"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

один из стрелков, поспешно высадившийся из впередиидущей машины. В руках он держал неизменный винтарь, но балаклава торчала из кармана, а потому мы рассмотрели и бесхитростную рожу, больше бы подошедшую какому-нибудь рязанскому Ваньке, и выгоревший до белизны ёжик на голове, и цепкий взгляд бледно-голубых — как будто бы тоже выгоревших — глаз. Плюс небольшой шрам на нижней челюсти справа.

— Тормози! — велел парень.

Говорил он с неуловимо-знакомым акцентом, но точно его определить по единственному слову я не сумел.

— Чего это? — удивился Вова, опустив стекло. — Мигель про пассажиров не говорил!

— Не колышет, омбре! — отрезал парняга. — Я, кстати, Серхио. А ты Во… э-э-э… Влад?

— Он самый, — кивнул напарник. — Так чего надо-то?

— Я гляжу, у вас тут целый арсенал, — немного невпопад ответил Серхио. — И пулемётик занятный, я такого раньше не видел. Ну ладно, справлюсь как-нибудь…

— Э, нет, друг! — Вова щёлкнул замком дверцы и выскользнул из кабины, не забыв прихватить уже устроившегося у него на коленках Сигизмунда. — Машинка нежная, особого подхода требует! Уж лучше я ещё пару часов потерплю!

— Как скажешь, — пожал плечами Серхио. — То есть мне сюда?

— Сюда, сюда, — заверил я. — Полезай, не тормози.

— И вот этого товарища захвати, — сунул Вова в окно кота, как только наш новый сопровождающий устроился на пассажирском сиденье, кое-как приткнув рядом негабаритный ствол. — И это, поласковее с ним! Я потом проверю!

— Мля-а-а-а! — подтвердил Зигги серьёзность намерений Вовы.

И, что самое удивительное, охотно пошёл на контакт с новым человеком — то есть не стал ни полосовать того когтями, ни рвать зубами. А вместо этого свернулся клубком на коленках и врубил урчальник.

Серхио от такого натурально разомлел и принялся машинально поглаживать кошака по холке, что-то тихонько приговаривая себе под нос. Гарантии не дам, но мне послышалось что-то вроде «хороший, хороший», причём по-русски. По крайней мере, на язык так и просилось известное продолжение «брысь под лавку», что, согласитесь, не вязалось ни с английским, ни с испанским, ни с каким-либо другим языком.

Вова, к этому моменту уже умудрившийся забраться в пулемётное гнездо, врубил гарнитуру и деловито поинтересовался:

— Проф, а это не нас все ждут?

— Точно! — опомнился я и запустил двухтактник.

— Чего это? — оторвался от кота Серхио. — Странный какой-то звук…

— А, не обращай внимания! — отмахнулся я. — Это моё ноу-хау! Я батарею переделал на зарядку от генератора, а у того привод от двигателя внутреннего сгорания, двухтактного! Поэтому так и гудит!

— Нихрена не понял, но очень интересно, — ухмыльнулся Серхио, но во взгляде его мелькнуло что-то такое, что заставило меня внутренне напрячься.

Видимо, ещё один — очередной — звоночек. Оговорка при первом контакте — он явно хотел сказать «Вова», — характерная внешность, вот это вот «хороший, хороший… брысь под лавку!»… ну и вишенкой на торте — взгляд. Однозначно не так прост паренёк, как хотел показаться. И что-то мне подсказывает, что он наш с Вовой соотечественник. В смысле, русскоговорящий. Серёга он и есть Серёга, как ты этот факт ни скрывай.

— А ход какой плавный! — через некоторое время восхитился мой пассажир. — Подвеска тоже ноу-хау?

— Типа того, — не стал я вдаваться в подробности.

И ведь надо же такому случиться, что уже через какой-то километр от «чека» попался весьма изрезанный отрезок дороги! Я бы даже сказал «исполосованный», это ближе к истине. Внезапная активность каменных слизней? Или ещё какая напасть? Не суть, в общем. Главное, что на этом проблемном участке трак проявил себя выше всяких похвал. Ну и я сам прокололся — привык за дорогу рулить аккуратно, памятуя о Вовином неустойчивом положении. Вот и запалились в очередной раз.

Кстати, надо отдать Серхио должное: раз убедившись, что я не склонен к болтовне за рулем, доставать расспросами он меня больше не пытался. Вместо этого явно в отместку сосредоточился на Сигизмунде. Дескать, что и требовалось доказать — коты лучше людей. И вообще, коты лучше. В принципе. Чего (и кого) бы то ни было.

Так мы и катили по изрядно уделанной дороге около часа, периодически пропуская «встречку» и давая себя обогнать догоняющим. Темп Мигель задал не быстрый, но и не черепаший, а в самый раз для организованной колонны, к тому же порядочно уставшей. Естественно, при таких делах не обгонял нас только ленивый. И, надо сказать, чем ближе к Порто-Либеро, тем интенсивнее становилось движение. И если перегоняющих Серхио провожал почти равнодушными взглядами, то к встречным, а тем более припаркованным на обочине, относился с куда бо́льшим подозрением: переставал поглаживать Сигизмунда и подтягивал поближе винтовку.

Ну а потом в один прекрасный момент головной трак ещё сильнее сбросил скорость и прижался к обочине, аккурат у небольшой площадки, посреди которой торчал ничем не примечательный трак с парочкой ярко выраженного бандитского вида типов в кабине. Машина эта смотрелась откровенно… нет, не убого, но скучно: чёрные корпусные панели, сейчас скорее серые от пыли, потрёпанные твилы, флагшток-антенна с обрывком какой-то тряпки… лично я бы мимо таких чмырей проехал, не останавливаясь. А Мигель вот, наоборот…

— Серхио? — позвал я напрягшегося пассажира, не сдержав любопытства.

— Чего?

— А это кто?

— Это, омбре, наши заклятые друзья, — ухмыльнулся Серхио. — «Лос койотес», койоты, то бишь. Сейчас Мигель — исключительно в знак глубокого уважения, вы не подумайте — отслюнявит им пачку бабла, и дальше поедем.

— Так это те самые «таможенники»! — дошло, наконец, до меня.

— Нет, не те самые. Тех самых мы бы послали далеко и надолго. А это серьёзные парни, с ними принято считаться, даже если вы на пяти… нет, на шести машинах, вас двадцать с гаком человек и у всех стволы. Кстати, повезло сегодня — они, по всему судя, загодя по «таможне» прошвырнулись и мелочь разогнали. Так что грех не остановиться и не уважить, — с изрядной неприязнью завершил спич Серхио.

— А тебе, гляжу, они не очень-то нравятся?

— А кому могут нравиться отморозки? Лично я, омбре, таких людей не знаю.

— Энрике.

— А?..

— Зови меня Энрике. Или Генри, если так больше нравится. А лучше всего Олег, — со значением покосился я на попутчика.

Но тот, к моему удивлению, и бровью не повёл. Видимо, тоже