вас вряд ли примут, да вам и самим туда не надо. Вам же замуж за одарённого нужно, так? Значит, у вас два варианта. Можете пойти в небольшой род третьими жёнами — у вас данные хорошие, вас возьмут. Родовичам до вашего приданого дела нет, точнее говоря, у вас нет никаких шансов собрать такое приданое, которое им будет интересно. Другой вариант — это выйти замуж за такого же, как вы, Владеющего в первом поколении. Он вас и без приданого возьмёт, и перине будет рад, потому что сам нищий.

— Чего это раз деревенский,