Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Пока однажды вечером нас не посетила рыжеволосая интриганка.

Я почувствовала её запах из коридора второго этажа, когда ночью решила спуститься в кухню, чтобы выпить холодного молока, помогающего бороться с жжением за грудиной.

Сначала я подумала, что новый нос подвёл меня. Однако решила проверить. Запах можжевеловых веток слишком сильно бил в нос. Почему она пришла тайком и ночью? Неужели они с Рэвом возобновили отношения?

Я тихонько, стараясь не шуметь, спустилась по дальней лестнице. Отсюда можно разобрать, что говорят в кабинете хозяина. Всё было тихо. Да и зачем бы любовники сидели в кабинете?

В малую гостиную, если Рэв и Асейя отдыхают там, мне доступа нет. И разговор не подслушать. Я уже начала было кусать ногти на руках от досады и возбуждения, как услышала разговор на повышенных тонах, доносившийся из гостиной. Подойти ближе мешали гордость и страх. Они обнаружат меня, и что тогда?

Расплакаться и убежать? Вот уж воистину, будет радость для Асейи. Я сделала несколько шагов по коридору в направлении гостиной, стараясь ступать как можно тише.

— Ты ведь хочешь меня, как и прежде? — засмеялась соперница с торжеством в голосе.

Ответ Рэва я не разобрала.

— Я не против её присутствия. Всё понимаю. Тебе нужен сын, а она всего лишь средство, — продолжила Асейя. Дальше слушать я не стала, всё было понятно и без того.

Переждав пока перестанет кружиться голова, я поднялась к себе и судорожно принялась бросать вещи в сумку. Куда я пойду, меня в тот момент не волновало. Только бы подальше отсюда! Они не получат моего ребёнка!

Сумка получилась увесистой, хоть вещей у меня было и немного. Впереди третий месяц зимы и холодное начало весны, поэтому запас тёплых вещей просто необходим.

За лихорадочными сборами я старалась не думать о том, куда пойду. К лазарям нельзя. Я всё ещё собственность Рэва, меня тут же вернут обратно! В целом городе у меня не было заступников!

План, если задуматься, никуда не годился, но эмоции в тот момент заслоняли разум. Взяв поклажу, которая оказалась тяжелее, чем можно было ожидать, я кое-как спустилась вниз.

В прихожей громко хлопнула дверь. Я вздрогнула и поспешила к лестнице чёрного входа. Но дорогу мне перегородил Рэв. По его глазам, сверкающим жёлтым огнём я поняла, что мужчина очень зол и лучше бы на пути ему сейчас не попадаться.

— Куда собралась? — холодно спросил он, поворачивая моё заплаканное лицо за подбородок к свету.

Я молчала, боясь, что если заговорю, то захлебнусь в слезах.

— Пошли наверх, быстро!

Рэв схватил меня за руку, сумка, вырванная из рук, отлетела прочь, под лестницу. Оборотень потащил меня за собой наверх.

Я очнулась и попыталась вырваться. Сделать это было не легче, чем освободиться из железных тисков.

— Отпусти меня! Я здесь не останусь! — закричала я, но Рэв не удосужился оглянуться и дальше поволок меня по коридору второго этажа.

Только когда дверь спальни закрылась, он повернулся лицом:

— Что ты устраиваешь балаган? Чего тебе не хватает? Решила из меня цепную собаку сделать?

Он выдернул меня из шубы, ткань верхнего платья затрещала и порвалась по швам, но Рэв не успокоился, пока я не осталась в одном корсете и нижней юбке.

— Так-то лучше, — спокойно сказал он и отшвырнул разорванную одежду, превратившуюся в тряпки.

Я, сдержав слёзы и сжав кулаки, вскинула подбородок и проговорила сквозь слёзы:

— Вам не достанется мой ребёнок! Я лучше убью себя и его, чем…

Рэв помрачнел и вмиг оказался рядом, сильно встряхнув меня за плечи:

— Не смей так говорить, — медленно произнёс он, делая паузу после каждого слова. От него запахло волком, я понимала, что оборотень находится на грани обращения и готов разорвать меня на куски, но мне было мало его боли. Я хотела причинить ему больше страданий.

— Могли бы и подождать, пока я умру, — произнесла я, заливаясь слезами. Рэв посмотрел на меня внимательным взглядом и ослабил хватку:

— А может, мне стоит подождать, пока ты поумнеешь?

Я молча глотала слёзы, но продолжала стоять, несмотря на слабость в ногах. Мной владело только одно желание: забиться в угол и исчезнуть без следа.

— Я снова должен оправдываться и отчитываться? Ты этого ждёшь? Сколько раз мне повторять, что либо ты мне веришь, либо постарайся поверить, — неожиданно заключил Рэв, перестав мерить шагами спальню. — Что ты замолчала?

Я совсем его не слушала, полностью погрузившись в новые для меня ощущения

— Что случилось? Тебе плохо? — подскочил ко мне Рэв, увидев, что я оперлась на один из прикроватных столбов, держась за живот. — Присядь! Вот так!

Я послушалась и посмотрела на Рэва, наверное, ошарашенным взглядом:

— Где болит? Не молчи! Я сейчас привезу Ясмину! — заметался он, направляясь к двери. — С тобой побудет Боана.

— Нет! — произнесла я неожиданно громко и улыбнулась. — Подойди ко мне, пожалуйста.

Оборотень с сомнением посмотрел на мою улыбку, но перечить не стал.

— Так что случилось? — отрывисто спросил он, видимо, считая, что я всё выдумала для того, чтобы его разжалобить.

— Толкнулся, — прошептала я и снова прислушалась. Толчки повторялись, они были несильными, но частыми. “Мой ребёнок нормальный!” — радостно думала я, сбросив с плеч груз сомнений, грызших меня последние месяцы.

Рэв продолжал смотреть на меня, не понимая смысла сказанного:

— Ребёнок толкается, — пояснила я и, взяв его руку, положила на свой живот. Рэв на секунду посмотрел мне в глаза, а потом рывком прижал к себе и поцеловал в закрытые глаза.

— Не бойся, всё будет хорошо! Я тебе обещаю. Асейю я прогнал, никто не сможет встать между нами, — прошептал он, и я безоговорочно поверила. Наверное, потому что мне очень хотелось так думать. Метка на бедре потеплела, и я в который раз уверилась, что всё идёт, как надо.

И всё же кое-что меня тревожило. Но Рэву об этом знать было необязательно. Я надеялась, что Ясмина развеет мои тревоги.

* * *

Первое таяние снегов я встретила в постели. Моё самочувствие ухудшилось. Толчки ребёнка стали очень болезненны, казалось ещё чуть-чуть, и он разорвёт мои внутренности. Каждую ночь меня посещали кошмары без сюжета и смысла. Но лазари, к которым я наведывалась каждую неделю, никаких опасений в отношении моего состояния не выказывали.

До родов оставалось чуть больше двух лунных месяцев, а я торопила время и молила всех Богов, прошлых и нынешних, помочь мне доносить и родить здорового малыша.

В очередной визит я как обычно поднялась к Феоните. Она очень поддерживала меня. Видя, как