Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

взглядом. Не знаю, чего он именно ожидал увидеть, но никакой определённой реакции от меня не дождался. В отличии от Лилианы, заочно познакомиться с которой мне удалось через записи на полях справочника, Кристиан Бертран так и остался для меня чужим, совершенно посторонним человеком.

— Я знаю, тот Крис, который когда-то стал моим другом, гордился бы тобой, — наконец произнес герцог. — На берегу болота в тебе я наконец-то разглядел его наследника: непреодолимая для других преграда для тебя, совсем как для него, стала лишь досадной помехой. И я, если ты не понял сейчас, не о твари. С Маратом мы тоже давно дружим, и я немного представляю себе, что такое манифестация в восемнадцать лет. Не для сопливого мечтателя-восьмилетки, смотрящего в рот наставнику, а для молодого воина, способного за секунды составить и реализовать единственно верный план атаки. Зря Марат мне не поверил, что «месяц по самым оптимистичным прогнозам» для тебя пройдёт за неделю. И не думай, что я забыл, как ты буквально на пустом месте организовал торговую экспедицию. Лили, вижу, тебя многому научила — она тоже на подобные фокусы была мастерица. Если её, конечно, получалось заинтересовать проблемой.

— Я… — надо было что-то сказать в ответ: Эдмонд, похоже, пытался исправить за погибшего друга его родительскую ошибку — ну, как умел, и реагировать на это равнодушно было… неправильно. Вот только и эмоций по-прежнему никаких не было. В итоге я через силу выдавил из себя только слово «спасибо».

— Не благодари, — мужчина поморщился. — Ты и без всех твоих личных заслуг перед моим герцогством должен был стать бароном. А уж после победы над секачом я мог суд вовсе не собирать: за глаза одного факта хватило бы, даже будь ты Кристиану не сыном, а двоюродным племянником. Но нет, именно сейчас я вынужден следовать самым тупым традициям, потому что иначе тупые идиоты и до Зара Шестого не постесняются дойти. Ну как же — мага поставили бароном, а если у того хозяйствовать лучше, не дай Свет, получится? Тьфу!

Полковник в отставке хватанул кулаком по столу, заставив подпрыгнуть тарелки, но тут же взял себя в руки.

— Прости. Ты просто не представляешь, что тут было, когда Крис объявил о свадьбе с Лилианой. Местные клуши под предводительством двух главных куриц — баронесс Бюсс и Верона — объявили, видите ли, бойкот «наглой простолюдинке». Ещё и в лицо, собравшись толпой для храбрости, ей это сказали. Счастье, что твоей матери всегда было плевать на чужое мнение, и она над идиотками просто посмеялась. Хотя, может и не просто — потому что за двадцать пять лет только у Пэра дочка и родилась, у остальных исключительно сыновья… С Лили сталось бы, «чтоб своё неполноценное восприятие мира дальше не передавали».

Де Берг прервался, вздохнул, налил себе ещё вина, залпом выпил.

— Потом, после того, что твоя мать на пару с отцом сотворили в Горловине Шрама, а наши, вернувшись, поделились впечатлениями, даже до самой последней идиотки дошло: рот лучше держать на замке. Но ты — не она. Пока что, во всяком случае. Но я-то — всё-таки герцог здесь, потому… если у тебя есть что просить — не стесняйся.

— Да, — медленно проговорил я. — У меня есть одна просьба…

* * *

— Будь щитом для слабых и нуждающихся, да не дрогнет твоя рука.

Левое плечо.

— Будь мечом карающим, и да не дрогнет никогда твоё сердце при виде врага.

Правое плечо.

— Будь верным опорой — и да не дрогнет и дальше твоя душа в час испытаний!

Аккуратно коснуться плоской стороной острия «пальмы» склонённой рыжей головы.

— Сим нарекаю тебя рыцарем, леди Карина.

Сейчас, заполненный народом, большой зал с возвышением для герцогского трона производил совсем иное впечатление. Яркий свет множества ламп разогнал тени до самого потолка, а на помосте дополнительно были установлены факелы — уже не столько для освещения, сколько для создания атмосферы сакрального действия. Мой голос в гулкой, звенящей тишине отражался от старинных сводов, отчего каждое слово казалось весомым, словно вытесано из камня. Мне пришлось слегка изменить слова рыцарской присяги в угоду ситуации, но вот оружие осталось прежним: эльфийское копьё, сразившее монстра, было в таком ритуале куда как почётнее, чем какой-то там, пусть самый дорогой и красивый меч. Знали бы они, сколько на самом деле пробило шей и сердец тварей подаренное мне Сатарой оружие — небось кое-кто из присутствующих в обморок бы грохнулся. От зависти.

Пока шло торжественное действо, я поймал на себе с десяток недобрых взглядов: в основном от тех, кто так браво бежал от секача. На берегу болота в тот момент, когда изменённый проломил стену камыша, собралось четыре охотничьих группы. Половину народа, включая Джока, унесли обезумевшие кони — и не сказать, что им так уж повезло: это в полугнилую осоку, стянувшую корнями верхний слой полужидкой грязи, падать было практически безопасно, а вот в лесу хватало корней и прочих твёрдых и опасных для жизни предметов. Эти тоже смотрели, но уже на дочку сэра Матиаса, и в их глазах аршинными буквами читалась фраза «а вот я бы на её месте!!!» Хорошо, что Кара пребывала в таком благоговейном состоянии, что напрочь ничего не замечала. И это я её заранее предупредил, когда принёс новенький синий плащ и обещанный мундир. Эх, замковым мастерам иглы и раскроечных ножниц до лидовских портных всё-таки далеко… Ладно, пора приступать ко второй части — и вот о ней рыжая была не в курсе. Ничего, от положительных эмоций, вроде как, умерло куда меньше народа, чем от отрицательных. Да и уже почти поправилась она.

— Леди Карина, твоё служение мне было кратким, но верным. Исполненным истинного следования ценностям благородного человека, — дочка управляющего подняла на меня глаза, печально улыбнулась. — Я освобождаю тебя от обета: отныне лишь честь — твой господин. Следуй за ней, или найди достойного вести тебя далее, если таковой найдётся.

— Найдётся, найдётся, — не дал эху моих слов умолкнуть де Берг, поднимаясь со своего кресла. Я увидел, как расширяются от удивления глаза девушки и одними губами прошептал: «награда». — Сочтёшь ли ты меня достойным сюзереном, о благородный рыцарь?

— Д-да, — только после моего незаметного одобряющего кивка смогла выдавить из себя рыжая.

— Тогда — на колено! Я, лорд Эдмонд де Берг, милостью короля нашего Зара Шестого герцог земель этих, говорю: отныне ты — мой вассал. Твоя оружная рука — продолжение моей воли, твой голос — мой голос. И дабы тебе нести с честью груз долга