Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

* * *

А я ведь думал — один буду! Но к утреннему автобусу, которым должны были отбывать на абитуру наши рекруты, собралась нешуточная толпа. Только Яна пришёл провожать целый выводок родственников, причём, у некоторых из них — понятно, женщин — глаза явно были на мокром месте, вряд ли парню было так уж легко своё решение продавить! Но он всё-таки справился, горжусь. А вот возле Александрова я не увидел никого. Кроме наших: кружок явился в почти… да что «почти» — в полном составе он явился! Меня только не хватало да Любочки в очках. Во прикол будет, если и она тоже возникнет! Забегая вперёд — губы закатываем, не пришла. Зато Димкина мама тут — надо будет не забыть её поблагодарить отдельно, всё-таки, она здорово помогла парням с билетами. Нет, конечно, они бы и сами уехали, но пришлось бы им потратить на это куда больше времени, а у Яна с этим делом было совсем туго: он и на выпускной-то не попал — отмечания во всех школах как раз сегодня, вечером. Ну, тут ничего нового: я, помнится, свой тоже пропустил в «той» жизни. И не сказать, что сильно жалею. А вот что будет в этой… посмотрим. Но варианты есть!

Анатолий заметил меня первым из гомонящей толпы, неудивительно — с его-то ростом! Шагнул вперёд, как ледокол, распугивая мелочь, протянул руку, сжал.

— Думал, уж не придёшь! — Улыбается.

— Я не мог не прийти. Кто ж ещё тебе удачи пожелает?

Публика возмутилась. «Я желаю!». «И я!». «Мы все!», — и всё такое подобное.

— Вот, слышишь? — уточнил я. — Все желаем. Запомни хорошенько! И только попробуйте там облажаться!

— Слушаюсь! — засмеялся он. — Я иногда забываю, кто тут у нас взрослый!

В этот момент площадь пришла в движение: ага, водила двери открыл. Билеты в автобусе у нас без мест, надо поспешать. Смысла, может, и нет особого, но почему-то принято торопиться, хотя, возможно, это просто я забыл какие-то важные резоны подобного поведения. Анатолий легко подхватил с земли довольно объёмистый рюкзак, поискал глазами товарища. Ян тоже уже приготовился к штурму, сжимая в правом кулаке ручки спортивной сумки с надписью «Олимпиада-80», а в левом — ремень школьной торбы навроде моей. Заплаканная женщина — это мама, наверное? — растерянно подвисла рядом с пухлым свёртком из кальки в руках, пару раз дёрнула головой туда-сюда и решительно всучила запасы еды Анатолию. Ага, значит, они уже познакомились, и в курсе, что парни едут вместе. Все готовы? От винта!

И только когда автобус уже неторопливо покатился к выезду с площадки, а в одной из форточек возникли сразу две узнаваемые рожи, наша банда выдохнула слитно: «Ни пуха!». Ответный посыл ко всем чертям потерялся в надрывном вое автобусного мотора: сразу за автостанцией дорога шла в горку с нашим, уральским уклоном.

Вот честное слово, ощущение — будто это мне поступать!

Глава 8

У нас тут событие: липа зацвела. Как-то в этом году она рановато, но у меня возражений нет: это сейчас я свободен, как ветер, живу свою лучшую каникулярную жизнь, а потом — мало ли что будет. Поеду куда-нибудь, например. А липа — она себе на уме, цветёт всего неделю, потом её уж не поймаешь! Так что, считаю, всё удачно сложилось.

В этом году я решил пользоваться накопленным в «той» жизни опытом, который гласил, что разделение труда и бригадный подряд кроют всяких там одиночек, как детей малых. Тем более, что мы дети малые и есть. И предложил участие единственному легкодоступному мне сейчас коллективу — математическому кружку! Удивительно, но отказавшихся не нашлось. Максимальный же сюр сложился, однако, когда на то же самое подписался и Дюша, который, получив аттестат, тоже лодырничал и шатался по округе без дела. Я очень вовремя столкнулся с ним на выходе из школы, но предложение поучаствовать делал чисто смеха для, а он возьми и согласись! Но это удачно, на самом деле: больше всего лип — в Старом Городе и на территории «заводских», и такая силовая поддержка в этих районах нам не помешает.

Обычно липовый цвет заготавливают в одиночку: берёшь небольшой мешок (к примеру, из-под школьной переобувки), лезешь на дерево, обрываешь, собираешь. Неудобно: за цветками тянись, до самых «вкусных» веток не достать, мешок цепляется, мешает, много в него не напихать, в самый неподходящий момент придётся спускаться вниз — опорожнять. И так далее. Но можно же разделить операции!

— Так! — придавил я голосом базарящую толпу на занятии кружка. — Кто хорошо умеет лазить по деревьям?

Хм. Кто б сомневался — ну не найти тут сейчас пацана, который бы признался, что он по деревьям лазить не умеет.

— Ладно, изменим вопрос: кто считает, что он лазит по деревьям лучше всех? Обратите внимание: сам руку не тяну!

Я, правда, и в первый раз не высовывался: как-то я с этими «афганскими» тренировками несколько окреп. Уже и на соседа справа в строю посматриваю — когда меняться? Не пора уже? А ведь он-то — взрослый! Расти уже больше не будет. А вот я — запросто! И вверх, и вширь. Так что, я на вещи смотрю трезво: в нашем будущем коллективе я самый габаритный после Дюши, мне на верхотуру рваться не резон.

А вот эти пионеры рвутся, все как один. Ну ты-то, толстый, куда лезешь, а⁈ И не скажешь ведь — обидится.

— Так, короче. Раз все хотят на дерево, и сознательных нет, тогда выберу сам. Вот ты, ты, ты… и ты!

— И я!

— Ладно, чёрт с тобой… ты тоже! Берёте дома ножницы! И прищепку! Обычную, бельевую. И суровой нитки хоть метр — чтоб была длиннее вашей вытянутой руки!

— А… зачем? — осторожно спросил Олежка.

Я разъяснил. Идея состояла в следующем: «бегунки» лезут на липу, на самый верх, но цветки не собирают, а только срезают их ножницами. И оставляют свободно падать под действием, понятно, гравитации. Туда, где мы заранее заботливо расстелем принесённые из дома покрывала! А по мере спуска сверху вниз «бегунки» неизбежно будут ветки трясти, и застрявшие соцветия постепенно провалятся, а там уж наземная часть бригады их соберёт! Прищепка и нитка нужны для того, чтоб ножницы подвесить на «страховку» и не слезать на землю каждый раз, как выронишь. А ронять будут наперегонки,