Сорок третий 7 - Андрей Борисович Земляной

Рист одобрительно посмотрел на Альду.

- Вы весьма профессионально не доверяете людям.

- Доверие? – Альда удивлённо приподняла брови. - Странное слово. Много раз его слышала, но так и не поняла смысл.

Глава 5

Ингро Талис не любил доклады, начинающиеся с оправданий. Хороший доклад сразу показывал, что произошло, кто виноват, сколько осталось времени и кого придётся повесить хотя бы образно, если настоящую верёвку пока нельзя достать из шкафа.

И сегодня, его люди оправданий не произносили, но от этого ситуация не становилась лучше.

В малом кабинете Управления безопасности, насквозь казённом и скупом, пахло холодной сыростью, сургучом от печатей и дымком из щелей в старых трубах отопления. За окнами стоял серый зимний день, похожий на дешёвое солдатское сукно, а на столе перед Ингро лежали три тонкие папки, несколько списков с пометками красным карандашом, схема архивных запросов по четырём провинциям и рапорт старшего офицера оперативной бригады.

Сам офицер стоял напротив стола и спокойным не выглядел.

- Мы уже подтвердили наличие устойчивых групп в Академии и Министерстве эфиристики, - докладывал он. - Себя они называют Орденом Песочных часов. Название не официальное, но несколько раз повторяется в частной переписке, на полях двух архивных выписок и в шифрованной записке, снятой с тела курьера в Ранге. Структура не централизованная. Скорее несколько связанных между собой ячеек: архивисты, маги, поставщики редких реагентов, двое университетских преподавателей и не менее трёх людей, имеющих доступ к закрытым фондам старых лабораторий. Пока мы не видим ни общего казначея, ни единого центра распоряжений.

Ингро слушал, не перебивая. Его не интересовали слова «орден», «ячейки» и «закрытые фонды». Слова ничего не стоили. Слишком многие люди, собравшись втроём в плохо освещённой комнате, начинали называть себя орденом, обществом, братством или последним оплотом истины, хотя чаще всего годились только на скупую строчку в полицейской сводке. Но в этих папках имелись сведения, не похожие на игру самолюбия.

Одинаковые архивные запросные формуляры в разных городах. Повторяющаяся ошибка в применяемой терминологии. Несколько заказов на редкие эфиро-проводящие сплавы, оформленных через подставные мастерские. И как только со стороны Безопасности пошёл интерес, начались ликвидации. Несколько смертей среди младших архивных служащих, записанные как несчастные случаи, и три человека, исчезнувших сразу после того, как вокруг их домов появилась наружка шардальской безопасности.

- Как они нас вскрыли? - спросил Ингро. - Не тяните. Мне нужна правда, а самоубийство нам не по чину. Чай не в Армии и не во Флоте.

Докладчик выпрямился.

- Не позднее вчерашнего вечера. Возможно, раньше. Один из наших поисковых запросов в архив Восточной Академии прошёл через обычный канцелярский стол, но был продублирован служителем, которого мы не считали связанным с ними. Через три часа после этого из дома профессора Мергонта вывезли два сундука. Наружное наблюдение приняло их за личные вещи жены, поскольку семья действительно должна была уехать на воды. Но сундуки ушли не на вокзал, а в частное хранилище при мастерских Дорта. Когда туда пришли наши люди, хранилище уже догорело.

Ингро перевёл взгляд на вторую папку.

- Ликвидации?

- Да, господин генерал. Двое сторожей. Один, вероятно, ничего не знал. Второй числился в наших предварительных списках как возможный низовой контактёр.

- Значит, они рубят хвосты.

- Так точно. За ночь исчезли Мергонт, переписчик Савай и маг-расчётчик Лерсо. В доме Лерсо нашли бумажный пепел в камине, обломок энергопластины и следы уничтожения кристаллов памяти. Кроме того, двое людей из наружного наблюдения уверены, что их заметили. Один хвост сорвали грубо, второй - очень чисто.

Теперь Орден знал, что его ищут. Хуже того, он знал, что его ищет не случайная полиция и не жадный чиновник из ведомства поставок. Его ищет шардальская безопасность, Сыск и канцелярский аппарат короны. Для умных людей это означало не страх, а часы, а где-то минуты. Пока время шло, можно было жечь документы, убирать посредников, переводить деньги, выводить специалистов, менять лаборатории и запускать заранее подготовленные решения.

- Почему запрос ушёл через обычный стол? - спросил Ингро.

Докладчик нахмурился, но не отвёл глаз.

- Ошибка младшего делопроизводителя Гринсо. Он решил, что повторная заявка на архивную выписку не требует оперативного прикрытия, поскольку первая уже проходила. Чиновник задержан, но умысла пока не видно. Скорее глупость.

- Глупость - это когда человек перепутал дверь в нужнике. Когда из-за него горит хранилище и начинают умирать люди, это уже услуга противнику, пусть даже оказанная от чистого сердца.

Он не повысил голос. В Управлении знали, что глава Канцелярии Внутренней Безопасности вообще никогда не кричал. Даже на торопящегося курьера, наступившего ему на кончик сапога. Но его тихий ровный голос заставлял замирать и вслушиваться в каждое слово, потому что за ним маячила настоящая бездна, откуда не оставалось ни малейшего шанса на спасение.

Доклад продолжался ещё несколько минут, и обрастал всё новыми трупами. Один курьер пропал, второй умер под колёсами грузовой машины с такой аккуратностью, будто судьба заранее прочла полицейский протокол. В частной лаборатории при университете неожиданно взорвался паровой котёл, начисто уничтожив помещение, хотя паром там пользовались едва ли чаще раза в месяц. В лавке редких минералов хозяин успел продать всё имущество неизвестному покупателю и выехать к больной тётке, которой у него никогда не было.

Когда докладчик закончил, Ингро сложил папки в одну стопку.

- Наружку убираем и начинаем аресты по протоколу «Алхорн». Берите тех, кто хоть как-то в деле, и держите так, чтобы к ним не подошёл даже семейный священник без моего письменного разрешения. Все архивы, где прошли интересующие нас запросы, закрыть под предлогом сверки фондов. Не красиво, не убедительно, но зато быстро. Сыску отдадим пяток фигурантов, замазанных в ликвидациях, а Министерству безопасности - пару кружков молодых идиотов.

Офицер спросил о полномочиях уже не из осторожности, а потому, что без подписи короны часть дверей открывалась слишком медленно.

Ингро поднялся.

- Сейчас будут.

От крыла где квартировала Внутренняя Безопасность до жилой части Королевского дворца было минут пять неспешной ходьбы. Дворец в этот час жил обычной дневной жизнью. Суета на женской половине, доклады чиновников, мельтешение дворцовых служащих, тихий шелест секретарей и тяжёлые неторопливые шаги людей, которым уже некуда торопиться. Ингро прошёл через два внутренних поста без предъявления жетона. Его знали достаточно хорошо, чтобы не спрашивать лишнего, и достаточно боялись, чтобы не