Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

— Он еще и красив, — вздохнула Таша. — Самое гадкое в том, что я дала согласие.

— Ох ты ж! — тут даже я не сдержался. — Мне очень жаль. Правда.

Таша вздохнула, потупив взор.

— Сейчас не это главная проблема. Мы пришли за другим. Вы занимайтесь своим делом, а я отправлю фамильяра. Вот только допишу кое-что, чтобы матушка знала.

— Вы правы, — я повернулся к пленному. — Где, говоришь клетка? Веди!

Офицера рывком поставили на ноги. С завидной прытью тот ринулся выполнять приказ. Оставив Ташу под присмотром Каори, мы углубились в скалу. Узкий проход, высеченный в известняке, вел вверх под острым углом. На выходе оказалось еще одно, совсем небольшое плато с покатыми краями и пещерой. Под ногами виднелись багровые разводы и следы от сапог. Тут же, в виде столбов и распятий, торчали орудия пыток. Валялись цепи, крючья, веревки, кнуты и прочая неприятная атрибутика. На кресте висел замученный труп. Судя по копытцам — сородич Сатти.

Загремев связкой длинных ключей, офицер дрожащими руками подобрал нужный и отпер калитку из стальных прутьев. Унылые пленники, коих было около двадцати, сбились кучкой вокруг пожилого мужчины, лежащего на полу. Сатти сразу же бросилась к нему.

— В сторону! — бросил я, и узники испуганно отползли к стене.

Мужчина дышал, но пульс оказался очень слабым. На вид ему около семидесяти. Крепкий, жилистый, с окладистой бородой. С татуировкой ВДВ и лозунгом «никто кроме нас» на плече. У меня затряслись от волнения руки.

— Спокойно! — проговорил больше для себя.

Я прослушал его грудь, осмотрел на предмет ранений. Руки, ноги вроде бы целы, только следы от кнура и сбитые кулаки. Ну еще бы, такие ребята не сдаются. А вот сильное истощение — это серьезная проблема.

— Вы слышите меня? — спросил я по-русски.

Мужчина вздрогнул и медленно открыл глаза. Уже достаточно рассвело, чтобы он мог рассмотреть незнакомца.

— Чего орешь? Не глухой я… — он облизал пересохшие губы. — Кто такой?

— Сержант Холодов, санинструктор. ВСРФ.

— Да ладно! — мужчина вдруг осознал, что с ним говорят на родном языке.

— Прохладно! — я оскалился так, что губа треснула. — Вы как, живы?

— Где наша не попадала… — он попытался сесть и Сатти тут же пристроилась сзади, давая опору.

— Сатти? Доченька ты моя… — на глазах старика навернулись слезы.

— Она не может ответить, — пояснил я. — Язык отрезан.

— Ах вы ж черти поганые! Да как вас земля носит ублюдков! — старик грубо выругался.

— Идти можете?

— Идти? — он болезненно усмехнулся. — Я и поссать-то, стоя не смогу. Да и нечем…

Я протянул фляжку с водой. Взяв в руки до боли знакомый предмет, он утолил жажду и горько расплакался.

— Не двигайтесь, сейчас станет легче…

Я применил сразу несколько заклинаний-триггеров, воздействуя на разные системы организма. Так лечение становилось более продуктивным и тратилось меньше маны. Кристалл амулета ненадолго померк, восстанавливая потраченную на исцеление силу.

— Ты тут давно, сержант?

— Пару месяцев.

— И… тебе дали благословение⁈ Кто?

— Богиня целителей, — я не сказал всей правды. Но и не солгал.

— А мне — рука в говне, представляешь? Не дали. А ты точно из наших? — он прищурился.

— Точно.

— Ну-ка, скажи, почему ВДВ называют войсками дяди Вани?

— Вообще-то дяди Васи.

— Точно! — выдохнул он с облегчением. — Свой, зараза! Глазам не верю. Столько лет…. Ну-ка руку дай.

Я уперся ногой и помог старику встать. Не без труда, но получилось.

— Саня — я. Александр Петрович Ворохов. Прапорщик в прошлом… Местные кличут Ксандр, а в полку Ворохом прозвали.

— Меня тоже в Патрика переименовали. Русские имена тут слух режут.

— Не думал я, что спасение придет. Да еще из такой дали… Пойдем, судя по запахам, тут у них где-то есть кухня. Нам бы всем подкрепиться.

— Только немного!

— Знаем, плавали…

Отвесив смачный пинок офицеру Альянса, Ворох, он же Ксандр, он же Саня, спотыкаясь и матерясь в полголоса, зашагал к ступеням.

— Подстрахуйте его… — попросил я бойцов. — Слаб совсем.

Бегло осмотрев копытных сородичей Сатти, я провел исцеление и по одному отправил вниз. Тот, что на кресте, к сожалению, скончался пару суток назад. Все, что я смог для него сделать — прочитать заклинание упокоения. Судя по тому, что тело развеялось в пыль, Боги приняли его душу.

Глава 22

Крылья возмездия

Гомункулов нужно кормить, причем, не реже одного раза в двое суток. При всех своих особенностях, они — живые существа со всеми потребностями. Кормили их откровенной баландой. А вот для себя охранники готовили вкусно и много. Поев и подремав часок, Саня немного оклемался. Присел рядом со мной на скамью в тени каменного навеса.

— Ты это, зови меня Ксандром, сержант. И давай сразу на «ты».

— Понял. Полегчало?

— Ага, есть маленько. Ты козочек моих тут больше не видел? В долине там, или на скалах?

— Нет, не замечал.

— Эх… вот твари, половину племени моего перебили, — Ксандр всплакнул. — Они же дети мои через одного.

— В каком смысле? — удивился я.

— В прямом. Я тут вожак, знаешь ли. А у вожака свои права и обязанности. Сатти — гордость моя, она первая. Они тут на сатиров похожи, вот и назвал так. Жаль мамка ее недолго прожила. Они тут все живут недолго. Лет сорок, от силы. А тут еще вождь их. Я ж сюда как попал, она меня выходила, полюбила, дочку родила. А вождь — козел во всех смыслах, взял и принес ее в жертву барсу.

— Барсу?

— Да, кошара такой с тигра размером. По горам бродит. Он у них вроде как табу. Священное животное, убивать нельзя. Ну, как ты понимаешь, следующей жертвой стал он сам. А потом я и барса пристрелил. Так и стал вождем.

— Печально. А попал как сюда?

— Сам не знаю. Летчик я, бортмеханик, штурман. Ил-76 МД знаешь? Транспортный самолет, у него еще турель в хвосте.

— Вроде слышал.

— Слышал… — он вздохнул.– А я летал на таком. Направлялись мы в одну арабскую страну, истребители наши обслуживать. Да и не только истребители… В общем, груз