Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

class="p1">Память озарила короткая вспышка. Вечер. Игры меня утомили, и я прилегла на диван. Мальчишка, чьего лица я не вижу, но теперь точно знаю, что это был Аларис, сел рядом. Я подвинулась и положила голову ему на колени, устроившись с комфортом и не думая о том, что могу его стеснить. Любой другой девятилетний мальчишка тут же спихнул бы со своих колен прилипчивую девчонку, но Ал сначала щекотал меня, заставляя визжать от восторга, а потом замер, положив свою ладонь мне на спинку. Кажется, я так и уснула…

Мы еще какое-то время вальсировали в подводном течении, а потом поднялись и встали на водной глади. Я чувствовала себя отдохнувшей и посвежевшей, усталости как не бывало. Казалось, сил хватит на то, чтобы не спать до утра, но я понимала, что вечер второго дня, скорее всего, закончен.

– Домой? – спросила я, смирившись.

– Да, Элиза. Но завтра новый день.

Он легко коснулся уголка моего рта указательным пальцем, точно хотел, чтобы я улыбнулась. Я улыбнулась. Мне на самом деле было хорошо. Аларис оказался прав: предвкушение пленяло. Заставляло сердце биться чаще, заполняло нежностью всю душу без остатка, и даже во сне я помнила о том, как сильно его люблю.

Энергия, которой я сейчас зарядилась, требовала выхода, поэтому я, наплевав на безопасность – благо до входа в корпус всего несколько десятков метров, – решила их пробежать.

Вот только лодыжки у меня слабые, все время подводят. Я вечно подворачиваю то одну ногу, то другую. В последний раз это случилось летом, когда я удирала от Вика, и не был бы мой друг на самом деле отличным парнем, все могло закончиться печально. Вот и сейчас я наступила на камешек и вскрикнула, почувствовав, как боль пронзила сустав.

Аларис тут же оказался рядом, присел на колени и осторожно дотронулся до ноющей лодыжки.

– О, какой мужчина передо мной на коленях, – пошутила я, превозмогая боль, хотя ступню словно обожгли кипятком – даже слезы выступили на глазах.

– Шутить будем позже, – серьезно ответил он и подхватил меня на руки.

Пятикурсник, дежуривший в холле, привстал при виде куратора.

– Мисс Илмари подвернула ногу, я окажу ей необходимую помощь, – процедил Аларис в ответ на вопрошающий взгляд и понес меня прямиком в свою комнату.

Не успела я опомниться, как уже лежала на постели, на таком знакомом покрывале. С покрывалом нас связывало очень тесное знакомство, да… Почувствовала, что краснею.

Ал не обратил внимания на мое смущение. Он тихонько, стараясь не потревожить больную ногу, расстегнул и снял сапожки, а потом весьма бесцеремонно засунул руки мне под юбку и принялся снимать чулки. Его пальцы, коснувшиеся обнаженной кожи, заставили меня вздрогнуть, хотя Аларис думал лишь о том, чтобы помочь.

– Распухает… – буркнул он себе под нос, аккуратно ощупывая косточку. – Ничего, сейчас, маленькая…

Я уже почти не ощущала боли, разве что совсем немного. Я млела от его прикосновений, от его заботы и нежных слов. Лежала такая расслабленная, разве что не мурлыкала. Но то, что я такая тихая, его еще больше разволновало.

– Голова кружится?

Ал положил ладонь мне на лоб.

– Так, сегодня остаешься ночевать у меня, под присмотром. Потерпи, девочка… Сделаем компресс… У меня есть отличная мазь, через пять минут станет легче…

Он заговаривал мне зубы, стараясь уменьшить боль, как я совсем недавно, когда смазывала его раны. Это было так трогательно, что я, расчувствовавшись, шмыгнула носом.

Аларис бережно намазал мою щиколотку прохладной мазью, наложил тугую повязку. Сразу стало легче – боль прошла. Хотя сустав еще немного ныл, я знала, что уже смогу наступить на ногу, если захочу. Вот только я не хотела. Я не собиралась никуда уходить сегодня ночью.

Я зевнула, делая вид, что устала.

– Помоги мне раздеться, – попросила я Алариса. – И не надо на меня так смотреть. Не буду ведь я спать в одежде?

Ал улыбнулся.

– Да, это было бы неудобно. Подожди…

Он выудил из ящика чистую рубашку, помог мне переодеться в нее. Лицо оставалось серьезным, будто он никогда прежде не видел меня обнаженной. Я перекатилась к стене, забралась под одеяло, тихонько лежала, глядя на Алариса, и думала о том, что когда-нибудь это станет нашей привычной жизнью.

Мы будем каждую ночь засыпать в одной постели, прижавшись друг к другу холодными зимними вечерами. Может быть, даже станем сражаться за одеяло, стараясь укутаться поплотнее. Хотя нет, Ал сдастся без боя, а потом будет мужественно мерзнуть. А летом я буду ворчать, жалуясь на жару, и выскальзывать из его горячих объятий. Но после все равно прильну к нему, обниму и усну на его груди. И каждый, каждый день буду бесконечно счастлива…

– Спи, моя девочка.

Он наклонился и коснулся моих губ целомудренным, нежным поцелуем, и я послушно закрыла глаза. Ал долго не ложился. Я видела, что он сидит за столом и что-то быстро пишет, наверняка составляет план занятий для своих бестолковых первокурсников. Он несколько раз перечеркивал написанное и начинал заново, но, видно, так и не закончил начатое: по его напряженным плечам я поняла, что он недоволен результатом. Аларис хотел скомкать лист, но передумал, кинул его в ящик стола и запер ящик на ключ.

А потом ушел в душ. Я позавидовала: у кураторов душ прямо в апартаментах, а не один на крыло. Я слышала отдаленный шум воды, хотела встать и присоединиться, но лень было покидать теплую постель.

Аларис лег рядом – старался не беспокоить, думая, что я уже сплю. Он вытянулся, заложив руки за голову, и размышлял о чем-то, глядя в потолок. Из-под опущенных век я любовалась его торсом, его упругими мышцами живота, его профилем. Какой он красивый!

– Ал, поцелуй меня! – то ли попросила, то ли потребовала я.

– Еще не спишь, маленькая?

Он хотел поцеловать меня в кончик носа, но я ухватила его за шею, притянула, заставляя поцеловать по-настоящему. Аларис, застигнутый врасплох, выдохнул мне в губы, застыл на мгновение, упираясь руками в подушку, застонал, отвечая на поцелуй. Так застонал, что я на секунду испугалась, подумав, что ему больно. Наши тела соприкасались тесно-тесно – единственной преградой стала ткань рубашки. Она мне мешала. Я хотела чувствовать его целиком, чувствовать кожей.

Я заерзала, избавляясь от одежды.

– Помоги, – зашептала, чуть не плача от невозможности ощутить его каждой клеточкой тела.

– Элиза… Не надо… Я не выдержу…

И снова поцелуи. Опьяняющие, сводящие с ума, его язык скользил у меня во рту, как если бы мы уже были едины… Я выгнулась дугой, неосознанно разводя колени,