Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

Увидев меня, Гук встал.

— На кой ты его кирпичом приложил?

Дозорный висел расслабленно, голова откинута назад, изо рта стекала тягучая слюна. По всем показателям — помер.

— Так вышло.

— Лучше бы сам головой о стену стукнулся. С кем мне теперь разговаривать?

— Гук, чё ты ругаешься? Я же не знал, что у него черепушка слабая. А если хочешь поговорить с кем-то, ну, поговори со мной. Я человек эрудированный, много знаю.

— Что ты можешь знать о патрулях рейдеров, о переговорных таблицах?

— Ничего.

— Вот то-то. Сплошные проблемы с тобой, Дон.

Ребята Дворника распределились по фронту, четверо вошли в склад. Гук указал на железнодорожную ветку:

— Башмаки[1] установите. Секреты вдоль насыпи. И пару человек отправьте в пустошь, пусть приглядывают.

Закипела работа по оборудованию новых позиций. Ограничиваться одними дозорными Гук не стал. Слева от склада из старых шпал и обломков бетона строили что-то вроде блокпоста. Между ним и насыпью рыли траншею. От станции подъехала блиндированная дрезина. Впереди турель, вместо пулемёта — та самая малокалиберная пушка, которая отправила мой панцер к его танковому богу, да и броневые пластины, похоже, позаимствовали от проходчиков. Быстро ребята нашли им применение.

С задней площадки спрыгнула Алиса, за ней выбрался Звездун. Девчонка выглядела злее голодной мыши, я ждал от неё жалоб или наезда, но она благоразумно молчала и даже старалась не сталкиваться со мной взглядом.

Голосом Мелкого ожила рация на разгрузке Гука:

— Комендант, из опорника вышли рейдеры, двигаются в вашу сторону.

— Много?

— Не меньше роты. Два пулемёта. Идут цепью, очень густо. Встречайте.

Рота — это примерно в три раза больше, чем собралось нас.

Я посмотрел туда, откуда должны были появиться прихожане: метров семьдесят открытого пространства, дальше прикрытый разросшимися деревьями частный сектор, за ним двускатные крыши народной стройки. Где-то среди них опорник рейдеров.

Гук сложил ладони рупором и крикнул:

— К бою!

Оборону ещё только начали выводить. Траншею слегка обозначили вывернутым дёрном, блокпост вообще куча мусора. Единственное, что смогли сделать — растащить несколько шпал, наскоро соорудив из них хоть какой-то бруствер.

Алиса вытащила револьвер, присела. Выглядела она нелепо: женщина с пистиком, кому расскажешь — оборжутся. Но тем не менее я знал, стрелять она умеет, и не просто умеет, а хорошо умеет. На стрельбище в Центре Безопасности она била мишени и с места, и в прыжке. Вот только револьвер против автоматического оружие не самый лучший выбор, да и рисковать жизнью — не бабское дело.

Я кивнул Звездуну, указывая на будку обходчика:

— Уводи её. Сам тоже не геройствуй.

— Принял, начальник.

Алиса не стала сопротивляться, позволила увести себя, бросив на прощанье полный укора взгляд.

Затрещал пулемёт, к его трескотне добавились голоса штурмовых винтовок. Из шпал полетели щепки. Я распластался на земле не хуже тряпочки, выжидая, когда первый напор атакующих схлынет. На открытое место рейдеры пока не лезли, отсиживались за домами, долбили по всему, что казалось подозрительным. Бойцы Гука отвечали редко. Среди всеобщей стрельбы я расслышал хлопок малокалиберной пушки. Над землёй приподнялся столб пыли и дыма. Били целенаправленно по дому. Столб стал гуще и чернее, затрещало пламя.

Я приподнялся на локтях, приник к прицелу. Ближний к насыпи дом горел. Пламя лизало стены, крышу, свивалось в кольца, свивая заодно и дым. Меж деревьев замелькали фигурки. Я поймал одну на кончик мушки, выстрелил. Не попал. Поймал другую.

Снова хлопнула пушка, загорелся второй дом. Дым всё сильнее заволакивал пространство. Иногда в его разводах возникали человеческие силуэты. Я давил на спуск. Силуэты дёргались, падали, поднимались. Банальная перестрелка, бой местного значения. Не интересно. Идти в атаку рейдеры так и не решились. Не ожидали, что здесь им окажут столь тёплый приём.

Перестрелка длилась минут двадцать, потом пошла на убыль. На обострение ситуации прихожане не пошли, побоялись потерь, и отступили. Их бегство подтвердил Мелкий:

— Уходят! Уходят!

Я слегка расстроился, желание войны не отпускало, хотелось поучаствовать во второй части Мерлезонского балета. Достал фляжку, встряхнул, но пить не стал, протянул Гуку.

— Будешь?

Гук посмотрел на фляжку с ненавистью и отрицательно мотнул головой.

— А я бы не отказался.

Рядом возник Звездун.

— Держи, — не стал жадничать я.

Он отвинтил крышку, запрокинул голову и вылил в себя остатки коньяка. Крякнул:

— Хорошо… Дон, Алиса сказала, чтоб шли к бронетранспортёру. Ехать пора.

Пора так пора. Я протянул руку Гуку.

— Бывай, крёстный. Может ещё и увидимся.

— Может, — неопределённо ответил тот.

[1] В данном случае имеется ввиду сбрасывающий башмак, применяется для сброса состава с рельсов.

Глава 17

Броневик, при всех его положительных качествах, выше шестидесяти километров в час не разгонишь, да и то по хорошей дороге, по Обходному шоссе, а по грунтовке тридцатка за счастье сойдёт. Поэтому до Северного поста мы добрались в сумерках. Последний раз я был здесь, дай бог памяти, целую жизнь назад. Тогда нас привезли сюда как скот на убой уготованный, что не удивительно, ибо всем нам на следующий день предстояло стартовать в шоу Мозгоклюя. Привезли точно так же в темноте, выбросили на платформу, загнали в какой-то сарай…

Желатин притормозил перед воротами. Ворота так себе, одно название: деревянная рама, обтянутая колючей проволокой. Забор такой же. Можно проехать насквозь и не почувствовать. По периметру четыре вышки, возле дальней деревянный барак, подсвеченный фонарём. В центре кирпичная трёхэтажка. Она единственная представляла собой хоть какую-то защиту. Окна первых двух этажей по местному обычаю заделаны камнем и замазаны глиняным раствором, на третьем превращены в бойницы. На плоской крыше различимы силуэты турелей. Вокруг ни одной лишней постройки или куста, или дерева. Настоящий приграничный форт. Лишь вдалеке на фоне ночного неба видны крыши домов северной окраины Развала.

— На кой ляд мы сюда прибыли? — спросил я, приподнимаясь над бортом броневика.

Алиса не общалась со мной всю дорогу, хоть я и пытался несколько раз заговорить с ней. По-прежнему хранила внутри себя обиду. Что ж, она женщина, а женщина имеет право обижаться, даже если обижаться не на что. Но держать в неведенье делового партнёра — это как бы не очень хорошо, поэтому она всё-таки ответила:

— Переночуем и утром поедем дальше. Желатин, не забудь зарядить аккумуляторы и пополнит запас воды.

— Куда поедем?

Алиса выдержала