Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

— Не переживайте, господин Кин. Подготовка почти завершена. Выдыхайте.

Я не хочу, чтобы она была счастлива.

Не с кем-то другим.

Киран сжал челюсти, пытаясь угомонить Ри. После ввода подготовительных препаратов протечки становились похожи на протечки отца — и Мэв говорила, что после испытаний эта побочка может остаться с ним навсегда. В принципе, любая побочка может остаться с ним навсегда.

Киран прикрыл глаза, медленно выдыхая.

— Вот и прекрасно, — пока он не видел Легрин, ее голос отдаленно напоминал голос Крис. — Все будет хорошо, господин Кин.

Ее голос.

Неужели последнее, что он услышит от нее — это глупая фраза про свидание, брошенная Джеру в машине?

Киран открыл глаза и застыл, когда Легрин взяла шприц из кейса на столе. Мутная жидкость внутри слабо переливалась серебром на холодном свету электрических ламп.

Легрин грустно улыбнулась, мягко касаясь ладонью его предплечья. От синтетического прикосновения латекса, пусть и нагретого, Киран невольно повёл плечами — едва заметно, насколько давали стягивающие его ремни.

— Мне полагается сказать последнее слово? — он ухмыльнулся, глядя сначала на Легрин, а затем переводя взгляд на Мэв, наблюдающую за ними из-за защитного экрана. — Эй, Мэв! А последнее желание будет?

— Не паясничай, Кин, — холодно отозвалась та. — Легрин! Препарат!

***

— Стоп-стоп-стоп! — на втором этаже распахнулась дверь, и вниз по лестнице быстро сбежала женщина в черном брючном костюме. Белый халат был накинут на ее плечи и не слетал только чудом — неслась она так быстро, что размывалась перед глазами Кирана в чёрно-белое сплошное пятно. Или это все — действие подготовительных препаратов? Он медленно заморгал, фокусируя взгляд.

— Доктор Мэв! Мэв, стойте! Кин у вас? Это он? Киран Кин?

Легрин замерла со шприцем в руке. Мэв, нахмурившись, вышла из-за защитного экрана и подняла очки на лоб, упирая руки в бока.

— Что значит — “стоп”? Вы по какому праву врываетесь?

Вбежавшая женщина остановилась возле Мэв, и, тяжело дыша, упёрлась ладонями в колени.

— Я…фух… — вытащила ланъярд из-за ворота рубашки, показывая бейдж и продолжая пыхтеть, так и не подняв на Мэв головы. — Отдел соцвнедрения. Лисса Тан. Я отправляла вам утром письмо! Вы не видели?

Лицо Мэв потемнело. Казалось, ещё немного, и невидимый ветер раздует полы ее халата, растреплет темные волосы, зашуршит костюмами сжавшихся в углу помощников, и гром разразится в невидимых тучах. Киран хорошо знал эту злость. Мэв реагировала так каждый раз, стоило хоть кому-нибудь в лаборатории намекнуть, что они хотели бы поработать с ее материалом.

— Он все подписал, — металлическим голосом отчеканила она, пихая под нос Лисы Тан планшет. — Испытание запланировано и согласовано. Вы прервали процедуру! Так что будьте добры…

— Ничего страшного, — все ещё беспорядочно выталкивая из лёгких воздух, с улыбкой отозвалась Лисса, разгибаясь и махая рукой. — Я говорила напрямую с главой вашего отдела. Мою заявку поставили в приоритет.

— Какую ещё… — Киран впервые видел, чтобы Мэв была настолько обескуражена.

— Ознакомьтесь, все есть в письме, — Лисса снова махнула рукой и направилась прямиком к Кирану и Легрин.

— К нему опасно приближаться! — беспомощно прокричала вслед Мэв. — Испытание уже началось! Он под ретинтанолами!

— Да, да, — не оборачиваясь, ответила Лисса. Легрин молча отступила в сторону, откладывая полный шприц в кейс. Киран с любопытством рассматривал свою храбрую спасительницу. Его Ри и в самом деле была сейчас непредсказуема — но Лисса не собиралась использовать щит. Что-то подсказывало Кирану, что она и вовсе была не ЧеВГИ.

Но её беспардонная самоуверенность ему нравилась.

— Эй, — Лисса окликнула помощников. — Помогите мне!

Не дожидаясь, пока те двинутся с места, она принялась расстёгивать ремни, удручённо мотая копной светлых волос. Киран, высвободив правую руку, облегчённо вздохнул, сжимая и разжимая кулак и разглядывая кожу: следы ремней оставили глубокие красные отпечатки. На венах проявились темно-сиреневые уродливые бугры — последствия подготовительных инъекций.

— Лисса Тан, отдел соцвнедрения, — запоздало сказала Лисса, садясь перед ним на корточки и расстегивая ремни на лодыжках. — Господин Кин, у меня есть для вас альтернативное предложение.

— Альтернативное? — повторил он, наблюдая за ее макушкой. — Но я уже все подписал. Это ваше предложение позволит мне остаться в программе?

Она подняла голову, глядя на него снизу вверх.

— Оно исключит вас из программы.

— Что? Святые. На какой хрен вы вообще пришли? Мэв! Мэв, скажи, пусть затягивают эти штуки обратно. Легрин! Неси чертов препарат!

— Да подождите! Постойте! — Лисса вскочила, хватая его за запястья.

— Вы нарушаете мои гражданские права, ясно? — Киран резко потянул на себя руки, и пальцы Лиссы разжались, не выдерживая его напора. — Я пожалуюсь своему адвокату!

— Какие права? Права на бесславную смерть? — вспылила Лисса. — Идёмте со мной! Я подала на вас заявку, ясно? Вы обязаны пойти со мной!

Он хмуро молчал, глядя ей в лицо. Лоб Лиссы вспотел, тонкие светлые волоски прилипали к коже. Широко распахнутые глаза горели, полные решительной ярости.

— Пойдёмте, — уже тише сказала она. — Пройдемте в мой кабинет, и я все вам объясню, хорошо, господин Кин? Вы сами примете решение. Я обещаю.

***

Язык плохо слушался. По телу разливалась приятная слабость. Киран чувствовал себя пьяным: ретинтанолы как будто работали с Ри тем же способом, что и алкоголь, только вот от обычного алкоголя протечки были куда безопаснее. Но несмотря ни на что Лисса Тан оставалась самоубийственно невозмутимой. Она не взяла ни одного сопровождающего, кроме Дьярго, провела Кирана по коридорам на третий этаж практически за руку — и за все время дрогнула только раз, когда ее взгляд упал на его шрам на правом плече. Вэлли неплохо заштопали ту дыру, где раньше сидел маячок, и шрам был едва заметный: куда менее вызывающий, чем полоса от отцовского Режущего, и уж тем более, чем отметина от Пульсара на лице.

Но Лисса вздрогнула при его виде так, будто там был не затянувшийся шрам, а живое оголенное мясо.

Шатаясь, Киран зашёл в кабинет следом за своей проводницей, и она кивком указала на стул. Киран рухнул на него почти с облегчением.

Здесь пахло кофе и теплой бумагой, нагретой принтером. Лисса, встав за столом по другую сторону от Кирана, положила ладони на высоченную стопку белых листов и глубоко вдохнула прежде, чем