Клан Волка - Анна Кондакова

— Эта дурочка кладёт его даже под подушку, — усмехнулся Грич.

— Потому что этот текст нигде не найти. Лично я переписывала его у другого человека и собирала по крупицам схемы и иллюстрации.

Прежде чем отдать мне потрёпанный самодельный журнал с заклеенной обложкой без каких-либо названий, Кика взяла с меня клятву.

— Пока будешь носить при себе этот труд и хранить его, как зеницу ока, клянись! Первое: не есть мясо и моллюсков. Второе: всегда ходить по дорожкам, не топтать муравьёв и траву. Третье: не мучить животных (людей мучить не возбраняется). Четвёртое: дышать животом. И пятое: хотя бы раз в неделю медитировать со свечой на голове, обращаясь к духу Ивана Ивановича Андронникова и благодарить его великий ум.

Она была такой серьёзной, что я едва сдержал хохот.

— Со свечой — это перебор.

— Нет! Именно со свечой! — отрезала Кика. — Потому что сам Андронников так делал!

Получив с меня клятву, она наконец вручила мне журнал, будто Библию.

Только заглянуть в него я не успел, пришлось быстро сунуть его в сумку. Началась лекция.

В зал вошёл уже знакомый мне человек. Низенький, смуглокожий, с пышными чёрными усами.

Это был элитарий Сафир Салиман. Тот самый, один из трёх Алхимиков, которые определяли моё число резерва. А ещё он наблюдал за моей тренировкой с Демоном и был очень восхищён.

Вытирая платочком лоб, мужчина остановился посреди лаборатории, аккурат позади лаборанта Демьяна, который всё ещё стоял в малиновом дыму, чем соответствовал своей фамилии.

— Лучше принесите для лекции таблицу со знаками, — сказал Салиман, чуть усмехнувшись. — Думаю, хватит развлекать моих слушателей, господин Дымов. Вы уже достаточно тут надымили.

И снова студенты рассмеялись.

Видимо, этот каламбур с фамилией лаборанта им никогда не надоест. Дымов подмигнул девушкам с передней парты и отправился к стенду с таблицами.

Салиман тем временем завёл руки за спину и окинул взглядом аудиторию.

— Со всеми вами я встречался на Комиссии Алхимиков, и мне приятно снова видеть ваши молодые и любопытные лица. Меня зовут Сафир Салиман, если кто забыл. По рангу Мастеров Материй я — Элитарий. Также профессор, глава Кафедры Естественной Алхимии и один из пяти членов Совета Академии.

Все его, конечно, узнали.

Он не кичился регалиями и выглядел вполне просто, но обозначил свой статус сразу.

— Сегодня в этом зале собрались все пять видов Мастеров, потому что лекция едина для всех, — мягко улыбнулся Салиман. — Мы обсудим то, что является основой учения Мастеров. Это соляные знаки. Но пока наш лаборант, господин Дымов, готовит таблицы, расскажите мне, на каком ранге какие группы знаков осваиваются.

Кика и Грич моментально вытянули руки, как и многие другие студенты.

А я опять ощутил себя глупым. На изучение нюансов всех шести Линий у меня порой не хватало времени, хотя я почти не вылезал из библиотеки.

В итоге ответил Грич, потому что успел поднять руку раньше всех.

— Есть два вида соляных знаков, — с большой охотой ответил он. — Надёжные и ненадёжные. На рангах Младший Мастер, Мастер и Серебряный Мастер изучают только надёжные. А на рангах Золотой Мастер и Элитарий уже осваивают ненадёжные.

Салиман кивнул.

— Всё верно, молодой человек. Из ста соляных знаков девяносто семь — надёжные, а три — ненадёжные. И те три знака изучают только на двух высочайших рангах. Ненадёжны они потому, что их применение может обратиться катастрофой для самого Мастера.

Лаборант наконец повесил длинную таблицу на держатель. На ней были изображены соляные знаки — все сто.

Кика сощурилась и поправила очки.

— Надо было ближе садиться, ничего отсюда не вижу. Придётся применять инженерию…

Она сдвинула незаметный рычажок на дужке очков, и с тихим щелчком на стёкла опустились короткие телескопы.

— Ну во-о-от. Теперь можно разглядеть каждый волосок на усах Салимана.

Мы все внимательно слушали профессора.

Соляные знаки мне были интересны не только из-за Линии Мастеров, но и из-за моего атласа. Я собирался заполнить все тридцать ячеек, а для этого нужно было выбрать самые нужные символы из ста.

Салиман показал на верх таблицы. Знаки там были выделены красным цветом.

— Это соляные знаки основных Сфер магии, самых сильных. Их десять. Сфера Огня Ган, Сфера Холода Цуо, Сфера Эфира Форхо, Сфера Света Рай, Сфера Защиты Хого, Сфера Бытия Явь, Сфера Небытия Неявь, Сфера Пространства Эспо, Сфера Памяти Нагину и Сфера Истины Ежи. В этот список входят три ненадёжных знака. Это Сферы Бытия, Небытия и Памяти.

Он ткнул в четыре первых знака.

— Эти Сферы всегда изучаются первыми, потому что каждый из четырёх народов нашего мира почитает свой соляной знак, дающий дополнительные силы. Воздушные маги, жители Империи Фатору, чтут знак божества Форхо, Сферу Эфира. Он усиливается в День Богини Неба Ковентины. Наземные маги, жители Империй Стокняжье, Золвей, Римон, Горный Озай и Пустынь Нахо, чтут знак божества Ган, Сферу Огня. Он усиливается в День Бартла, Бога бури и правосудия. Морские маги, жители островной Империи Каталина, чтут знак божества Рай, Сферы Света. Он усиливается в День Матамару, Матери Морей. А подземные маги, жители Котлованных Земель, чтут знак божества Цуо, Сферы Холода. Он усиливается в День Сидха, Бога Мрака.

Рука элитария опустилась ниже, на зелёные знаки.

— Существуют вспомогательные и менее сильные Сферы. Это, например, Сфера Лёгкости Тасуна, Сфера Точности Кседе или Сфера Боли Итами. У них есть сочетания, которые вы, как Мастера, можете варьировать, либо дополнять ими основные десять знаков.

Он отошёл от таблицы и вновь посмотрел на зал.

— А теперь поднимите руки, кто по видологии является Оружейником.

Оказалось, оружейников среди Мастеров было не так уж и много. Всего человек десять.

Оглядев их уважительно и по-отечески, Салиман продолжил:

— В столь непростое время для всего наземного мира ваше мастерство необходимо как никогда. Вы изготавливаете холодное оружие, метатели заклинаний и щиты, усиливая их знаками. И от вашей искусности и силы будет зависеть, насколько хорошо изделия прослужат Витязям и Стражам на поле боя. Ваша сила — это основные и надёжные знаки.

Потом он попросил поднять руки Архитекторов.

Их было чуть больше, чем Оружейников.

— Мои дорогие Архитекторы, — улыбнулся им Салиман. — Самые великие из вас будут создавать такие невероятные сооружения, как Башни Академии. И вы чаще всех будете использовать ненадёжные знаки Бытия и Небытия, чтобы делать подъёмники и лестницы. Будьте осторожны.

Потом настала очередь Ремесленников, которых тут имелось чуть ли не ползала.

— Если уж кто трудится на невидимом фронте, так это Ремесленники, — сказал Салиман,