Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

— Здесь, господин, — тут же подскочил к нам невысокий юноша с копьем наперевес.

— Доставь мальчонку и его сестру в общий дом клана. Пусть приведут их в порядок и поселят в одной комнате. Парень, ты принимаешь эликсиры? — спросил он и, когда я коротко кивнул, удовлетворенно хмыкнул. — Полную дозу ему, и завтра же на вступительный экзамен. Сегодня погибло слишком много хороших бойцов, и новое поколение будет кстати. А, последнее! Как тебя звать?

— Фенг Вал, — подумав секунду, сказал я. Ксиаобо улыбнулся, а командир подошел и положил мне свою гигантскую ладонь на плечо. От чего колени немедля подогнулись.

— Ты прав, Вал. Теперь и до конца времен ты часть клана Фенг. Что бы ни случилось. Я буду присматривать за тобой. Покажи все, на что ты способен. Удиви всех. Я на тебя рассчитываю. — Мне показалось, или он так издевается? Не подавая виду, что сомневаюсь, я кивнул, и военачальник усмехнулся. — Чего стоим? Хотите оставить все лакомые куски братьям? Вперед!

Отряд по его команде вскочил на ноги и умчался по направлению к стене, где еще раздавались звуки битвы. Среди гор трупов остался только я, молодой боец Фенгов и новоявленная сестра, чьего имени я даже не знал. Копейщик сделал переноску и посадил девочку на спину, а я, найдя ножны, очистил старый меч от крови и копоти, а затем, отыскав уцелевшую в пожаре тряпку, соорудил себе накидку.

— Готов? — спросил парень, явно недовольный тем, что не может отправиться с остальным отрядом. — Тогда пойдем. Родных твоих похоронят позже. В общих ямах жизни и смерти. А нам еще полтора часа тащиться. И угораздило нам на мелюзгу нарваться.

Я промолчал. Очевидно, что Фенг Гуайюнь увидел, как я махал факелом. Хотя этот юный воин мог и не понять, в чем дело. Но это уже не важно. Мой план сработал даже лучше, чем я ожидал. Теперь у меня есть клан, который будет за меня сражаться, и путевка в школу боевых искусств!

Глава 11

— Ну, все. Вы будете спать здесь, — сказала крепкая, седая, как лунь, постоянно улыбающаяся старушка, попросившая называть ее не иначе как баба Хуана. — Но только до тринадцати лет! Как только станете подростками — никакого совместного проживания! Будь вы хоть трижды братом и сестрой, с тринадцати лет начнете спать отдельно!

— Хорошо, госпожа, — чуть поклонился я, входя в крохотную комнатку, где едва помещался узкий настил и набитое соломой одеяло. На квадратном деревянном столике из переплетенного тростника могла поместиться разве что плошка еды, ни о каких свитках или книгах речи не шло. К счастью, в мои планы не входило торчать тут вечно. День, максимум неделя — и я выберусь отсюда в школьное общежитие.

— Баба Хуана! Сколько раз тебе повторять можно, бестолочь? — недовольно сказала старушка, уперев руки в боки. — Укладывай сестренку свою и пойдем за водой. С вечера она уже поостыла, но ничего, здоровее будете. И меч оставь, нечего с оружием по общему дому таскаться!

— Хорошо, — кивнув, я занес девочку внутрь и положил на циновку, а рядом ножны с мечом. Нужно будет потом принести еще соломы, сделать матрас. А то спартанские условия для девочки, которая останется в общем доме после того, как я уйду дальше, не слишком радуют. Пусть она мне и чужая, но все же я за нее в ответе.

Следуя за старухой-управительницей, я добрался до заднего двора, где находился небольшой прудик и колодец. Пруд был явно искусственный, вода в него лилась из большой деревянной бадьи. А туда попадала самым простым способом — с дождями. Наверное, какую-то часть приносили еще и работники.

Мне выдали деревянное ведро, несколько глубоких плошек и полотенце.

— Одежду я тебе тоже найду, но позже, — в задумчивости сказала старушка. — Донашивать будешь за старшими братьями, пока не поступишь в академию. Ну а после всем ученикам выдают одежку по их рангу, там не забалуешь. Униформа. — Последнее она произнесла с грустью и даже оттенком презрения. Так что я не смог упустить это из виду.

— Вы чем-то расстроены… баба Хуана? Чем вам не нравится однообразие одежды у учеников?

— Вот будто ты сам не знаешь? — сокрушенно всплеснула руками старушка. — Чему тебя батюшка твой учил тогда? Ну-ка, скажи, что главное для ученика Пути?

— Старание и тренировки? — спросил я, набирая полное ведро воды и окатывая себя с ног до головы прямо на месте.

— Что ж ты, ирод, делаешь⁈ Столько воды попусту потратил! Бери тряпку, мочи да смывай потихоньку. Из одной плошки в другую. Да вот еще кусок обмылка тебе, из поросячьего жира. Сама варила для главы, да ему не больно-то нравится с мелкими мыться, — со вздохом сказала старушка. — Нет, внучок. То, что ты говоришь, верно. Должно быть верно. Но главное — что в академии, что в клане — сила и навыки. Зачем тебя Фенг Гуайюнь приютил? Не за красивые же глазки. Ты хоть мальчонка ладненький, да ему только девушки интересны.

— И на том спасибо, — помрачнел я, представляя, какой интерес может быть проявлен к моей персоне. — И что с силой?

— Ну, так кто сильнее, тот и прав. Победи десятника — сам станешь десятником. Сотника, тысячника, правую руку клана… главу. Правила одни для всех. Тот, у кого нет силы, не может удержать даже то, что формально принадлежит ему по праву, — вздохнула старушка. — А потому и среди учеников, и среди воинов постоянно идет борьба. И если взрослые все больше в честных дуэлях да на турнирах свои вопросы решают, то дети есть дети. Пренебрежение, помыкание слабыми, подчинение и унижение… А тот, кого обидели, для того чтобы позднее возвыситься, сам готов всех в грязь лицом класть. Замкнутый круг.

— Достаточно просто его разорвать: оказавшись сильнее, не унижать слабых, — пожал я плечами.

— Ну, созревшие воины так и делают. Но подросткам этого не объяснишь, — вновь вздохнула баба Хуана, а затем, всплеснув руками, схватилась за подол и побежала, на ходу причитая: — Да что я с тобой заболталась совсем, у меня же лепешки сгорят!

— Спасибо, бабушка, — крикнул я ей вслед, но старушка лишь помахала рукой, не оборачиваясь. Ну да,