Клан Волка - Анна Кондакова

А вот тут она соврала.

Акулина Иномирцев не вербовала, она стирала им память, заставляя работать на себя. В этом я смог убедиться ещё месяц назад, когда случайно увидел имсонированных магов и побывал на приграничной базе Снеговых.

— И сколько у тебя таких людей?

— Немного, но даже их было сложно достать. Они частично болеют имсо, но я нашла способ восстановить их силу. Ввожу им инъекции препарата, полученного от промышленных батареек.

Я сжал кулак под столом.

Акулина делала то же самое, что делали врачи нашего мира. Вкалывала больным ману, сделанную из промышленных маго-танов. Но ведь этого было недостаточно, чтобы создать элитный отряд, способный на такую диверсию.

— Это всё, что ты с ними делаешь? — в лоб спросил я.

Акулина не ожидала такого вопроса. Она нахмурилась и смолкла.

— Если уж решила откровенничать, Акулина Андреевна, то будь правдивой до конца, — добавил я.

После небольшой паузы она всё же решила ответить:

— Нет, это не всё. Ещё я ввожу в их рацион фагнум. Совсем мелкими дозами. Буквально по капле.

— И что это даёт? Делаешь из них чароитов?

— Не совсем. Чароиты — это бывшие варвары без магии. А Иномирцы уже владеют магией. Получая ещё и силу фагнума, они становятся практически неуязвимыми. Они создают красное пламя не просто глазами, как чароиты, а с помощью магических техник. И это пламя намного разрушительнее.

— И что ждёт этих людей потом, когда они сделают то, что тебе нужно?

Акулина удивилась.

— Ты за них переживаешь? Это же всего лишь Иномирцы, третьесортные существа из погибающего мира. Что может их ждать?

Мои пальцы чуть не сломали чашку с чаем, которую я держал, но ответить получилось почти спокойно:

— И чего ты от меня хочешь? Чтобы я помог руководить отрядом смертников? И кто у них командир?

Акулина посмотрела мне в глаза.

— Этот командир — я.

На моей физиономии сама собой возникла злая усмешка. Да я лучше удавлюсь, чем позволю Акуле сесть себе на шею. Хотя было понятно, почему она просит меня помочь: доверяет она мало кому, а перед папашей выслужиться хочется. К тому же, эта девушка готова голову сложить ради своей страны.

А вот я на таких условиях умирать был не готов.

— Нет, Акулина Андреевна. — Я поставил чашку на стол и поднялся. — Спасибо за чай. Мне пора.

Она даже с места не двинулась.

— А у тебя какие требования? Я готова их выполнить. Даю слово Дома Снеговых.

Вот теперь можно было её прогибать.

Тем более, что мне самому было интересно её предложение. Нет, мне совсем не хотелось лезть в самое пекло к подземным магам, зато очень хотелось узнать об отце. Если Акула собирается проникнуть в Атифу, то мне могла пригодиться та точка на карте. Как сказал Ючи Хамада, там тайный вход, ведущий в город через катакомбы, а это было уже кое-что.

Я не стал садиться обратно за стол, а наоборот, подошёл к девушке и навис над ней, при этом чётко и веско озвучив свои требования:

— Во-первых, командиром буду я, а ты моей правой рукой. Во-вторых, ты предоставишь мне полигон для тренировок с теми видами оружия, какие я укажу, и со всеми удобствами. В-третьих, Фуми Галей, которого ты так лихо взяла за яйца, будет тренировать не только твой элитный отряд, но и мою команду. В Академии у меня нет на это разрешения. В-четвёртых, ты не будешь лезть и указывать мне, что делать. В-пятых, будешь молчать о нашей договорённости и не скажешь даже отцу.

Акулина чуть чашку из руки не выпустила, оторопев от такой наглости.

— Это слишком... — сдавленно начала она, но я продолжил перечислять.

— В-шестых, ты предоставишь мне возможность посетить закрытый город Тафалар от лица вашего Военного Дома. И в-седьмых, ты дашь мне всю информацию насчёт врага, которой владеешь сама.

Девушка прокашлялась и поставила чашку на стол.

— А ты хваткий, Кирилл... хотя чего я ожидала?

— Ты просишь меня пойти и сдохнуть в Котлованах вместе с тобой, Акулина, — нахмурился я. — Так что я предъявляю вполне скромные требования.

— Ты ставишь мне условия, — девушка тоже встала из-за стола, — да ещё и хочешь заставить меня быть у тебя на побегушках.

— Выбирай. Либо на побегушках, либо сама разбирайся со своим отрядом.

Она задумалась. Пауза затянулась примерно на минуту.

После мучительных раздумий Акулина наконец кивнула и протянула мне руку.

— Хорошо. Так и быть.

Наше рукопожатие вышло крепким — руки у девушки были сильные.

— Насколько мне известно, ты ещё не изучал Линию Охотников, верно? — неожиданно спросила она.

Меня насторожил её вопрос. Сразу вспомнились слова Галея о том, что Акула должна наведаться в Академию.

— Нет, пока не изучал, — ответил я нехотя. — В расписании занятия у Охотников поставили только на этой неделе.

— Что ж. Тогда жди нового приглашённого специалиста-Следопыта. То есть меня. К обучению я взяла именно ту группу, в которой ты состоишь.

Она улыбнулась и снова сделала паузу.

На этот раз победную.

— Это будут жёсткие уроки, Кирилл Миронович. Быть Охотником — не мечом махать и бронёй покрываться. Это кровь, пот и работа с собственным телом. Именно на моём уроке тебе предстоит узнать, кто ты по видологии: Следопыт или Полузверь. И это будет интересно...

Эпизод 6

Акулина доставила меня до Академии с комфортом, как и обещала.

Мы договорились о начале тренировок на её территории, и я уже собрался выйти из кабины, но девушка вдруг ухватила меня за плечо и попросила:

— Только про мою чайную никому не говори.

— Не скажу, — усмехнулся я. — У каждого могут быть свои слабости.

Когда верхолёт Снеговых поднялся над станцией Академии, была уже глубокая ночь.

Я спустился с холма и направился в сторону Башен, по дороге обдумывая всё, что со мной сегодня произошло. Посиделки в таверне, поцелуй с Джанко, эликсир Мидори и воспоминание об отце, допрос в «Железном Бутоне» и, наконец, сделка с Акулой.

Да, это был чертовски тяжёлый понедельник.

Пройдя мимо двух постов охраны (защиту Академии усилили), я вышел на мост через Призрачный Канал и ровно на середине моста, в тумане, увидел одинокую приземистую фигуру.

Не узнать её было невозможно.

Меня ждал Галей.

Не знаю, сколько времени он тут простоял, но, скорее всего, не один час.

Подойдя к нему, я остановился, ожидая в свой адрес кучу отборной ругани, но учитель молча оглядел меня с ног до головы, будто убеждаясь, всё ли на месте, а потом неожиданно сжал меня в объятьях,