Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  Неудача под Маракандом дорого обошлась Спитамену. И это исчислялось не только количеством убитых и раненых его воинов, или тем золотом, которое отошло скифам за их поддержку.

  Вождь восставших согдийцев вновь потерпел неудачу и, в сердцах многих воинов поселилась уверенность в правдивости проклятия колдуньи персиянки брошенного ее Спитамену перед своей ужасной смертью.

                Глава VII. Исполнение предсказания.

                Снадобье Нефтеха помогало. Уже через неделю после его применения, Александр почувствовал себя значительно лучше, рези прекратились, и мерзкое бурчание в кишечнике больше не отвлекал великого царя от важных дел. Многие из придворных посчитали, что монарх непременно станет рваться в бой, но к их удивлению правитель четко прислушивался к словам новоявленного медика, который не отпускал македонца на великие свершения.

  Египтянин полностью убедил царя, что для полного выздоровления надо чуть - чуть подождать и одна неделя бездействия не сыграет особой роли в высокой политике.

К тому же в лагерь пришли радостные вести от Кена из Мараканда о полном разгроме повстанцев, но Спитамен вновь ушел.

  Александр радовался этому известию как ребенок и поспешил послать благодарность стратегу, сумевшему спасти столицу Согдианы от врага. Другая радостная весть заключалась в возвращение Пердикки, который твердой рукой навел порядок и спокойствие на востоке страны. Правда, при этом этот район сильно обезлюдел и поредел селами, но приказ царя был полностью выполнен. Молодой стратег с честью рапортовал об этом Александру, за что был им обласкан.

  Получая радостные известия и щедрой рукой, раздавая подарки, царь не забыл и о египтянине и в один из свободных от дел час, вызвал его к себе.

 - Нефтех, ты говорил, что  хорошо знаешь этих массагетов и скифов, поведай мне о них подробнее – попросил Александр бывшего жреца бога Тота.

  Царь уже не лежал на больничном ложе, а сидел в кресле и с интересом разглядывал карту Согдианы, составленную ему географами.

 - Я не говорил, что хорошо знаю их государь, ибо хорошо знать их может только тот, кто долгие годы проживший с ними, а я к подобным людям никак не отношусь. Я много читал о них в наших потаенных храмовых отчетах и могу только пересказать чужие наблюдения и замечания – уклончиво ответил ему Нефтех.

 - Ты истинный сын своей касты, говоришь осторожно и при этом полностью снимаешь с себя ответственность за сказанное, –усмехнулся полководец. – Скажи, как долго могут сражаться со мной массагеты. Я разбил их в сражении, а они снова и снова нападают на моих воинов как будто, и не было для них поражения. Неужели они и впрямь непобедимы воины?

 - Нет, государь, таких людей, о которых ты говоришь, нет в природе. Я несведущ в военном деле, но могу сказать тебе одно, они ведут так себя, пока ты позволяешь им делать это. Стоит тебе только надавить на их слабое место, как они будут вынуждены заняться обороной, а не нападением.

 - Я знаю это и без тебя мой дорогой бритый стратег, но где находиться это самое слабое место. Вот вопрос.

 - Естественно, там, где и у всякого племени находятся их тылы. У массагетов это стойбища и пастбища, без которых воин степей просто не могут существовать.

 - Хороший ответ, но на моей карте неотмеченные столь важные для войны с массагетами места. А я не могу просто так гонять свои войска по этому песчаному морю взад и вперед просто так на удачу. У тебя случайно нет таких важных сведений, жрец? -  полушутя спросил Александр.

  Нефтех выдержал царский взгляд и произнес:- конечно, нет повелитель, но я знаю человека, который их уж наверняка знает.

 - Кто это? – резко спросил царь, отбросив шутливый тон.

 - Скифский царь Скилур. Уж он наверняка точно знает все тайны своих беспокойных соседей.

 - Почему беспокойных?

 - Между скифами и массагетами давно идет кровная вражда, хотя оба племени принадлежат одному предку. Они воюют за воду и пастбища, за право взимать пошлину с купцов и чужестранцев прибывших к ним. В общем, за место под солнцем. Скилур и Амальрик, вождь массагетов давние враги и сейчас их объединяет золото Спитамена и твое присутствие на границе их земель.

 - И ты предлагаешь нанять одного из врагов, что бы его руками убрать другого – уточнил царь.

 - Совершенно верно. Хитрый Спитамен специально затащил тебя в пустыню и дал здесь бой вместе со степняками. Теперь ты потенциальная угроза их жизни и драться с тобой они будут насмерть. В этом случаи ты надолго застрянешь в этих землях, так как непобедимая фаланга здесь совершенно бесполезна, а тяжелая конница не может в полной мере противостоять быстрым налетом противника. Конные стрелки, будут не в силах полностью переиграть противника, хорошо знающего эту местность.

 - А говоришь, что совершенно не понимаешь в военном деле. Смотри, как складно ты разложил всю силу моего войска и дал ему оценку.

 - Ты преувеличиваешь мои скромные способности, государь. Я только пытаюсь постичь то, в чем ты столь прекрасно разбираешься.

 - Продолжай – повелел монарх, которому все больше и больше нравился этот разговор.

 - Собственно продолжать и нечего. Тебе нужен местный помощник, и им лучше сделать Скилура, для которого звон золота решает почти все.

 - А вождь массагетов?

 - С Амальриком сложней. Звон благородного металла ему тоже приятен, но все массагеты помешаны на чести, и тебе придется очень трудно уговаривать этого вождя встать на свою сторону.

 - Да Нефтех, я лишний раз убеждаюсь в твоей светлой голове – подытожил царь. - Сегодня же пошлю посольство к скифам с предложением заключения перемирия и союза.

 - Ты поистине мудр государь, ибо ловишь все налету и столь же быстро претворяешь в жизнь задуманное – польстил царю египтянин.

 - Хорошо, что еще можешь сказать о массагетах?

 - Они храбры до безумия, но вместе с ним и глупы как дети. Особенно их подводит питье вина, к которому они очень охотливы, но которого крайне мало в их землях. Вспомни, как ловко великий царь Кир разом лишил массагетов половины их войска. Создав ложный лагерь с большим запасом вина, он позволил степнякам напасть на него и перебить воинов, а затем, дождавшись, когда враги перепьются, безприпятственно перебил всех спящих.

 - Помню, помню, об этом