"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

Вон, строят глазки… И никого из них не смущает, что рядом мужья. Да и чего опасаться? Те уже пьяненькие и больше заняты бахвальствами и спорами, а тут же не только император, который скоро уедет, но и целый принц, пусть и без особой надежды на хоть на какой трон. Охмурить или женить на своей дочери — чем не идея-фикс для представительницы женской части гарнизона? Ох, не позавидую я Теодориху! Вот и посмотрим, насколько он разумен.

Пробыв в расположении роты следующий день, наступившим утром отправился я обратно, чтобы ещё до ночи добраться до столицы. Карета, представшая собой более дорогой вид телеги, кроме отделки ничем от неё не отличающаяся, неспешно ехала по дороге. Трясло на ухабах прилично, и мне приходилось иногда останавливать и выходить, чтобы просто размять ноги и зад.

Надо что-то делать. Я уже подумывал о рессорах, но то одно, то другое оттягивали на себя внимание. Пусть пружинную или рессорную сталь поначалу и не получится сделать высокого качества, но хоть какую да сумеют. Всего-то и надо, что добавить… Я усмехнулся. Вот тут надо «всего-то», вот там… Да, даже понимая, что и как надо делать, до воплощения могут пройти годы. Хорошо хоть, что Урал уже наш и не надо разрабатывать, внедрять многие вещи, на которые не хватит и жизни.

— Отдохнули, сын? — с некоторой тревогой спросила встретившая меня Елена Седьмая. — Могли бы и подольше там пробыть.

— Отдохнул, пусть и не так долго, как хотелось бы, но покой нам лишь снится, поскольку без дела долго сидеть не получается.

— Опять что-то придумали?

— Да, надо всё-таки довести до ума кое-что, а то давно в карете на далёкое расстояние не ездил и отвык от тряски.

— Так испокон веков в каретах трясло, а для комфорта есть толстые подушечки. Неужели в вашей нет таковых?

— Есть, но упомянутые подушечки лишь решают проблему синяков, да и не полностью. Общую зубодробительную тряску не нивелируют.

— Ну, как знаете, сын наш… Как знаете… Мы давно из дворца никуда не выезжаем, но если сие станет комфортным, то почему бы и нет.

Я проводил мамана до её покоев, где статс-дамы и фрейлины продолжали восхищаться тканями, и направился к себе. Да, мне тоже надо бы приодеться, но оставлю это портному. Ну не копаться же мне самому в тряпках!

***

После отбытия Теодориха на место, так сказать, постоянного несения службы, я почему-то подумал, что Ника охладеет к поездкам на стрельбище. Ну, типа решит, что уже настрелялась всласть, да и я, в отличие от принца, для неё довольно сильный соперник с которым станет неинтересно.

А, нет! Лично заявилась днём узнать, поедем ли сегодня.

— Мне показалось, что ты вся ушла в думы о новых тканях и платьях.

— Допустим, — чуть нахмурилась девушка. — И как это должно повлиять на стрельбу? Уж не думает ли Ваше Высочие, что обо всём остальном я забуду?

— У Нашего Высочия промелькнула такая мысль…

— И пусть более не возвращается! — сверкнула глазами метресса.

Ах, какой красавицей она в этот момент предстояла! Прям Артемида! Или Афина?.. Хм… Наверное, всё же вторая, хотя её обычно изображают не девушкой, а женщиной. Да, Афина, которая очень разносторонняя личность, да и менее кровожадная. К тому же Ника интересуется литературой и нередко просит рассказать об изобретениях.

— Прости меня, Паллада! — возопил я и поднял руки в умоляющем жесте. — Всё будет так, как тебе угодно.

Наверное, я переиграл, поскольку метресса на несколько секунд оторопела, а потом спросила:

— Почему ты так меня назвал?

— Мне показалась, что ты похожа на Афину.

— Из тех… — девушка начала подыскивать подходящее слово. — Из тех видений?

— Видений? — наступила моя очередь удивляться. — Нет, не помню, чтобы она мне являлась.

— И что так? Неужели, император Юлий недостоин лицезреть богиню? Геру и Артемиду ты же видал… И, вообще, если вдруг с ней встретишься, то спроси, что означает слово Паллада.

— Да вроде бы известно что, — ответил я, чуть облегчённо выдохнув от сменившейся темы разговора. — Кого-то там она убила и взяла себе его имя.

— Слишком натянутое объяснение… Как мне думается. Никто из богов не брал себе имя поверженного им существа. Тем более, что даже толком неясно, кого именно Афина убила: то ли товарища по играм, то ли подругу, то ли сестру или летающего гиганта, который был её отцом. Ты как-то произнёс фразу «мутная история», и она вполне подходит для всего этого. Скорее всего, древние сказители сами не знали смысла прозвища, вот и пустились в фантазии.

— Ладно… — пробормотал я. — Как только, так сразу.

— Не поняла…

— Если увижу, то постараюсь спросить. Вот только олимпийцы, как правило, предпочитают излагать свою волю, чем отвечать на вопросы смертных. Тем более, касающихся их лично. Так что не обессудь, если ничего не узнаю.

— Так, когда поедем стрелять? — снова сменила тему метресса.

— Давай, завтра, а то обед уже близок, а потом…

— А потом ты будешь сытым и никуда уже поехать не захочешь, — улыбнулась Ника и показала почти белоснежные зубы. — Тогда я пошла к девочкам.

— Пойдём к ним вместе, — поднялся я.

Глава 58

— Карп, — поднял я за лакея взгляд, — разыщи главного жреца Афины, и пусть он завтра часам к десяти-одиннадцати придёт ко мне для консультаций. Понял? Ничего не перепутаешь?

— Да как можно?! — чуть ли не возмутился слуга и посмотрел на Римму, пребывавшего в последние часы в печали. Ну, да… Я же не стал обедать у себя, а был у императрицы, что автоматически означало: недоеденное загребут её лакеи, а ему ничего не достанется. Эх, Римма, Римма… Обжорство до добра не доведёт! Надо вести здоровый образ жизни! Проводив ушедшего Карпа взглядом, подошёл к диванчику и прилёг, чтобы съеденное немного переварилось, а то что-то некомфортно.

И тут заявился лейтенант Шаликов. Ему-то что надо? Не видишь, мы отдыхаем?!

— Добрый вечер, Ваше Величие! — обратился он ко мне, косясь на лакея.

— Пойди, Римма… Может, что на кухне найдёшь…

Слуга еле заметно вздохнул и закрыл за собой дверь.

— Что лежишь? — Полибий явно находился в хорошем настроении.

— Устал сидеть.

— А… Понятно… Мне