Роанна. Тяжесть Короны - Виктор Постоенко

'Проходи, садись, ждем Талинского. Кое-что произошло. Войска Кертиса и Филипса не успели на помощь третьему корпусу Фергена, враги взяли Катанг.

Вернее, местные предатели открыли им ворота, ударив в спину нашим солдатам. Оставшиеся в живых с боем вырвались из города и заняли оборону на той стороне моста. Сразу скажу, что Ферген мертв.

Они вырезали всех раненых в госпитале и врачей с сестрами. А сейчас их тела висят на стенах города. И в каком виде висят, я даже не буду тебе описывать'.

Я ошеломленно молчала, потом нащупала стул и села. Ферген, один из первых, кого я увидела в замке. Тот, кто учил Нанке и меня ездить верхом, друг и старый командир Валлиса.

Я помню, как он, после назначения командиром полка, буквально бегал с книгой под мышкой за Старом и Колином, записывая все, что они ему говорили.

Один из первых, кто лично научился управляться с пушками конной артиллерии. Он жадно интересовался всем новым. Как будто спешил жить. Вот как же так получилось?

Вошел Талинский. Что-то слишком много сегодня всего для одного дня. Военные стали водить пальцами по карте. Талинский объяснял, что случилось, каким образом россы потерпели поражение от мидийцев. Как я и думала, все оказалось преувеличением.

Небольшой отряд россов, примерно полторы тысячи солдат, попал в засаду, устроенную принцем Арсаном. Силы были слишком неравны. После чего россы приостановили движение в том направлении.

Просто все их основные войска сейчас брошены на войну в Старом Свете. Поэтому генерал Баумгартен решил больше не рисковать и отойти назад, к укрепленным крепостям. Вот поэтому мидийцы смогли двинуть армию Арсана в нашем направлении.

Дальше я не слушала, сидела как в какой-то пустоте. Ферген недавно похвастался, что по примеру бритов отрастил себе шикарные усы, и все интересовался, Ваше Высочество, как мне лучше, с усами, или без них? Как ребенок.

Я понимаю, что идет война, и на войне погибают, но когда это те люди, которых ты хорошо знаешь, то это очень тяжело принимать. И не просто погибают. Надо будет позаботиться о его семье, хотя, о чем я, бабушка наверно уже послала почту в Андол. Тем более он у нее служил уже не менее десяти лет.

Внезапно мое ухо уловило слова «Красное озеро» и пустыня. Талинский объяснял на карте, что даже занятие нами Лампанга не прерывало путь тангутам и прочим врагам к отступлению в родные земли.

Он ткнул пальцем в карту, и сказал, что примерно в этом месте его разведчики обнаружили большое озеро, питаемое десятками родников и грунтовыми водами. Тут пустыня скорее каменистая, песка почти нет. И вокруг озера живут люди, растет всякая растительность.

Именно там тангуты и бараты всегда обустраивают свой основной лагерь. Примерно восемьдесят километров вверх по дороге от Лампанга есть большой оазис, и на запад от него по каменистой пустыне идет дорога, выходящая прямо к Красному озеру. Поэтому занятие города ничего не дает в плане препятствия им возвращения в свои земли.

— А почему озеро называют Красным? — подала я голос из своего угла. Талинский объяснил, что в озере много красных водорослей, и если смотреть на него с невысоких гор, которые окаймляют долину с севера и запада, то вся водная поверхность кажется красной. Но вода там чистая. И пригодная для питья.

Озеро, пустыня, горы, лагерь, эти слова вдруг стали складываться у меня в пока еще смутные мысли. В голове было только одно — отомстить, отомстить и еще раз отомстить. Чисто по-женски. Стоп, если они там делают лагерь, то тогда…

Я встала и подошла к столу.

— Генерал, покажите мне это место на карте.

Потом спросила Фергюссона, где сейчас располагаются наши войска. Император и дед смотрели на меня с интересом, по всей видимости узрев огонь в моих глазах, и не вмешивались.

Я, смотря на карту, забывшись, оперлась обеими локтями на стол и положила голову на ладони. Генералы молчали.

— Лагерь говорите? Значит у них там жены, дети, старики и все семьи? И получается пятьдесят километров вот от этой точки?

— Думаешь, можно повторить то, что вы сделали в битве у Волчьего ущелья? — спросил дед.

— А почему бы и нет? Генерал, а где сейчас армия Дерека?

— Они вышли к реке Фине и теперь заняли хорошие позиции чуть выше Маликсирра. На случай появления войск Арсана. И выслали разведку в сторону Чондо на Бухарскую дорогу. Дальше им идти опасно.

— Так, получается наши вот тут у этого моста, и на той стороне реки у Катанга, а Кертис встал вот тут. Интересно получается.

Я смотрела на карту и в голове складывался замысел, подобный тому, что в свое время провернул Иван Третий в 1480 году во время стояния на Угре.

Увидев, что хан Ахмат увлекся наступлением в русские пределы, Великий тогда еще Князь тайно отправил по Оке и далее по Волге отряд опытных воинов под командованием царевича Нур-Девлета и князя Ноздроватого (так правильно тогда звучала известная фамилия), которые вышли к столице Золотой Орды городу Сарай, буквально снесли его, ограбили все окрестности, и вернулись домой с огромной добычей.

Узнав о том, что в тылу у него рьяно злобствуют крутые диверсанты, хан Ахмат вынужден был отступить, и это был последний большой набег татар на Русь.

— Генерал, а где сейчас корпус Гейра и алаирская бригада Роуза? Ага, и сколько времени потребуется что бы их вывести по вот этой долине к Лампангу? Два дня?

Фергюссон провел пальцем по карте вверх по дороге, и потом чиркнул влево, к указанной Талинским точке. Подумал, потом сообщил, что двое суток на выход Гейра к городу, сутки на приведение корпуса в порядок, сутки марш к оазису на исходную к атаке.

Я спросила, а можно ли у Кертиса вывести 9 и 10 кавалерийские дивизии, объединив их под общее командование Гейра? И пояснила, что хочу погрома так погрома, и наверняка. А то вдруг там окажется какой-то резерв врагов типа на отдыхе. И заодно спросила, сколько времени потребуется врагам,