Стигиец - Виталий Сергеевич Останин

Между делом я пытался отыскать Гончую. Мою Гончую — я даже мысленно успел ее так для себя обозначить. Но облезлый пёс с аурой Порога исчез, будто его и не было. Я облазил все закоулки стройки — смотрел и за вагончиками и возле баков для мусора, где собака могла бы искать пропитание — но нигде не почувствовал знакомого смрада Тьмы. Либо тварь ушла, либо затаилась, либо ждала какого-то момента.

Впрочем, особо расстраиваться по этому поводу я не стал. Гончая никуда не денется — если она раз показалась, значит, появится и во второй раз. А мне было пора заняться другим, не менее важным делом.

Ближе к полудню я вернулся к тому самому подъезду, где вчера пытался попасть в квартиру на пятнадцатом этаже. Теперь, когда у меня были Искры, задача выглядела куда более решаемой.

Поднялся по лестнице, убедился, что вокруг никого нет, и остановился перед массивной железной дверью. Приложил ладонь к холодному металлу, закрыл глаза и активировал магическое зрение.

Замок оказался не таким уж и сложным — три штифта, личинка, защитная пластина. Для физического взлома потребовалось бы изрядно повозиться. Но я собирался действовать иначе.

«Длань Дагона» — вчера непозволительная роскошь, сегодня же — расходы которые я вполне могу себе позволить. Сила хлынула в металл, разрушая связи на изначальном уровне. Сталь превращалась в ржавую труху, штифты крошились, личинка осыпалась.

Через несколько секунд дверь со скрипом отворилась. Я проскользнул внутрь, плотно прикрыв ее за собой, и замер, осматриваясь.

Квартира была просторной, с высокими потолками и панорамными окнами, откуда открывался красивый вид на город. Стены — пока еще голый бетон, пол — залитая стяжка, никаких следов отделки. Но меня не интересовала дизайн интерьеров. Эманации смерти вели меня от прихожей, через главные покои к небольшому алькову, укрытому за простой деревянной дверью.

Посмертная энергия била в виски так сильно, будто здесь кто-то умирал даже не часами — сутками. Не могу представить, как это можно скрыть от остальных людей. Губы сами собой сложились в довольную улыбку. Похоже, я нашел настоящий клад.

— Что ты скрываешь? — прошептал, потянув на себя дверь.

И уставился в темный провал, черную дыру в стене. От неожиданности даже отшатнулся. Но вскоре, когда магическое зрение подстроилось, увидел уходящие вниз ступени. Подвал? На пятнадцатом этаже? Тогда уже скорее спуск на этаж ниже.

Понимание пришло с задержкой в пару секунд. Не подвал. И не спуск — это точно не квартира в двух уровнях. Домен. Я стоял перед входом в чужой домен.

— Сет! — выдохнул я, шокированный.

Это было похоже на то, когда отправился охотиться на оленя и вдруг обнаружил, что преследуешь пустынного льва.

Домен.

Ну надо же!

Карман в другое пространство. Волей мага созданное место за пределами реальности. Принадлежащее ему и только ему. Требующее много Искр на создание, но дающее безопасность почти абсолютную. Кто-то незваный, но сильный мог сюда войти. Проломить защиту, забрать то, что внутри. Я — быть может. Прежний, в те времена, что остались позади. Но не сейчас.

Кто же ты такая, толкователь законов Влада? Чем ты занимаешься, что у тебя в квартире находится домен? И не просто захоронка, чтобы спрятаться в случае беды. Внутри, судя по эманациям смерти, еще и мощный источник находится. Какой-нибудь бедолага, оставленный умирать — да, тут я не ошибся — сутками напролет.

Как оказалось — не только источник, но и страж. Пока я глупо пялился в черный провал, оттуда показалась сперва одна рука, потом вторая, а вслед за ними на свет появилась и рожа. Сказал бы лицо, но это было не так. Именно рожа. Когда-то человеческая, но теперь с родом людским имеющая лишь отдаленное родство.

Бугристая кожа грязно-серого цвета, будто покрытая бесчисленными наростами и бородавками. Крохотные, горящие желтым огнем глаза, проваленный внутрь черепа нос, огромный рот на половину этой жуткой морды, распахнутый так широко, что туда могла бы пролезть моя голова. И зубы — желтые, тупые, словно бы человеческие, но в два-три раза больше.

Тварь лезла молча, не издавая не звука, и поэтому, наверное, я не сразу сообразил, что вообще-то пора бы уже бежать. О сражении не могло идти и речи — это создание порвет меня на части так же легко, как я — свежий хлеб. Да и чем сражаться? Магия, сильная настолько, чтобы могла нанести ему вред, требует много Искр. Не жалких шести штук, что у меня оставались.

Но кое-что я мог. Сжигая почти все запасы — зачем они, если умру? — я призвал «плеть Дагона» — кнут, созданный из темной воды, и ударил им по морде твари. Вот тогда она и издала первый звук.

Зашипела, как змея, которой наступили на хвост. Отступила обратно во Тьму домена и оттуда уже махнула лапищей, перехватывая заклинание. Дернула на себя. Чудом сообразив, что за этим последует, я развеял «плеть». И быстро-быстро перебирая ногами стал отползать прочь от жуткого создания.

Но недостаточно быстро. Морда чудовища рванула ко мне, распахивая пасть… Но не дотянулась нескольких сантиметров. Не потому, что промахнулась — ей помешали.

Из-за моей спины выскочил облезлый пес. Прыгнул прямо на морду твари, всеми лапами уперся в лоб и толкнул. Сила удара отбросила монстра обратно в провал. А псина, как заправский акробат, отскочил обратно за мою спину.

И тут уже я не оплошал. Скакнул вперед и с грохотом закрыл дверь в домен. После чего повалился на спину, слушая, как сердце пытается вырваться из клетке ребер.

О, Сет! Это же был ахеронский страж? Какого хрена он делает в Москве сейчас. Ведь империя некромантов была мифом уже в мое время.

Перед глазами вдруг оказалась собачья морда со свалявшейся шерстью и умными, почти человеческими глазами. Пасть распахнулась и липкий язык прошелся по моей щеке.

— Хватит, Сехмет-ша! — прохрипел я, не зная, плакать мне или смеяться. — Не притворяйся дворнягой, я уже узнал тебя.

Глава 7

Современное человечество считает мифической древностью времена античного Египта, Греции или Рима. А ведь их с сегодняшним днем разделяет всего-то пара тысяч лет. Время же, в который варвары разрушили черные башни Ахерона и втоптали империю некромантов в грязь, отстояло от золотого века Стигии на три тысячи лет. К моему рождению некогда могущественное государство уже стало легендой, пугающей сказкой, которую шепотом рассказывали послушникам храма Сета. И тем не менее, здесь, в