Мюзикл - Галина Владимировна Чернецкая

Потом я выдержала ещё штук пять образов, которые слились в какой-то бесконечный цикл: раздеться, одеться, раздеться и так бесчисленное число раз.

Армейский опыт нисколько не помогал: одеться, пока горит спичка, никак не получалось. Эти клёпанные платья имели множество крючков или микро-пуговок в труднодоступных местах. Чтобы застегнуть их требовалась гибкость рук или помощь нескольких человек.

Под конец вокруг меня собралась целая толпа помощников, которые тянули в разные стороны, требовали поднять-опустить руки, ноги, наклониться, выгнуться, прогнуться и прочее.

Я с тоской вспомнила трехдневный марафон в горах с полной выкладкой.

— Думаю, надо ещё раз посмотреть тот образ со светлым коктейльным платьем. Где органза и немного серебряного напыления на подоле в виде горных трав.

У меня дернулся глаз.

Герцогиня восседала на низком диванчике, держа в руке чашечку чая, и откровенно наслаждалась процессом.

— А ещё я бы хотела, чтобы вы, Оленька, сами прошлись по магазину и выбрали то, что глянется именно вам. Я вижу, что вы из тех дам, что ценят комфорт и уверенность.

Я рассеянно кивнула. Сил на споры просто не было.

Герцогиня улыбнулась мне и вернулась к обсуждениям.

Продавцы суетились вокруг неё: обновили чай, показывали ленты, кружева, какие-то шпильки и прочее.

Я торопливо отвернулась.

Прошла по рядам манекенов, практически не видя ничего. Достала и приложила к себе несколько костюмов на вешалках. И, наконец, заметила аккуратный костюм бежевого цвета.

Переоделась сама, благо застежки позволяли сделать это самостоятельно. К нему идеально подошли мои армейские ботинки.

— Ваше сиятельство, я выбрала, — громко возвестила я, выходя из-за ширмы.

— Ах, — прижала ладони к щекам компаньонка. — Какой скандал!

— Ваше сиятельство, простите, — принялся кланяться продавец, — я непременно разберусь, как такое могло произойти. Виновные обязательно понесут наказание!!!

Я стояла столбом посередине магазина, понимая примерно ничего.

Продавец, продолжая отвешивать земные поклоны, утащил меня за ширму и буквально вытряхнул из одежды.

Мгновенно напялил на меня какое-то светлое платье, махнул рукой на ботинки, пробормотав под нос, что один скандал надо перебить другим, менее скандальным.

— Что случилось? — шёпотом спросила я, решив, что лучше побыть дурой в глазах человека, с которым мы скоро расстанемся.

— Вы надели костюм нашего уборщика помещений, — сухо пояснил мужчина. — Такой конфуз будет стоить нам репутации. Из какой дыры вас только откопали.

— Неуважаемый гражданин, — довольно громко произнесла я, выходя из-за ширмы. — У вашего уборщика отличный вкус, а вот ваш магазин, отставший от модных тенденций, рискует остаться за бортом жизни.

— Чтоооо?

— Современный мир диктует свои правила, — вдохновенно продолжила я. — Женщина получает равные права с мужчиной, право работать, право владеть имуществом и даже... - я сделала паузу. — Носить удобную одежду.

В наступившей тишине раздались одинокие хлопки. Герцогиня откинулась на диванчик и несколько раз хлопнула в ладоши.

— Примерим ещё раз то платье, тем более, его уже приготовили. И подберите аналог костюму. Разумеется, мы не станем отнимать чужую одежду, но девочка совершенно права — ей очень идут брючные костюмы. Стилизация под военную форму или, как сейчас, под рабочую.

Мне помогли переодеться в одобренное герцогиней платье. Причём от туфелек отказались. Герцогиня мимоходом заметила, что "деточка права, этот мир давно пора встряхнуть".

Платье дополнили невесомые чулочки телесного цвета и кружевные носочки, которые кокетливо высунули из ботинок.

Очки забрали и, через непродолжительное время, вернули украшенные стразами и парой цветочков.

— Вы позволите сделать с вами визографии? — почтительно обратился ко мне, но при этом отчаянно косился на герцогиню, продавец.

— Вы решили украсть наши идеи? — любезно усмехнулась герцогиня.

— Нет, что вы, — тут же запричитал мужчина. — Просто ваш безупречный вкус и репутация...

— Никаких визографий, — решила её светлость. — Расскажете вашим дизайнерам на словах.

И тут я поняла, что платить за это великолепие мне нечем.

— Заверните Ольгину одежду, — велела герцогиня. — Ах, я совсем забыла спросить, вам самой-то нравится новый образ? Что касается виконта, то я уверен, что он будет просто в восторге.

— Платье прекрасное, — аккуратно начала я, раздумывая над тем, как бы поаккуратнее сообщить о том, что мы с этим платьем друг друга недостойны. — Просто я сейчас вспомнила, то есть подумала, наверное, в нашей нынешней ситуации покупка платья...

— Ах, дорогая, мужчины регулярно проигрываются в карты. Но нам, женщинам, не следует думать об этом. Завтра ваш супруг вернёт все свои старые позиции, и вы, такая красивая в новом платье, только вдохновите его на эти подвиги.

Я уставилась на носки ботинок. Мимоходом подумала, что хорошие ботинки шьют для армии, чего они только не пережили за это время, а выглядят очень неплохо.

С другой стороны, мы и так уже совершили столько преступлений, что воровство одного платья, наверное, ничего не изменит в приговоре.

— Я сама выпишу вексель, — решила герцогиня. — Нет, нет, милая, даже не вздумайте мне возражать. Я сегодня получила столько удовольствия, что вы просто обязаны принять от меня этот скромный подарок!

Я застыла столбом, но кашель компаньонки помог мне выйти из ступора, и я принялась благодарить.

— Ах, право, оставьте. Мы сегодня неплохо встряхнули это болото. Позвольте ещё пригласить вас на чашечку чая. Я считаю, что возвращаться к супругу слишком рано. Он ещё недостаточно нагулял аппетит.

И герцогиня хихикнула.

Я бросила умоляющий взгляд на компаньонку, но тётя Тамара лишь кивнула.

— Будьте так любезны, доставьте остальной заказ в каюту.

— Будет исполнено, ваша светлость, — в поклоне склонились все, включая слугу на входе.

Кафе, в которое мы пришли, располагалось на этой же улице. Мы миновали несколько магазинов с яркими вывесками, и герцогиня уверенным шагом свернула налево. В закутке спряталась уютная кофейня с круглыми столиками, на которых тоже стояли испорченные букеты. То есть, как я теперь знала, модные композиции.

Герцогиня устроилась на небольшом диванчике, нам же с компаньонкой достались ажурно-невесомые стулья.

Подали чай в керамическом чайнике, гарсон расставил чашечки, больше похожие на наперстки, и тарелку воздушных пирожных. Пирожные были украшены взбитыми сливками и живыми цветами.

— Очень милое заведение, — прокомментировала её светлость. — Цветочный чай выше всяких похвал, а эти пирожные ни капли не вредят фигуре. Лишь повышают настроение.

Тётя Тамара разлила чай (в чашке оказалась практически бесцветная жидкость), а герцогиня ловко подхватила одно пирожное, расположив его на блюдечке перед собой.

— Оленька, позвольте полюбопытствовать, вы же получили не домашнее образование, верно? Это так интересно.

Я кивнула.

— Да, у меня курсы.

Не стала уточнять какие, понадеявшись, что герцогиня додумает сама.

— Я искренне восхищаюсь женщинами, которые "сделали себя сами". Одно дело, когда ты получаешь всё по праву рождения.