"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

борьбу в партер, используя все наработанные связи. Последние пять минут он занимался тем, что формировал максимально подробный мыслеобраз всего совещания, который только что отправил Харитону. Практики из раздела ментальной магии были порой чудо как хороши. Давались, правда, с трудом: то, что Макс ваял пять минут, Харитон делал за десяток секунд, а Денис тратил на это минуту, хотя практиковать ментал начал относительно недавно. Агентом связи в этом, без сомнения полезном, конструкте выступал малый дух Разума, призыв которого относился аж к первому кругу конструктов Разума. Это в отличие от других школ, где призыв элементаля — мумба-юмба высокой сложности.

— Герман, я подключил Харитона, — проинформировал он раздраженного командира, — он поможет, чтобы информация дошла до верха в корректном виде.

— Спасибо, — Герман благодарно кивнул, понемногу остывая. — Только прикидывал, куда звонить, чтобы эта стычка не превратилась в затяжную безобразную свару. Сейчас оформлю все, как полагается, и тоже позвоню знакомым. Думаю, Паша сейчас строчит письма и звонит во все колокола, что у него тут бунт на корабле.

— Меня поражает, что он игнорирует все правила организации, руководителем части которой сам является, — покачал головой Максим. — Про то, что он считает правильным прогнуться под Сигиль, я вообще молчу. Такое вслух произносить — это как стрелять себе по ногам, чтобы быстрее добежать до ларька с пивом. И эффективность сомнительная, и выбор метода странный.

— С Павлом давно все плохо, — грустно поделился Герман, — не знаю, в какой момент, но ему просто стало неинтересно. Ни Изнанка, ни Охота, ничего из того, что раньше будоражило кровь. Потом эта административная функция. Мне кажется, он как-то внутри прокис, а честно себе в этом сознаться и уйти на отдых не смог, вот и гнил потихоньку… Хорошо хоть в большинство процессов он не вникал особо, кроме денежной возни с казначеем.

— Да, к сожалению или к счастью, но человек — единица непостоянная, — задумчиво произнес Максим. — Ладно, фиг с ним с этим Пашей, пойдем разместим наших агрессивных гостей поудобнее, пока Серые не приехали. А то уж очень картина одиозная получается.

Он скептически оглядел лежащих на полу без сознания сигилевцев, покачал головой и пошел рассаживать тела по стульям. В сознание их пока никто приводить не планировал. Герман тоже отвлекся от печальных мыслей, хмыкнул, видимо, представив визит Серых с представителем Сигиля, и их, сидящих рядом с валяющимися телами, и пошел помогать Максу.

— Что-то у меня в последнее время слишком много серого цвета в жизни, — пожаловался Максим, аккуратно пробуя чай. — Это что-то новенькое?

— Да, недавно бывший ученик привез из Шри-Ланки, довольно недурно, — ответил Харитон, прихлебывая горячий напиток, по цвету больше напоминающий крепчайший кофе. — Я черный чай очень люблю. А еще такой, специфически ферментированный… Красота!

— Надеюсь, он не проходил через ЖКТ животных, чтобы стать столь уникальным?

— Нет, что ты! — отмахнулся Харитон. — Этот чай сушился на специальных диких камнях из верховий реки Калу и ферментировался по особой технологии, окуривался в процессе сборами тлеющих трав, тут много нюансов. Чувствуешь же, что не простая горечь, а с травяным оттенком, как будто свежесть скошенной травы смешалась с тяжелыми ароматами южных цветов?

— Да ты поэт, — улыбнулся Максим и довольно зажмурился: чай был действительно хорош.

— Не больше, чем ты, — парировал учитель, делая очередной глоток. — «Слишком много серого цвета», надо же!

— Ну, как есть. За неполный месяц уже второй раз. По мне, так многовато.

— Ну а как ты хотел? — философски спросил Харитон. — Ты попал во внимание крупной и довольно агрессивной организации. Вступил с ними в конфликт — хрестоматийный случай из тех, что регулируются Кодексом.

— Хреново регулируются, мнится мне, — заметил Макс, — я бы сказал — постфактум регулируются.

— Ну Орден — ни разу не ясновидящие. Точнее, не так: там есть ясновидящие, и даже несколько настоящих пророков, но те вероятности, которые они мониторят, несколько крупнее, чем неудачная попытка силового давления на перспективного одаренного. Они в основном по более глобальным вопросам вероятности проверяют.

— Ты так говоришь, как будто знаешь Орден изнутри, — Максим вопросительно посмотрел на Харитона. — Я в открытых источниках что-то такой информации не видел.

— А много ли ты вообще открытых источников видел, чтобы выводы такие делать? — насмешливо спросил Харитон. — Дайджесты Коллегии и Гильдии? Новостные каналы на портале для одаренных? То, что Алексей Сергеевич поведает за десятиминутный разговор между приемкой материалов? Или болтовня клиентов, которым ты конечности приращиваешь?

— Экий ты ехидный, — не повелся на провокацию Максим, — и вредный. Все то, что ты перечислил, вполне тянет на полноценное информационное пространство, но я в курсе, что всегда есть те, кто знает больше. Есть многое на свете, друг Горацио, and so on!

— Да это не то чтобы закрытая информация, просто многие знают про структуру Ордена. Они особо и не скрывают. Четыре основных крыла: Слышащие, Видящие, Наказующие, Созидающие. И руководство, естественно, вот его, хрен знает, как называют.

— Так, — подобрался парень, — а теперь давай с подробностями, а то неохота мне блуждать в тумане неведения.

— С подробностями, так с подробностями, — покладисто согласился учитель. — Слышащие — это следователи, те, кто с плитой работает, а также места преступления обследуют и запросы принимают. Плюс, среди них есть те, кто постоянно просматривает вероятностное поле с одной только целью: поиск локальных угроз. Еще не настоящие пророки, но могут предотвратить какие-то маленькие происшествия, которые, вероятно, откликнутся большим и мерзким эхом. Далее у нас Видящие — тут все, как ранее объяснял: ясновидящие и пророки, которые пытаются углядеть крупные угрозы обществу одаренных и с чем отлично справляются, судя по тому, что весь этот карточный домик еще не развалился к чертям собачьим и не только функционирует, но и развиваться умудряется.

— Чего это ты такой критичный? — поинтересовался Макс. — Не устраивает наша система общественная? Кривовата?

— Ну ты Кодекс читал же?

— Читал.

Харитон посмотрел на Максима с иронией и спросил:

— А тебе не показалось, что он, как бы это сказать точнее, несколько схематичен? Как будто не главный документ, регламентирующий жизнь одаренных, а какая-то попытка лаконично выразить свои чаяния. Половина пунктов не конкретизирована, другая половина может быть обойдена логически… Дырявое и наивное произведение доброго сказочника.