Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

— Нагоняют, — чертыхнулся квартмейстер.

— Что делать будете? — спросил околачивающийся тут же Бенидан. — Абордаж?

— В крайнем случае, — сказал ему квартмейстер. — Вот тогда вам и предстоит показать свое мастерство… в последний раз.

— Не спешите нас хоронить, — сказал Бенидан. — Ваши баллисты, насколько я мог увидеть, в хорошем состоянии. Сейчас я пришлю вам своих артиллеристов.

— Пришлите, — согласился капитан. — Только вот смогут ли ваши артиллеристы стрелять из наших баллист, да еще и при качке? На качелях вы их не тренировали?

— Качелях? — недоуменно спросил Бенидан. — Каких еще качелях?

— Вот о том я и говорю, — досадливо поморщился капитан.

Только я порылся в памяти и вспомнил, что так делал кто-то из адмиралов, тренируя стрелков для стрельбы при качке.

— Сколько дистанция стрельбы их баллист?

— Около трех кабельтовых, и они умело используют бортовую качку для наведения.

— А ваших?

— Два кабельтовых, не больше. Да и все равно, наши баллисты пудового калибра, а у них двухпудовые. Вы выдержите удар двухпудового камня, господин маг?

— Я и не то выдержу, — сказал я. — Какие у них снаряды?

— Зажигательные и с «пылью». Обычные на море не эффективны.

— А у вас?

— Гномский огонь. Вам-то это зачем?

— Хочу знать, что нам грозит и к чему мне готовиться. Про их мага что-нибудь можете сказать? — спросил я.

— У них там хороший боевой маг. Достаточно хороший. Таких чудес, как вы, он не творит, но противник опасный.

— Вы решили дать бой? — решил убедиться я.

— А что мы еще можем сделать? — спросил капитан. — Они и так, и так на нас нападут. Только если мы будем постоянно убегать, нас атакуют на своих условиях. А так за счет лавировки мы постараемся занять более выгодную позицию. Умирать — так с музыкой.

— Подождите умирать. Пойду я проверю ваши баллисты, да кое-чем помогу.

Сперва я пошел на бак проверить носовую баллисту, которая тут играла роль догонного орудия. Эх, действительно, были бы пушки — было бы веселее. Хотя и пушки средневековья по нашим меркам стреляли почти в упор и не отличались высокой точностью, но все же…

Двое из команды уже возились с баллистой, проверяя тетивы и рычаги, подготавливая ее к стрельбе.

— Можно? — Я взял тяжелую стрелу — скорее копье, толщиной в руку с наверченной на нее паклей.

Потом ее вымочат в местной версии напалма и отправят получателю. А там — как повезет. Но скорее всего не повезет никак, любой маг отбросит ее как тростинку. Все равно, хоть какой-то шанс есть. По крайней мере для собственного успокоения, вроде «сделали все, что могли».

Один из матросов пожал плечами — типа, как хотите. Я сжал тяжелый наконечник в кулаке, закачивая в него стандартный набор плетений, опробованных на стрелах. Если бы не вражеский маг, то это сработало бы не хуже малокалиберного зажигательного снаряда. Вот именно, если бы, да кабы…

— Первой эту, — я подал матросу усиленный метательный снаряд.

Тот хмыкнул, и положил копье в желоб. Я наклонился, и взял из ящика еще пару стрел-копий, проделав с ними все необходимые процедуры. А больше и не надо — если эти не пробьют защиту, то остальные не помогут, никто не даст лишнего времени для выстрела.

Когда я вернулся на мостик, возле баллисты на квартердеке уже возились наши артиллеристы. Надо будет еще к ним пойти. Но это успеется — на таком курсе все равно мое место будет там.

— Баковая баллиста готова? — спросил у меня капитан.

— Да. Сейчас пойду на заднюю, или как там она называется.

— Советую сделать это поскорее, — сказал капитан. — До вражеского корабля уже двадцать кабельтовых, скоро он нас догонит.

— Сделаете какой-то маневр? — спросил я.

Капитан неторопливо оглядел меня с ног до головы и деликатно придержал сложившееся мнение при себе. Ну тут он прав — мое знакомство с судовождением было настолько приблизительным, насколько это вообще им можно назвать. Нет, киль и клотик я еще мог различить, и водить что-нибудь не крупнее катера тоже. Моторного. И все. Яхтсмена из меня не получилось бы, не тянуло меня к воде. Я насквозь сухопутный, насколько это возможно.

— Поворот оверштаг через левентик с задним ходом о чем-нибудь говорит?

— Э-э… Нет. А зачем?

— Как бы это вам объяснить по-простому, сухопутному… — поскреб лысину кэп. — Когда мы сделаем поворот и он окажется у нас по правому борту, обе наших баллисты смогут одновременно сделать залп, желательно в паруса, а вот его баллисте на баке будет мешать такелаж. И она будет у него всего одна. Раз вы говорите, что можете выдержать двухпудовый снаряд, ваша задача именно это и сделать.

Ну ладно, хоть как-то объяснил. Но капитан большой оптимист. Чтобы баллисты, на которые он сделал ставку, попали в цель, маг противника должен быть в состоянии нестояния и валяться без чувств. Два таких копья отбить — нечего делать, работа для мага выше среднего. Ладно, не будем мешать ему совершать самоубийство. Все равно не переубедить.

Но эльфы решили этот вопрос по-другому. С носа каракки полетел файрбол, пущенный просто так, наугад, для пробы сил. Не будем разочаровывать эльфов, пусть приободрятся немного. Я дождался, пока файрбол не подлетит до кормы на кабельтов. и легонько шевельнул пальцами. Шарик даже не взорвался, а просто превратился в язык огня, упавший вниз и лизнувший волны. Так, работа ученика мага, впервые учившегося плетениям Стихий. Пусть считают меня невеждой, мне же легче. Да и откуда им знать, что на корабле сильный маг? В прошлый раз они уже встречались с этим корабликом, и, развязав языки пленным — а я больше чем уверен, что так и было — выяснили, что магов тут больше не водится. Вряд ли они рассчитывали на нашу случайную встречу с капитаном, и то, что у него на борту неожиданно появились три десятка неплохих союзников. Вот только у меня за все это время стал оформляться в голове вопрос — а чего это они решили погоняться за нашей шхуной? Вряд ли тут дело в органической ненависти к пиратам и изображении из себя водного мусора. Что-то им нужно от нашего капитана, раз они не оставят его, а значит и нас, в покое.

Эльфы воодушевились успехом, и отправили в полет файрбол побольше. Вон, стоит на баке их маг, и с сосредоточенным лицом творит этакий горящий баскетбольный мяч. Придется подпустить побольше, да так, чтобы поверили. Я подпустил искрящийся горящий шар почти до самого транца, прежде чем он истощился, и, испустив дух, рухнул в воду за кормой.

— Ты что творишь? — заорал мне квартиейстер,