Стажер Ли Су Джин 3 - Роман Таймири

Закончив разговор с юристом семьи пак я мысленно прикинул, что во Франции сейчас середина рабочего дня и следом набрал Клэр Лоран.

— Здравствуй, Су Джин, ты позвонил обрадовать меня тем, что согласен стать лицом бренда моей подопечной? — услышал я её бархатный голос, которым говорят только француженки на своём родном языке.

Как ни странно, но…

— Да, госпожа Клер, но, как всегда, есть нюансы, — произнёс я.

— Без них было бы скучно, рассказывай, — услышал я её весёлый голос в ответ.

[Спустя время]

— Получается, ты хочешь помочь своей бабушке в обход агентства и Сиа Груп?

— Да, поскольку я несовершеннолетний, контракт не запрещает мне участвовать в публичной деятельности, если она связана с коммерцией моей семьи, — отвечал я. — Есть в этом решении, конечно, как плюсы, так и минусы. Очевидный плюс — вам не придётся договариваться и платить моему агентству, которое и так не факт, что согласится даже после вашего звонка. Из минусов — в таком варианте я стану моделью магазинов Со Дам, и, заключив контракт с ней, любая реклама должна будет иметь отношение к одному из бутиков. Ну и, конечно… — затрагивал я главный пункт. — Наши магазины станут представителем вашего бренда.

— О деньгах мог бы и умолчать, дело не в этом, — задумчиво произнесла француженка.

— Вас беспокоит последний пункт и что съёмки будут происходить только в магазинах? — предложил я.

— Совсем нет, — с лёгкостью сказала она. — Им всё равно нужно где-то продаваться, не у вас так у других… Дело в тебе, Су Джин, ты, кажется, кое-что не понимаешь. Я не могу сделать ваши магазины представителями Шанель.

Она замолчала, а я не перебивал, желая, чтобы она сама всё объяснила.

— Диор, которые отозвали лицензию, — продолжила она, — Не стали бы отдавать на продажу эксклюзивы или ограниченные коллекции в обычный бутик, для этого существуют официальные салоны. Такой есть как у нас, так и у Диор в Сеуле. Из твоих слов я поняла, что в бутики твоей семьи попадали максимум новые коллекции, а эксклюзивы поступали из дочерних компаний. Как раз от таких же протеже, как моя Агнесса.

— Я очень даже могу ошибаться в таких нюансах, — справедливо признавал я свою некомпетентность в этом вопросе. — Возможно, перед вашим звонком мне следовало бы сначала договориться обо всём с Со Дам?

— Ну почему же? — с улыбкой в голосе переспросила госпожа Клэр. — Ты же хочешь таким образом сделать подарок на день рождения своей бабушке?

«Угу, а ещё подарить кусок коровы», — промелькнуло у меня в мыслях.

— План был в этом, — признал сказал я.

— А подарки должны быть сюрпризом, — с лёгкостью в интонациях говорила она. — Давай сделаем так: ты составишь с кем-нибудь свой контракт на себя в роли модели, а сверху в подарок приложишь рамочное соглашение, которое составят мои юристы и пришлют тебе завтра. Дальше она сама решит, что с этим делать. И поверь, даже если эта сделка её почему-то не устроит, твоя бабушка точно оценит такой подарок от внука, — убеждённо и твёрдо произнесла она последнее предложение. — Я бы оценила.

Глава 4

Свидание… Или попойка?

Сеул. Вечер. Восточная часть Гангнама. Автобусная остановка у жилого комплекса.

Посещение школы ничем особым мне не запомнилось. Как, впрочем, и агентство. Единственным светлым пятном в череде тренировок по танцам и вокалу вместе с трейни из C9 были два покемона — и то лишь потому, что постоянно крутились рядом.

«А вот вечером должен стать особенным…» — размышлял я у дороги возле общежития. Сходив в душ и переодевшись, я стоял сейчас в ожидании своей «девушки», чтобы попасть на первое в моей жизни свидание.

///

С гулким рыком красный спортивный автомобиль проносится по вечерним улицам Сеула. Его глянцевый кузов отражает огни вывесок ресторанов, рекламные баннеры, светофоры. Машина плавно останавливается на перекрёстке так, что двое — парень и девушка, сидящие внутри — даже не замечают торможения.

— У меня вопрос.

— Задавай, — держа руки на руле, произнесла госпожа Пак.

— Мне нужно что-то знать о твоих подругах до того, как мы приедем? — спросил я.

— Нет. Ничего особенного, — отрезает она. — Веди себя так же, как и на приёме в прошлый раз. Ты там хорошо справлялся, — девушка задумывается. — Ну… И не груби никому.

Последняя фраза меня удивила.

— Ты так говоришь, будто я когда-то это делал…

— Ты вывел из себя моего ухажёра при первой же встрече и не впустил моего отца ко мне в офис, — напомнила она мне о прошлом. — После чего виноватой оказалась я.

— И в каждом из этих случаев я оставался в пределах вежливости и в рамках своих обязанностей, — подметил я.

На это девушка прищурила глаза, косо посмотрела в мою сторону, тяжело вздохнула, но всё же промолчала. После чего снова направила взгляд в лобовое стекло и надавила на «газ».

[Спустя десять минут]

Остановились мы напротив входа в полукруглое здание. Выйдя из машины, осматриваю фасад из выбеленного бетона и тёмного стекла. Над крышей четырёхэтажного строения возвышается подсвеченная ярким золотистым светом надпись: «MYEONG». Подойдя к центральному входу и придержав дверь госпоже Пак, получаю от неё благодарную улыбку с хитрым прищуром. Кажется, её забавляло такое моё поведение.

Оказались мы в широком холле здания, где под высокими потолками вдоль гладких светло-серых стен вывешены полотна картин, освещённые холодным, бледно-голубым светом.

— Это… — осматриваясь по сторонам, — … картинная галерея?

— Совмещённая с рестораном азиатской кухни на верхних этажах, — добавляет моя спутница. — Отец Ан Ги — один из крупнейших инвесторов в Южной Корее. К тому же, очень любит свою дочь. Поэтому выполняет все её прихоти, и это место, — она обводит взглядом зал, — стало одной из них.

После этого Джан Ди направляется в сторону центрального стеклянного лифта. Я следую за ней. Слыша цоканье её вбивающихся в пол каблуков, продолжаю осматривать картины, под которыми свисают таблички с именами авторов и их названиями.

Лифт с прозрачными стенами приезжает быстро, так как здание было невысоким. Да и людей здесь было немного. На первом этаже, не считая нас, я заметил всего пятерых. Из-за этого помещение кажется немного пустым.

— Азиатская кухня, да?