Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

— А эти?

Мой супруг и горничная.

— Супруг? У Санары? Ха! Кто вы такие⁈ Последний раз спрашиваю!

Я присел на перила и сложил руки на колено.

— Что значит ваше «Ха!», любезный? Если женщина без брони, значит хамить можно? Мое имя — Павел Георг Холод. В девичестве, так сказать. Наместник Тарсиса, если вам это о чем-то говорит. Теперь моя фамилия — Бремер, как ужены.

— Тарсиса?

— Тот самый? — послышался шепот из-за стены.

— Чем докажешь?

— Даже не знаю… Призвать отродий?

— А давай! — солдат ухмыльнулся зло.

— Бруно, Натали, можно выйти!

С трудом протиснувшись в проем, из трюма выбрался адский пес, а за ним и демоница. Бруно смачно чихнул и громко выругался. Солдат побледнел.

— А мог бы просто проверить документы… — вздохнула Санара. — Как по уставу положено.

— Виноват!

Солдат отвел ствол мушкетона в сторону, и осторожно разрядив, отдал честь.

— Трап губернатору, чего встали!

— Имя?

— Андре, Ваша светлость!

Бдительность — это прекрасно. Но губернатора лучше знать в лицо. Где старший офицер?

— Так это… помер он. Два дня уже как. Я сообщил куда надо. А вы разве не знали?

— Соболезную. Мы идем из Армантье. Святилище в порядке?

— Так точно!

— Проводи нас.

Пока мы шли по открытым галереям вырезанным в скале, Санара все время смотрела под ноги. Я вскоре понял, на что именно. Кроме следов от сапог, в пыли четко читались отпечатки маленьких босых ног. Явно меньше моей ступни.

— Рядовой, откуда в крепости дети?

Солдат вздрогнул, и съежился, будто его дубинкой стукнули по голове.

— Не совсем дети, моя госпожа. Волчата. Подкармливаем немного…

— Ясно. Потом расскажешь.

Святилище оракула в форте кегель мало отличалось от того, что в Тарсисе. Разве что окошко было с кирпич размером.

— Моя госпожа….

Не успела Санара договорить, как столб света на алтаре ярко вспыхнул. Она четко, по-военному описала ситуацию и изложила подробности. Гомункулы, Альянс, фальшивый отец, Фароны, про которых она все же решилась рассказать, уничтоженный корабль. Погоня. Далия дослушала не перебивая.

— Сколько членов совета вы освободили?

— Семь человек. А еще губернатор Армантье. Его тоже подменили. Сейчас они все на подходе к Дастану.

— Значит, корабль был под флагом Дарнала?

— Все верно, моя госпожа. Но в первый раз он приходил под флагом Альянса.

— Донесений из Армантье пока не поступало, а это значит, что вы успели первыми… Слава Богам!

Санара прикрыла глаза, и, на память перечислила имена освобожденных пленников.

— А вот это плохо. Очень плохо! Альянс знает, что они у вас. Значит будут действовать быстро. Но изолировать членов совета в Солусе не так-то просто. Они всегда на виду, вместе со своими фракциями. Потребуются серьезные доказательства.

— У нас есть копия отца и несколько боевых гомункулов. Сейчас они у Анри, скоро будут в Дастане.

— Что еще?

— Кристаллы! Но они у них внутри… Маркировки, скорее всего, тоже нет. Кодовое слово! Оно открывает статус гомункула и его настройки. Попробуйте «Сентире анте сентире». Альбер использовал его.

— Думаешь сработает? — усомнилась оракул.

— Заклинание вписано в суть гомункула. Чтобы его сменить, нужно полностью перезапустить производство. Сомневаюсь, что они это сделали.

— Я тебя поняла. Но кому довериться? Вот вопрос.

— Попробуйте поговорить с главой совета, госпожой Тша, — предложил я. — Сошлитесь на наместника Тарсиса.

— Вы разве знакомы? — искренне удивилась оракул.

— Она… передала нам помощь через адмирала Гроера и обещала свое покровительство.

— Похоже на правду. Ладно. Я — дух, терять мне нечего. Попробую сделать это! Берегите себя. До встречи в Дастане. Свяжусь, как только будут результаты.

Столб света погас, оставив после себя бледноватое свечение.

— Успели… — проговорила Санара.

Я понимающе кивнул.

— В путь?

— Да, но сначала я осмотрю крепость и переговорю с солдатами. Что-то тут не так.

В самом центре форпоста, в расщелине между скал, имелась небольшая продолговатая площадь размером со школьный спортзал. Сюда выходили окна жилых помещений, а также коридоры во все концы крепости. Кухня, склады, оружейная и кузница — тоже здесь. При необходимости, этот дворик мог стать волчьим капканом для врага. Если закрыть все двери и решетки, и вести огонь из окон, шансов выжить не будет. Самый широкий коридор вел к краю скалы, где стоял подъемный механизм грузовой платформы. Такой же механизм поднимал небольшой трап между выдолбленными в скале ступенями, что тянулись с самого подножия, и входом в форт Кегель.

Серый гранит придавал этому месту унылый вид. Детский смех, многократно отраженный от стен, живо ассоциировался с фильмом ужасов. Когда мы вышли из коридора, на площади действительно резвились дети. Пятеро. Три девочки и два мальчика. На вид — все одного возраста, лет около пяти. Детишки как детишки, вот только взгляд волчий. Цепкий, жесткий.

— Стройся! — скомандовал солдат, и беготня прекратилась. Малышня выстроилась по росту.

Мой запах им сразу не понравился. Послышался тихий рык.

— А ну цыц! — рявкнул солдат.

— Кто такие? Откуда? — осведомилась Санара.

— Пришли две недели назад. Ободранные, голодные. Все в слезах. Ну мы и приютили. Не бросать же… Говорят, родителей убили и старших братьев с сестричками. Только они и успели сбежать.

— Кто?

— Сложно сказать, — солдат шмыгнул носом. — Вот, все, что было при них.

Он протянул лоскут черной ткани и… откушенный палец. На ткань Санара едва взглянула, а вот палец ее заинтересовал.

— Гомункул.

— Почему ты так решила?

— Был бы настоящий, они бы его съели. У волчат звериное чутье, подделку чуют.

— Почему ты называешь их волчатами?

— Ты не понял? В глаза посмотри. Это — оборотни.

— Так точно! — подтвердил солдат. — Только маленькие совсем. Превращаться еще не научились. Мы тут им рубашки сшили из мешковины, что получше. Больше-то нет ничего…

— Сведения проверенные? Нору нашли?

— Мы не смертники, Ваша светлость. Хватит с нас и капитана.

— От чего он погиб?

— Раны… — выдохнул служивый. — Старые раны. Лекаря у нас нет, зелья просроченные, не помогли. Уснул и не проснулся. Вчера отправили к Богам.

— Светлая ему память…

— Спасибо, госпожа.

— Но проверить нужно. Мы задержимся здесь ненадолго. Откуда, говоришь, детишки пришли?

— Я покажу на