Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

Мы шли по цеху, помечая красными лентами то, что нужно забрать. Следом подъехали слуги с грузовыми повозками. Они тотчас приступили к погрузке. Производство напоминало нечто среднее между ателье по пошиву индивидуальной одежды и мастерской, где делают манекены. Большую часть помещения занимали раскроечные столы и полки с лекалами.

Второй цех отдали под оружие и обычные доспехи. Это производство хоть как-то позволяло семье держаться на плаву. Цены кусались, но клеймо Бремеров на изделиях стабильно находило своего покупателя. Здесь тоже забрали только то, что не привинчено к полу. Плавильные печи таких размеров на корабль точно не погрузить.

Третий цех занимался переработкой урожая, что собирали здесь же, на полях. Сейчас цех пустовал, урожай еще не собрали. Здесь забрали все алхимические принадлежности и уже готовые субстанции. Хрупкий груз, так сказать.

Четвертый цех мне совсем не понравился. Гаю стошнило еще на входе. Анри применил заклинание очищения, но помогло это мало. Кто хоть раз побывал на бойне — меня поймет. Цеха построены на удалении друг от друга, так что раньше я этого амбре не замечал.

— Здесь готовится сырье для гомункулов и утилизируются отжившие свой срок. Пробежимся по-быстрому, на всякий случай.

Анри повязал на лицо платок, пропитанный благовониями, и раздал нам такие же.

— Как здесь вообще люди работают⁈ — Возмутился я.

— А они и не работают. Только гомункулы. Если и поступают сюда, то уже мертвыми. Ты не знал?

— Чего?

— Лучше всего гомункулы получаются из трупов, — глаза Анри нездорово блеснули.

— Постой, но разве из трупов не исчадий делают⁈

— Нет, исчадии делают из частей мертвых тел. Здесь иначе. Сейчас все поймешь.

Уже внутри к зловонию бойни примешался запах морга. Только в разы сильнее. Платок мало помогал. Не будь я медиком, давно бы упал в обморок. По центру цеха стояли огромные чаны. По сторонам — разделочные столы и вагонетки на узких рельсах. Где-то лежали части человеческих тел, где-то части животных. Дальше — уже разделанные куски мяса отдельно, кости — отдельно. Как и внутренние органы.

— Здесь, в чанах, готовят бульон, — пояснил Анри. — Раньше все складывали в одну кучу и растворяли. Но Альбер предложил разделять кости, кожу, органы. Все по отдельности. Это в разы повысило качество изделий и практически исключило брак. Все взвешивается, поступает в камеры вызревания по граммам, пройдя очистку зельем гармонии. Его готовят в третьем цехе. Все, что растет вокруг поместья — сырье для зелий.

— Какой Альбер молодец!- Буркнул я саркастично. — Просто красавец!

— Он гений. С этим не поспоришь, — Анри не понял моего сарказма.

— А что там?

В углу стояли огромные стеклянные колбы с мутной жижей, подключенные к какому-то аппарату.

— А это и есть работники. Или работницы.

Приглядевшись, я в ужасе отшатнулся. Существа в колбах зашевелились.

— У них что, по четыре руки?

— Да. А еще сильные ноги, чтобы загружать чаны и двигать вагонетки. Альбер научил их разделывать туши и вскрывать тела. Причем, делают они это филигранно. Сейчас эти гомункулы на консервации. Приготовлены к транспортировке. Альянс еще не успел забрать. Жуткие твари, правда? К ним опасно подходить близко. Но без приказа ничего не делают.

— К счастью, отец не смог воссоздать что-то подобное, — Санару покоробило.

— Так… здесь вроде бы все. Идем в пятый.

А вот пятый цех удивил своей стерильностью. Был здесь и тамбур с двойными дверями и полки с чистыми, выглаженными халатами, и перчатки из материала похожего на латекс.

— Это нужно забрать! — сразу оживился я. — Много у вас такого добра?

— В подвале еще есть, — Анри пометил все лентами. — Пошли.

Основное пространство цеха заполняли собой огромные стеклянные колбы в несколько рядов. Были здесь и поменьше, сферические. Из четвертого цеха сюда тянулись несколько трубопроводов. Под потолком свисала странная конструкция, похожая отдаленно на доильный аппарат. Похоже через нее колбы и заполнялись.

— Там в конце последняя партия. Сегодня вскроем. Двадцать единиц. Мужчин и женщин поровну. Отец решил подарить их тебе.

— Мне? — я искренне удивился. — Нахрена?

— Тебе же нужны помощники в госпиталь?

— Ну да.

— Мы заберем вон ту штуку, она формирует личность. А в Дастане ты уже сам заложишь в них нужные качества. Матушка поможет.

Я, подумав, кивнул. Рабочие руки лишними точно не будут, учитывая перспективы развития событий.

— Анри, а как гомункулы формируются? Не просто же из бульона.

— Тут тебе лучше матушку спросить. А вообще, это сродни созданию отродий или сан-дааров. Тоже нужен кристалл.

— Специальный?

— Нет, подойдет любой драгоценный. Обычно их размещают на груди или во лбу гомункула, чтобы сразу знать с кем дело имеешь. Но у тех, что на площади, они внутри, рядом с сердцем. А еще гомункулов маркируют магическим клеймом. В нашем случае — это немного измененный герб рода.

— Но как они формируются?

— Сначала делают болванку, так сказать. Сшивают из частей тел, или берут готовый труп. Причем это не обязательно должен быть человек. Вырезают все лишнее. Ну, детородные органы, например. Или пришивают чего, как у тех, в четвертом цехе. Потом матушка оживляет тело на несколько секунд и с него делается снимок ауры. Его сохраняют в кристалле и переносят в колбу. Потом заливают бульон и дело пошло. Это если совсем просто. А так — процесс сложный, требует серьезной подготовки. Но массовое производство все покрывает. Должно покрывать, в теории. Если бы совет Солуса нормально платил, может отец и не решился бы на предложение Фарона.

— Хм… теперь опасения Альбера становятся понятны. А что, так любое существо можно создать?

— В принципе — да. Сырье можно использовать любое. Скот, трупы, даже растения, при должной обработке. Главное правильно растворить, а там зелье гармонии все поправит. Альбер называл это биомассой. Говорил, что в его мире это невозможно.

— Уже возможно, к сожалению. Только иначе. Хотя… если подумать, то принципы схожи.

Я застыл у колб с готовыми болванками, как их называл Анри. Как будто попал в сцену из научной фантастики. Аж озноб по коже. Обнаженные мужчины и женщины подрагивали в мутноватой жиже, бессознательно открывая и закрывая глаза. Реакция нервной системы на внешнее раздражение. У этих кристаллов на лбу или в груди не наблюдалось.

— Доспехи Санары тоже зависят от кристаллов. Но снимок ауры делается с живого человека и