Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

жизни. Я ощущала себя юной женщиной, еще не в полном смысле этого слова, но понимала, что я уже не тот глупый ребенок, каким была всего несколько месяцев назад. И изменилось не только мое тело, моя душа тоже. Наверное, я стала немного мудрее, чуть смелее и не такой импульсивной. Произойди тот случай у костра сейчас, я сумела бы остановить Викара, не позволила бы себя поцеловать.

Я не спеша собирала сумку, когда за мной зашла Ароника. Она пересказывала новости, а я почти не улавливала смысла слов, больше прислушиваясь к своим ощущениям. Мне чудилось, что даже движения у меня стали иными – более плавными и женственными. А внутри словно наливался соком бутон цветка, который вот-вот распустится. Трудно понять, но другие сравнения не приходили на ум.

– Элиза, с тобой все хорошо? – спросила подруга.

Она уже не в первый раз присматривалась ко мне, пытаясь понять, что происходит. Неужели так заметно, что я повзрослела за эти несколько дней? Но мой ответ остался прежним:

– Все хорошо, правда!

Мастер Вайс сегодня собирал нас на крыльце корпуса. Он снова оказался в центре внимания, окруженный первокурсниками. Я не стала прорываться вперед, а скромно прислонилась к стене здания. Я и так знала, что Аларис мой, и никаких лишних доказательств вроде многозначительных взглядов или улыбок мне не требовалось. Внутри все пело от счастья.

Но я не могла не заметить, что Ал сегодня как-то особенно серьезен и задумчив. Время от времени он смотрел на небо, в сторону парка, и сжимал губы.

Конечно, я видела то же, что и он: купол над Академией постепенно становился всё более непроницаемым и темным, солнечный свет с трудом пробивался сквозь серую дымку, которая заволокла небо: именно таким с земли виделся свод. Уже к обеду над Академией сгустятся сумерки. Бестий каждый день становится все больше, они делаются все опаснее и злее – уже нельзя передвигаться маленькими группами, как раньше. Запасы еды тают…

Я все это знала, но счастье последних двух дней вытеснило беспокойство на второй план. Но Аларис, как я сейчас поняла, тревожиться не перестал. Наверное, мысль о том, что он невольный виновник происходящего, не дает ему покоя ни днем, ни ночью. И только пока я рядом, ему ненадолго удается забыться.

Ал будто почувствовал, что я о нем думаю, оглянулся, отыскивая меня взглядом. На секунду в его глазах мелькнуло такое щемящее выражение отчаяния, что мне захотелось прижаться к нему, утешая, как в детстве: «Все будет хорошо». Но Аларис быстро справился с эмоциями и едва заметно подмигнул мне. В его глазах я снова видела только нежность.

Сегодня на завтрак подали совсем крошечную горстку гречневой каши, которую я, кстати, терпеть не могла, да пару листиков салата. Зелень ежедневно выращивали земляные, но прокормить такую ораву голодных студентов им было не под силу. Ароника вздохнула, глядя в тарелку.

– Когда это уже наконец закончится! – в сердцах выпалила моя обычно сдержанная подруга. – Сил больше нет!

– Скоро, – уверенно ответила я.

Я не сомневалась, что мы с Аларисом скоро все исправим, осталось чуть-чуть потерпеть, но Ароника только глаза закатила, решив, видно, что я заразилась оптимизмом от Бадлера.

– Смотрите, кто идет! – Бадлер вклинился в нашу беседу, указав черенком ложки на вход.

Мы посмотрели в том направлении, а потом все трое вскочили и, побежав к двери, едва не сбили с ног похудевшего Тима. У него на лбу алел подживающий шрам, лицо осунулось, но кривая ухмылочка по-прежнему извещала о том, что Тим не из тех, кто легко сдается, а если надо – он это докажет. Неисправимый тип! О чем мы ему с Ароникой немедленно сообщили. Подруга даже хотела отвесить подзатыльник, но в последний момент передумала: Тим выглядел таким слабым, что рука не поднялась его бить.

– Горе наше, – вздохнули мы хором. – Иди за стол!

Обняли его с двух сторон и повели за собой. Бадлер, насупившись, шел позади – вероятно, немного ревновал, зато Тим выглядел героем-победителем.

Он моментально смел с тарелки всю еду и зашарил по столу несчастным, голодным взглядом. Мы все знали, каково это: когда возвращаешься после подводного сна, то аппетит просто зверский, а Тим к тому же поправлялся после ранения. Мы переглянулись и положили на тарелку Тима каждый по ложке каши и по половинке салатного листа. Друг все равно не наестся этими крохами, но это все, чем мы могли помочь.

– Как Вик? – спросил Тим, не переставая жевать.

Вик… Что я могла ответить на это? Щеки залила краска. На меня нахлынуло чувство вины за то, что недостаточно сильно переживаю и даже позволила себе быть счастливой. А ведь Вик – мой друг…

– Хочу завтра его навестить, – прошептала я. – Хотя он еще не пришел в себя…

Тим расправился с добавкой и, кажется, готов был уже приняться за нас, когда разговоры за столом вдруг стихли, а водники невольно выпрямились. Мне даже не нужно было оглядываться, чтобы понять, кто стоит за моей спиной.

– С возвращением, Тим, – сдержанно произнес мастер Вайс.

Тим вытянулся по струнке, но поднять глаза на куратора не смог: понимал, каких дел натворил.

– Спасибо.

– Сегодня вместо занятий ты идешь со мной.

Тим вскинул взгляд, точно хотел спросить куда, но так и не решился. Он еще больше побледнел, но в ответ на приказ куратора только кивнул.

– Тебе понадобятся силы, – продолжил мастер Вайс.

И на стол перед Тимом опустилась тарелка с кашей. Я знала, что это порция Алариса, к которой он не притронулся, а теперь отдает нашему обессиленному другу. Но это значит, что сам Ал останется голодным.

Я обернулась и хмуро посмотрела на Ала, надеясь, что он по лицу прочитает мои мысли: «А ты? Тебе тоже нужны силы!» Он понял, незаметно коснулся моего плеча. Не знаю, что это должно было означать. Возможно, «я так решил»… Упрямый!

– Ох, куда он его… – разволновалась Ароника.

– Накажет теперь! – радостно предположил Бадлер, который с энтузиазмом воспринимал любое событие. Когда-нибудь мы его за это покусаем!

– Даже если накажет, это будет нестрашное наказание, – постаралась я приободрить Тима, на котором лица не было.

– Да, да, слушай Элизу! Ее уже несколько раз наказывали, – подхватила Ароника. – Мастер Вайс ведь ничего плохого тебе не сделал?

Я вспомнила, как мы с Алом вчера стояли под струями воды, как нежно его руки касались моего тела, скользили по нему. Сглотнула.

– Только хорошее…

Правда, Тима нам убедить не удалось. Он пошел, свесив голову, готовясь по меньшей мере к казни. Хотя