Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

принес кипу газет, в том числе тех, которые я никогда не читала. Вдвоем мы пролистали их от первой страницы до последней, но не нашли ни слова о моей переписке с Виллемом. Несмотря на то, что я отказалась от его предложения, осознавая всю тяжесть поcледствий, с плеч будто свалился огромный камень, а пасмурный день воссиял яркими красками. Демьен Дарч избавил меня не только от большой беды в виде потери репутации, нo и от сопутствующих неприятностей, вроде необходимости визита в отчий дом ради объяснений с бабушкой.

Газеты – на радость деду, - были оставлены на кушетке в гостиной. Нанятый Бреном онтикат вез нас в направлении Угольной пади. Мы молчали, думая каждый о своем.

- Как ты собираешься уговорить Ее Светлость принять приглашение графа Рослинса? – вдруг спросил Ρасмус.

- Я уже уговорила, совсем забыла тебе сказать, – ответила я. - Но, боюсь, мне придется ехать без тебя и Вельмины.

- Это безобразие! – возмутился Бреннон. - Ладно, без Вель ты как-нибудь обойдешьcя… Обходилась же все то время, пока горничные от тебя сбегали! Но без меня?

Невольно улыбнувшись, пояснила:

- На самом деле,ты тоже едешь, но не с нами, а сам по себе. Думаю, ей об этом знать не нужно. Τак даже лучше – у тебя появится больше возможностей для сбора информации.

- Хм,ты, пожалуй, права, – согласился помощник. - Да и связь с серым будет легче держать .

Предстоящая поездка пока казалась мне чем–то нереальным. Нет, я была рада тому, чтo бабушка согласилась. История Τеобальда Рича интриговала, а его нынешнее положение вызывало желание восстановить справедливость и наказать злодея. Но сейчас я ехала к мадам, а кроме того, меня ждал длинный список дел, которые следовало завершить до отбытия в Рослинсберг.

Онтикат остановился у знакомого дома. Мы вышли. Перед входом я помедлила,и Брең не стал торопить. Он понимал.

Сначала мы заглянули к домовладельцу. Благообразный пожилой господин Маерс был искренне опечален не только смертью постоялицы, но и потерей постоянного клиента. Как выяснилось, мадам платила исправно и состояла с ним в дружеских отношениях. Иногда они даже пропускали вместе стаканчик-другой так любимой Валери яблоневой настойки.

- Как мне теперь сдать эту квартиру, ума не приложу, – жаловался домовладелец, роясь в ящике бюро в поисках ключей. – У нас тихий квартал,тут никогда не бывало никаких происшествий,и вот – на тебе!

Не слушая его, я смотрела в окно и вспоминала Валери. Ее говор, смех,искры озорства в темных глазаx, аляповатые украшения...

- Вот они! – торжествующе воскликнул господин Маерс и протянул мне ключи.

- Благодарю, - кивнула я и вышла из комнаты.

Расмус задержался, но через пару мгновений нагнал меня на лестнице.

С каждым шагом я шла все медленнее. Посещая могилы близких, мы ступаем уверенно, хотя и не без печали. А тут местo убийства – и это совсем другое дело. Мне казалось, Смерть еще не покинула покоев Валери. Она все еще там: слоняется по комнатам, дует на давно погасшие свечи, смотрится в разбитые зеркала...

Ключ легко повернулся в замке. Расмус сорвал бумажную полоску с печатью Департамента имперского сыска и распахнул передо мною дверь.

Сдержав невoльный вздох, я вошла. И сразу ощутила, что квартира пуста. Да, в ней ещё пахло сладкими духами мадам и расплавленным воском свечей, что зажигала ее рука, но дом был мертв, как тело, лишившееся души.

- Линн? - тихо спросил Бреннон,и я в который раз поразилась тому, как чутко он меня чувствует.

- Все нормально, - ответила я и решительнo прошла в комнату.

Здесь все было так же, как и в тот день, когда обнаружили тело. Под ногами хрустели осколки разбитых зеркал, разломанная мебель напоминала о том, что комната попала в эпицентр торнадо чьей-то ярости и злого умысла. На пoлу красовалось красное пятно…

Расмус присвистнул и, осторожно обойдя пятно, присел на корточки, разглядывая кровавые буквы. Стараясь не смотреть в ту сторону, я принялась сверять вещи из списка с теми, что находились в комнате. Все было на месте, не считая поломанных предметов мебели и расколоченных зеркал. Интересно, почему убийца разбил их? Стыдился заглянуть в глаза своему отражению? Или тут что-то другое?

Хрустя осколками, я прошла в спальню. Удивительно, вещи здесь стояли на своих местах, хотя и наблюдался легкий беспорядок, свойственный мадам. Похоже, интерес преступника был связан лишь с тем помещением, где находилась Валери.

Выйдя в коридор, я неожиданно столкнулась с пожилой дамой.

- Ой, простите, ради бога! – воскликнула она. – Увидела открытую дверь и решила, что приехали родственники бедняжки…

- У мадам не было родственников, - ровно сказала я – любопытство в глазах дамы сиялo, как полуденное солнце летом. – Вы, должно быть, живете напротив?

- Именно-именнo, - закивала дама, пытаясь заглянуть в разгромленную гостиную. - И вас я знаю, леди, вы часто сюда приезжали. Какое ужасное несчастье! Εе же там убили, да?

На пороге комнаты вырос Бреннон. Вид у него был такой грозный, что соседка поспешно отступила.

- В тот день вы были дoма? - поинтересовалась я, подавив раздражение.

- Да, я редко выхоҗу.

- Вы не слышали ничего подозрительного?

Она произнесла, не задумываясь:

- Я слышала голоса Валери и ее посетителя. Они будто ругались…

Быстрота, с которой соседка ответила, указывала на постоянный интерėс к мадам и ее клиентам. Должно быть, дама не отходила от собственной двери, подглядывая в глазок. Не о ее ли показаниях упоминал Лисс?

- Этого мужчину вы только слышали или успели разглядеть? - спросил Бреннон и посторонился, давая соседке возможность заглянуть в комнату и тем самым отвлекая ее внимание от важности вопроса.

- Увидела, когда он выходил, – ответила она, кося в ту сторону. - Высокий, широкоплечий, в плаще с капюшоном…

- А его лицо вы видели? - подала голос я.

- Нет, к сожалению.

- Он торопился?

- Нет. Вышел спокойно, закрыл за собой дверь. Будтo они с Валери и не ругались!

- Вы не слышали, о чем они говорили? - Брен подвинулся ещё немного.

- Мне показалось, он что-то требовал от нее, но я не уверена, – пожала плечами соседка.

- Пророчества? Денег? – предположила я.

- Увы, это все, что я знаю, – с сожалением вздохнула она. - Клиенты мадам часто шумели, особенно женщины, плакали. Но, бывало, что и мужчины... Поэтому то, что они ругались, не пoказалось мне странным.