Начало пути: Рокировка. Аристократ с Юга. Курс молодого мага - Алексей Леонидович Самылов

– Гарь, бывает, приносит радость, – заметила принцесса, взяв столовые приборы.

(В прошлом, когда дерра спокойно разгуливали по равнине Морран, запах гари был знаком того, что воины империи победили и сжигают трупы тварей.)

И опять Сейрус уклонился, не став продолжать эту пикировку и склонив голову, как бы признавая ее победу. Все-таки он слишком скользкий. И если его не поставить в жесткие рамки, вообразит, что сможет творить свои делишки за ее спиной. А жесткие рамки – это другой самец, мужчина того же уровня. Вот только где его взять, этого мужчину? Неженатого аристократа, умного, сильного и, самое главное, такого, который сможет взвалить на свои плечи ответственность и не пытаться при этом урвать себе больше, чем положено принцу-консорту? Юлиса поворошила блюдо, поморщилась (едва заметно) и снова положила столовые приборы у тарелки.

«Вот так бы раз и сменить неподошедшего, как блюдо. И заказать то, что хочется».

Империя Алестис. Даннеран. Портальный храм

Что тут можно сказать. Странно это было, в высшей степени странно. Пропало ощущение тела, он перестал чувствовать руки Саманты и Даяны. И ощущение нахождения рядом толпы людей тоже растворилось. Как будто от тебя остался один взгляд. Правда, смотреть было не на что. Ровное серое однотонное ничто. А потом пропало ощущение времени…

…Шумели кроны. Старый индеец, что-то мыча, растирал в ступке коренья.

– Не твоя это судьба, эль ниньо, – негромко произнес старик. – Здесь ты словно зверь. Мечешься, пытаясь найти те прутья, которые надо сломать, чтобы почувствовать себя на свободе.

Он потянулся к бутыли, что стояла на полке. Раздалось бульканье.

– Мир исторгает тебя, – продолжил индеец, поставил бутылку обратно. – Истончает струну.

Стук пестика. Словно тиканье часов, размеренное, однообразное.

– Того, что ты ищешь, нет здесь, – голос старика стал каким-то одновременно тихим, шипящим и объемным. – Та грань, та черта, тот смысл. Лишь подобие, которое из-за того, что похоже, только хуже.

Пестик стукнул о стол. Индеец повернулся. Артем непроизвольно подался назад и хлопнул себя по бедру, где обычно была кобура. Глаза старика… Они были полностью черными! А потом парня словно пришпилило к полу хижины. Он не мог двинуть ни рукой, ни ногой. Только все больше нарастающий ужас рвал грудь тяжелым дыханием. Язык не слушался, шея словно замерзла! А старик подходил ближе, держа в руках чашу.

– Когда погаснет мир, – шипящий голос старика наполнял, казалось, всю голову, – Дух покажет дорогу.

Он наклонился и прислонил чашу к губам Артема. Растительная масса с отвратительным вкусом, который был еще «оттенен» спиртом, потекла в рот. У Артема аж дыхание перехватило от этой дряни, из глаз мгновенно вышибло слезы. А старик что-то говорил нараспев.

Артем закашлялся и тут же буквально растекся по полу. Из тела будто кости вынули.

– Воин должен умирать, – как обычно, загадкой произнес индеец, распрямившись и стоя над Артемом…

…– Воин долзен стремиться к смерти! – сказал Иоши на своем кривоватом русском, сидя возле ствола дерева и вытянув обрубок – ногу без ступни, обмотанную окровавленным грязным бинтом.

Лицо японца было мертвенно-бледным. Они оба понимали, что жить Иоши оставалось максимум до заката. Он потерял слишком много крови…

В глазах японца было то самое выражение непогрешимой правоты. Артем, тяжело дыша, вынул из разгрузки гранаты и положил их рядом с Иоши. Одну, как обычно, оставил при себе. А потом привалился рядом, положив винтовку на колени.

– Ты так и не показал мне свою чертову Японию, самурай, – произнес Артем, прикуривая сигарету. – С тебя должок.

Иоши криво улыбнулся и протянул руку. Артем отдал ему сигарету. Где-то вдали ахнул взрыв. Вдали, но одновременно слишком близко.

– Да нет там ничего, Аритем, – произнес Иоши и посмотрел на уже бывшего напарника. – Для нас нет…

Все закончилось внезапно. И довольно неприятно. Будто спрыгнул с нехилой высоты на прямых ногах. Словно твердью земной по ступням ударили. По телу прокатилась болезненная волна, встала комком в груди, пробежалась по телу обжигающими ручейками. Рука, которая лежала на его руке, стиснула его, плечо тоже будто попало в тиски. Аринэль поморщился. И вдруг, именно вдруг, внезапно, резко, ошеломительно быстро, словно выключили, это серое ничто исчезло. Аринэль почувствовал… Для начала он почувствовал себя собой. Да вот такая интересная штука. Он понял, кто он. Странное чувство. Можно сказать, обретение себя!

– О, магия! – Саманту буквально скрючило.

С другой стороны зажала рот Даяна. Аринэль схватил сестру левой рукой под руку, правой, в которой был чемодан, ухитрился прихватить пальцы Даяны и поволок девчонок прочь из круга камней.

– Сюда, – направил его один из работников, опять в белой одежде и с деловитым лицом, стоящий в одном из проемов.

В помещение снаружи «Стоунхенджа» вдоль стены стояли длинные узкие корытца. И чуть подальше какая-то девушка уже прощалась с завтраком. Саманту, едва добрались, буквально сотряс спазм… Но сестренка умудрилась-таки сдержаться. А вот Даяна не сумела.

– Хорошо, что мы не позавтракали! – прохрипела Анти, вытирая губы платочком. – А ты как?

Аринэль пожал плечами.

– Да вроде нормально, – ответил парень.

– Вот почему ты, мужик, нормально, а я так позорюсь? – буквально простонала Саманта.

Выпрямилась Даяна. Лицо девушки было болезненно-бледным.

– Все, я в порядке, милорд, – сиплым голосом произнесла Даяна.

– Какое счастье! – язвительно произнесла Саманта, косясь на нее.

– Анти, не буянь, – слегка улыбнулся Аринэль и огляделся.

Не они одни стояли возле места… хм, приема, хотя правильно сказать выдачи пищи. Дариан тоже оказался здесь. И уже распрямлялся. Вот сразу видно правильного бойца. Да, ему было плохо. Но чемоданы он продолжал держать в руках. Точнее, донес их. Его сестры стояли рядом, с выражением превосходства на лицах. А все-таки их личики были бледными, несмотря на браваду.

Так, ну что, это уже империя? Об этом ничего вокруг не говорило. Все было абсолютно идентично храму в королевстве. Первые прибывшие, или, правильно говоря, перешедшие, уже потянулись к выходу из храма. Шли все медленно и слегка неуверенно, словно контуженые.

– Прошу проходить! – раздался зычный голос. – Напоминаю! Переход в Та-Релию!

«Интересно. А в другие места как попадать?» – скользнула у Аринэля мысль на фоне.

В проемы между камнями потянулись люди. Аринэль какое-то время смотрел на них зачем-то. Точнее, он понял, что пялится на людей без какого-либо смысла. Аринэль помотал головой, чтобы скинуть это странное отупление.

– Лучше бы поезд сделали, – пробормотал он.

Он уже более-менее осмысленно огляделся. Так, Даяна вроде в норме, уже и щеки порозовели. Дариан вроде стоит уверенно, в глазах, правда, проскакивает какое-то выражение легкой дебильцы. Зато сестренка явно очухалась, распрямила спинку, нацепила маску «Вы все