Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

*⠀ *⠀ *

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

— Ну что, ты согласен? — не столько Никодим, озвучивший итоговую сумму в девятьсот сорок тысяч за всё имущество, сколько замершие и замолчавшие одногруппники ждали моего ответа. Пауза возникла пусть и не зловещая, но наполненная сопением, сипением, звуками дыхания и скрипом кожи — видимо, кто-то переминался с ноги на ногу.

— Да, всё нормально, — ответил спокойно к радости собратьев, после того как внимательно ознакомился с договорами. И тут же их «подписал».

Довольный гомон проглотил тишину. Гарпия вроде бы даже воскликнула: «йес», а Рыжий поддержал подругу довольным: «здорово, теперь хрен им!». Быкан же грозно погрозил кому-то кулачищем, сжимая во второй руке за ножны возле рукояти, палаш. Зюгерман победно воздел большой арбалет.

Или я перегорел, или выплеснул всю агрессию в многочисленных сегодняшних смертельных схватках, но негативных эмоций к коллегам не ощущал. Совершенно. И это было здорово, так как даже во время совместного путешествия в фургоне понимал — злость, ярость и ненависть к окружающим — в большей степени нечто наносное. SN и Ледяные лезвия на сегодня насытились кровью?

Практически все трофеи, которые и планировал продать, ушли влет. Кольчуги и броня разыгрались посредством костей и распределились между группами, такая же судьба постигла арбалеты. Остальное колюще-режущее железо выбирал по душе себе каждый сам, благо его тоже у меня накопилось немало. Сам удивился, сколько накосил. К месту пришлись ремни и перевязи, хитрые ременно-плечевые системы, один разгрузочный жилет, подсумки, аптечки, обувь… В общем одногруппникам требовалось всё. И именно здесь пригодился Никодим, который четко озвучивал цену в Норд-Сити на каждый элемент экипировки. Тоже захотелось купить продвинутые базы. Особенно на артефакты и демонические предметы. Учитывая, что магги продолжала их игнорировать, как и инструменты Фёдора, не помогло и «познание», «совершенствование» которого достигло ста процентов. В таком росте удивляться было нечему, учитывая количество артов и предметов, которые я внимательно осматривал. И, если всё получилось успешно — то есть определить «распад» или «прочность», у тех же элементов брони, имеющих магические свойства, то она росла.

Радость собратьев абсолютно понятная. Желание вооружиться хоть как-то и хоть чем-то возникло не на ровном месте. Все уже поняли, что от экипировки зависели их жизни — успели поучаствовать в схватке. И да, без громких словес, смерть рядом с каждым из них прошла. Молодцы, не оплошали.

Сейчас же одногруппники выглядели, как банда очень злых и опасных оборванцев. Спецодежда где-то разорвана, где-то в темных пятнах, сами в ссадинах и порезах, у Быкана синяк под глазом, но уже пожелтевший. Как я понял, кардинально лечиться они не стали, мазью смазали, антидоты вкололи, и всё.

Ещё здоровяк с присными успели сунуться к торговцам. Цены их «приятно» удивили. В два-три раза выше, чем в Норд-Сити, это если за марки приобретать, а если в кредит, то цена могла увеличиваться в пять-шесть раз от базовой. И никто из барыг на понижение не шёл, не торговался. Да и ассортимент не обрадовал.

— Они все сговорились, падлы! — негодовал качок-профессор, видимо, стал забывать о славном научном прошлом, сыпал матами, куда тем грузчикам. Отчего-то каждый хотел поделиться мыслями и эмоциями со мной. Впрочем, я не пресекал. Наоборот, иногда поддерживал беседу. Одногруппники всё больше стали занимать место в моих будущих планах.

— Ты в антимонопольный комитет обратись, — с кривой усмешкой посоветовал хмурый Зюгерман.

— А что тут такой есть? — заинтересовался Рыжий.

— На жопе шерсть! У нас дикий капитализм. — оборвал все споры Никодим: — Теперь понимаете какое одолжение вам делает Стаф?

Последняя фраза спорная. Я ловил много, но, как говорилось, дорога ложка к обеду. Вроде бы покойный Честный любил эту фразу.

Наконец-то всё разобрали, разошлись.

— Через минут сорок-час, сбор возле кафе, никому не опаздывать. Выдвигаемся сразу. Нам ещё норму закрывать, — напутствовал наставник, когда последние скрылись за едва заметной дымкой барьера, обернулся ко мне, — Макса ты прикончил?

— Нет, ему высший голову откусил, — этого разговора ждал и был готов.

— И хорошо получилось, иначе бы я сам его грохнул, за подарок, — зло проговорил тот. Ага-ага, вряд ли, учитывая, что после обнаружения «отложенной смерти», он встречался в палатке Альфреда с покойным. И всего лишь поругался, а можно было в Круг вызвать и башку снести. Или я чего-то не понимал. Скорее всего последний вариант, но зарубку на память всё равно сделал, — А любомировских и Смирнова?

— Андрея я, так получилось. Цепная молния сработала, сразу в пепел, но… — это остановил, порывающегося что-то сказать наставника, — я их вместе с Максом при всех предупреждал об опасности и о том, что буду бить без всяких оглядок. Что и сделал. Себя пусть винят. С учениками Любомира и смертником история непонятная. Возможно, их никогда там и не было. Узнал только от мага после битвы. В целом же, заглушил демона, а потом сжег к чертям всё, по заветам Фёдора, огненной гранатой. Видимо, и любимчиков до кучи отправил в чертоги Великого Холода, — понял, что ненавижу оправдываться, кратко пересказал события.

— Ну и история! Грязная! Вонючая! Смердящая! — подвел итог Никодим и дополнил, — Грязная — потому что сами виноваты, я сразу это понял, а пытаются всех собак на тебя повесить. Перед общественностью обставить дела так, мол это Стаф с головой не дружит и режет всех подряд от бандитов до честных Волков. Грязных, чистых — ему плевать. На количество работает. Паука вспомнили, ещё пара дней пройдет, и тот совсем для части обывателей станет няшкой. Святым. Знай об этом. И Любомир, как и любой другой маг его ранга, очень мстительная сука. С ним пока не разговаривал, но тот в любом случае скользкий, как уж на сковороде. Вроде бы в глаза обычно улыбается, кивает, «да, да, понимаю», а потом обязательно какую-нибудь мерзкую дрянь сделает. Исподтишка! А ты ещё отказался от ученичества у Фёдора. Зачем? Одним своим упоминанием тот на многих действует охлаждающим душем. Грозового мага — вмиг бы отвадило.

— Решил, что так будет спокойней, но скорее на изжоге, — доверительно «пожаловался». — Это когда высшего приголубил. Родилось в башке — нахрена мне это нужно, непонятно за кого отвечать?… Ну и… Вышло так, короче.

— Мда… Зря! — задумчиво произнес учитель, — Но сделанного не вернешь, в ученики к одному и тому же наставнику можно только один раз в пять лет записаться. Ограничение ЦК, с рейтом связанно как-то.

Скорее всего обстановку ему доложила Нени, как и поделилась своими опасениями.

— А у тебя откуда дровишки? — спросил.

— Земля слухами