Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

— Но я всё же надеюсь, что вы найдёте в себе силы правильно подобрать слова, дабы между нами не разгорелся конфликт, верно? — скинув ноги со стола, я встал в полный рост, оказавшись практически вплотную к графу.

Темников одарил меня изучающим взглядом ищейки. Его глаза замерли на моей левой руке, точнее сказать, на том, что от нее осталось. Отчего-то в этот момент уверенности во взгляде мужчины поубавилось.

— Что с вашей рукой, Ваше Сиятельство? — с напряжённым уважением спросил Темников.

— Последствия победы над феодалом иномирцев и его союзником, которым являлся Патриарх клана вампиров, — спокойно ответил я.

— Ясно! Пошли отсюда, сын! — с усмешкой воскликнул Михаил I. — Он опять нас обскакал.

— Отец!

— Вопросов, как и претензий, у меня к вам нет, Ваше Сиятельство, — отступил граф Темников, после чего стремительным шагом направился на выход из кабинета главы администрации, на ходу отвесив поклон двум императорам.

— Зато есть у меня, — стоило шагам полковника Тайной Канцелярии затихнуть, заявил венценосный. — Как ты здесь оказался, Александр?

— Так же, как и вы, — пожал я плечами. — Вошёл снаружи. Или вы думаете, что внутри стен Хабаровска вам не довелось встретить никакого сопротивления со стороны иномирцев, пришедших через порталы, лишь по счастливому стечению обстоятельств?

— Порталы? — навострил ухо Романов-старший.

— У иномирцев есть собственная сеть порталов, подобная той, которую развернул Александр. Исключением является разве что возможность выходить в иные миры, я полагаю, — предположил император, на что я многозначительно усмехнулся, не став убеждать Романова в том, что данное исключение таковым не является, и будь рихт живым, то обязательно бы это подтвердил.

— И много их было? Порталов, я имею ввиду, — похоже, мгновенные путешествия между мирами искренне заботили прошлого главу Российской империи.

— Дюжины две. Возможно, дюжины были чёртовы, — взмахнул уцелевшей рукой в неопределенности. — В любом случае они стали историей и восстановлению не подлежат.

— Жаль. Очень жаль, — поджал губы Михаил I. — Уверен, графу Демидову было бы полезным изучение порталов иномирцев.

— Единственным, что действительно стоило изучения, на мой взгляд, является свойство порталов, которое позволяло им глушить нашу связь. Уверен, что кто-то из наших беглецов приложил к этому руку, — покачал я головой в такт своим мыслям. — К слову, о предателях. Миша, тебе предстоит решить, как поступить с теми, кто предал империю, переметнувшись к врагу. Ситуацию с гражданами нашей страны, которые решили пасть ниц перед вторженцам и выполнять каждую их прихоть, я оставить просто так, разумеется, не мог, поэтому взял на себя ответственность за пленение каждого из них, — немного слукавив, дабы уберечь Артёма и Дмитрия от ненужных последствий, проговорил я.

— И где их держат? — полюбопытствовал отец императора.

— В тоннелях. Разумеется, в полной изоляции от внешнего мира, — быстро ответил я, продолжая сверлить взглядом венценосного.

— Я распоряжусь, чтобы их переместили в Москву, где в дальнейшем над ними пройдёт суд, окончательное решение в котором буду принимать я. Могу тебя заверить, что наказание будет суровым, Александр, — взгляд Романова не предвещал предателям ничего хорошего. — Однако сейчас нам следует определиться с тем, как поступить дальше.

— А что здесь думать? — удивленно спросил Романов-старший. — Нужно укрепиться в Хабаровске. Полноценно восстановить город и окружающее его пространство. Это понравится как аристократам, так и простым гражданам империи.

Кивнув, Михаил II перевёл взгляд на меня и спросил:

— Какие предложения будут у тебя, Александр?

— Останавливаться на достигнут искренне считаю пустой тратой времени, — плюхнувшись обратно в кресло главы администрации, я автоматически закинул ноги на стол. — Иномирцы сейчас шокированы тем, какой отпор они получили, и тем, насколько быстро нам удалось вернуть город, несмотря на обилие порталов в его черте. Я прекрасно понимаю, что во Владивостоке ситуация будет гораздо хуже и далеко не факт, что нам удастся найти союзников внутри него, однако просто так отдавать наше преимущество попросту безрассудно. К тому же чем дольше мы будем медлить, тем с большей вероятностью кто-то нас предаст и выложит известные ему секреты, — звучно выдохнув, я заявил: — Мы просто обязаны развить успех и нанести сокрушительное поражение иномирцам на территории Российской империи. Кроме того, лично я желаю сходить на огонёк к вторженцам в их мир, дабы у них больше не возникало желания являться на наш порог.

— Если план Александра увенчается успехом, то это укрепит твои позиции на престоле, сын, — дополнил меня Романов-старший.

Как я понял прошлый император был не из тех, кому плевать на чужую точку зрения, ведь он считает исключительно правым лишь себя. И стоило ему углядеть в моём предложении выгоду как для империи, так и для правящей семьи, он тут же переметнулся на мою сторону. Его сын в это же время медлил с ответом. Оно и неудивительно, ведь его уже посчитают героем, который освободил крупный город от гнёта иномирцев, а вот стоит ему оступиться и проиграть в сражении за Владивосток, как это тут же аукнется. Поэтому ни я, ни Михаил I не торопили венценосного с ответом. В любом случае я найду, чем заняться самому и занять своих людей.

Наконец, Романов-младший взял слово, предварительно чему-то кивнув:

— Несмотря на мой извечный скепсис, ты, Александр, всегда оставался на стороне Российской империи, — отчего-то император был излишне серьёзен, потому его лицо походило на высеченный из камня лик. — А если учесть то количество достижений, которых тебе удалось достичь, то опыта в подобных ситуациях у тебя в разы больше, нежели у меня. Поэтому я склонен к тому, чтобы последовать тобою предложенному плану.

— Отлично! — воскликнул я, поднявшись из кресла и хлопнув ладоши. Звук хлопка разошёлся по всему опустевшему зданию администрации. — Однако у меня есть одно условие.

— Излагай, — повелительно взмахнул рукой Михаил, отчего я с трудом сдержал усмешку.

— Мне необходимо отозвать часть своей гвардии.

— Это может вызвать ряд вопросов в стане высокопоставленных лиц империи, — заключил Романов-старший. — И, несмотря на освобождение Хабаровска, волнения сейчас будут излишни. Нам же не хочется никого склонять на предательство.

— Тогда, в случае возникновения вопросов, предлагаю объявить