Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

– Благодарю вас за танец, прекрасная леди Метель, – с ухмылкой поклонился мне Фаулер, когда вальс наконец-то закончился. – Могу ли я посметь надеяться на удовольствие пригласить вас снова?

Все положенные вежливости и любезности застряли у меня в горле.

– Прошу прощения, но следующий вальс я обещала своему спутнику, – вместо гордого ответа получился невнятный писк. – А вот и он, еще раз прошу прощения! – я улыбнулась напоследок и, развернувшись, ринулась прямо в толпу, благо навстречу как раз шла компания глупо хихикающих девиц примерно одного возраста – видимо, это был их первый бал.

– Куда же вы, леди Метель? – Фаулер уже не скрывал смеха. – Прошу, пообещайте мне еще один танец! Ради всего святого!

– Только через ваш труп, – пробормотала я, не оглядываясь, и по рассеянности едва не сбила с ног даму в пышном ярко-розовом платье. – Ох, простите…

– Леди Абигейл?!

– Леди Виржиния?!

– Ну, я тут леди Метель…

– А я – Яблочная Фея, – шумно выдохнула герцогиня. Я подавилась смешком и заработала укоризненный взгляд. – Не смейтесь, это все мои подлецы придумали. Я хотела сказать – сыновья…

– Я поняла.

– Вот и славно. Как насчет бокала вина?

Я невольно оглянулась, ища глазами Фаулера, и нервно передернула плечами.

– Очень своевременное предложение, леди Абигейл. Боковые залы уже открыли?

– О, да. И один весьма обходительный Святой Герман обещал поухаживать за мною, – Абигейл лениво взмахнула веером. – Не смотрите на меня так, леди Виржиния. Я сама удивилась, когда увидела виконта Миррей нарядившимся монахом. Но это забавно, и, кроме того, виконт неизменно галантен, скромен и тих, в отличие от некоторых, – герцогиня вздрогнула.

Мне стоило очень больших усилий, чтоб вновь не обернуться, убеждаясь, что никакого Фаулера поблизости нет.

«В конце концов, не самоубийца же он – подходить ко мне, когда рядом Абигейл, да еще такая сердитая», – здраво рассудила я и последовала за герцогиней, которая уверенно семенила к распахнутым дверям одного из боковых залов.

– А с кем вы пришли, Виржиния? – шепотом поинтересовалась Абигейл, когда мы отдалились от толпы на достаточное расстояние.

– С маркизом Рокпортом, – благоразумно солгала я. Все равно уличить меня Абигейл не сможет. Раз она задает подобные вопросы, это значит, что появление леди Метели в компании лорда Аякаши прошло незаметно. Рассказывать же о том, что моим спутником стал Эллис, было бы верхом непредусмотрительности.

– О, и как он? – заметно оживилась Абигейл.

– Все такой же, – уклончиво ответила я. – Вы помните, как относилась к нему леди Милдред? – герцогиня осторожно кивнула, и пышные розовые цветы на шляпке у нее плавно колыхнулись. – Так вот, мои чувства ближе к тем, что испытывал отец.

– Покойный лорд Эверсан? – Абигейл нахмурилась. – Помнится, дорогая, недавно вы были о маркизе совсем, совсем иного мнения!

– Времена меняются, – пожала я плечами. Правильней было сказать, что времена возвращаются – старые, благословенные, когда маркиз казался мне защитником и человеком едва ли не более близким, чем отец… Но зачем запутывать Абигейл еще больше? Она всегда дружила с леди Милдред и, следовательно, во многом перенимала от нее суждения – в том числе и о людях.

Мы не успели ни поговорить толком, ни даже дойти до зала, когда краем глаза я заметила синее никконское одеяние – и вспомнила, что хотела сделать после танца с Фаулером.

Хрупкая леди в розовом кринолине, пытавшаяся вести в танце…

Проклятый баронет, сбил меня с мысли своими выходками!

– Абигейл, простите меня ради всех святых! – порывисто обернулась я к подруге. – Я вспомнила сейчас о совершенно неотложном деле. Мне срочно надо кое-кого найти!

– Виржиния, как же так! – с обидой воскликнула герцогиня, но, взглянув на меня повнимательней, смягчилась: – Могу я помочь вам?

– Нет, – быстро ответила я, оглядываясь, но Эллис уже как испарился. – Не стоит. Лучше скажите, где мы потом можем встретиться? Мне, право, неловко, что я так быстро ухожу…

– Не волнуйтесь, Виржиния, я же понимаю, что вы не поступили бы так без причины! – Абигейл прижала пухлую руку к груди. – После третьей кадрили я буду отдыхать там, в том зале. Наверное, у окна. Если получится – приходите! Если нет… Тогда непременно навестите меня во вторник утром, я настаиваю!

– Обязательно, – клятвенно пообещала я и поспешила обратно в гущу толпы, выискивая Эллиса глазами.

Синий, пурпурный, золотой, черный, белый, розовый, снова белый, голубой, синий с золотом… От буйства красок у меня зарябило в глазах. И как, скажите на милость, отыскать одного-единственного детектива среди сотен гостей?

Я замедлила шаг.

Если следовать логике, то Эллис должен находиться неподалеку от марсовийских дипломатов. Конечно, костюмы у них не слишком приметные, но почти одинаковые, а значит найти их будет не так уж сложно. Нужно только оглядеться получше.

Увлекшись поисками Эллиса, я сама не заметила, как едва не выскочила на самую середину зала. Совершенно не вовремя – как раз начала играть музыка. Веселая, но в то же время плавная; любимый контрданс Его величества, «Река»!

Ох, сейчас же танцевать будут все без исключения! А я стою, как столб – одна, без пары… Святые небеса, какой позор!

В полном смятении я попятилась, пытаясь скрыться куда-нибудь – хоть в тень колонны спрятаться, хоть к стенке прислониться, изображая усталость. Но, как нарочно, столкнулась с кем-то и едва не упала.

Едва.

Меня подхватили.

И – закружили в танце.

– Простите, сэр, – я ошарашенно хлопала ресницами. Разум мой пребывал в прострации, а ноги, будто сами по себе, выписывали сложный рисунок танца – вот оно, следствие накрепко заученных еще в детстве уроков. – Вы меня с кем-то перепутали?

Мой спаситель хранил молчание.

– Сэр, я…

Высокий, сильный, в медной маске, полностью закрывающей лицо… Костюм у него был, на мой неопытный взгляд, алманский – роскошный черно-красный сюртук старинного покроя, прямые брюки, заправленные в сапоги. На широком поясе крепилась застежкой серебристая флейта. Каштановые волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны черной лентой. На смуглых запястьях – браслеты из чередующихся мелких монеток, колокольчиков и кожаных шнурков. Ногти – ухоженные, хоть и коротко остриженные… и, вопреки строжайшим правилам, никаких перчаток. Значит, я могла бы ему отказать в танце. Но отчего-то делать этого не хотелось