"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Практически любые приемы охотницы сопровождались появлением натуральных бабочек, сотканных из пламени, будь то атака, защита или даже резкое перемещение. Рой ажурных огненных созданий бил, защищал, сопровождал. Несмотря на вычурность отработанные до волевого использования приемы были по-настоящему опасны, а также дополнялись мощной школой боя на мечах, являвшейся неотъемлемой частью стиля. Максим всего пару раз видел, как Юля работает в полный контакт в тренировочном зале, и разок наблюдал ее в рейде и был немало впечатлен, какие комбинации и крайне жестокие многоуровневые атаки могла выполнять эта довольно юная девушка. Сакамото была Подмастерьем и имела небольшой активный резерв духовной силы, поэтому компенсировала ограниченность в применении техник высоким уровнем владения катаной и вакидзаси, второе оружие и было ее Ножом охотника, специфическая форма которого намекала на огромную практику в уничтожении хаоситов. Потому что так изменить изначальную форму Ножа можно, только устраивая хаосу форменный геноцид.

В то же время, будучи барышней двадцати трех лет от роду, Юлечка после переезда из Японии, где остался ее отец, один из функционеров Клана Огненного Махаона, была по-житейски неопытна и крайне быстро попала под очарование Германа. Влюбилась в него без памяти, как стало очевидно спустя короткое время всем, кто встречал эту парочку вместе. Герман, человек женатый и правильный, ситуацию выкупил быстро и провел с девушкой беседу, указав на бесперспективность чувств и вред, который данная ситуация может нанести отношениям начальник-подчиненная. Юлечка прониклась, все приняла, но сердцу не прикажешь — теперь везде, где Герман появлялся по рабочим вопросам, его сопровождал верный и исполнительный на японский манер адъютант Юля.

Злые языки, конечно же, трепали тему эмоционально холодного отца и пророчили тоскливый конец в связи с неразделенной любовью: кто-то ставил на Юлю, кто-то подозревал, что жертвой станет Герман, были и те, кто вообще с пеной у рта доказывал, что первыми в пожар невысказанных чувств попадут жена и дети Германа, однако уже почти год тандем Холодного Бастиона и Огненной Бабочки, как их за глаза называли, успешно участвовал в развитии организации и не был замечен за амурными делами.

Сам Максим склонялся к проблемам с отцом, но делал это не чаще раза в пару недель и не более, чем на пяток секунд, и только когда видел влюбленный взгляд Юли, направленный на командира: у парня был воз своих проблем и недостаток времени и желания участвовать в чужих. А иметь свое конкретное аргументированное мнение — весьма затратный процесс, Максим предпочитал более весомые поводы для его формулирования.

Герман стоял в центре зала и что-то вдохновенно вещал двум другим участникам рейда, Мирону и Илье, опытным, но несколько ленивым охотникам, предпочитающим работать в паре. Оба одаренных обладали даром Воздуха, внушительным послужным списком в прошлом, плохим чувством юмора и полным нежеланием выполнять что-нибудь, кроме гильдейской нормы. В ежемесячных сводках Макс не видел ни одной выполненной дополнительной миссии за авторством этих двух парней. В Гильдии они состояли уже по полтора десятилетия, и, не смотря на юный внешний вид, оба разменяли пятый десяток. Максиму они казались продуктом деструктивной политики Павла Сергеевича, однако врожденная лень не давала и шанса копнуть эту тему глубже. Парень на всех своих коллег применял способности Глаз, но что-то конкретного это сканирование никогда не приносило, лишь отрывочное понимание, что те чувствуют сейчас. И от Мирона, и от Ильи ощутимо тянуло скукой. Юля была поглощена спичем командира и излучала восторг. Герман пылал энтузиазмом и предвкушением, как будто бы Гильдия собиралась не подий резать, а планировала дерзкое исследование свеженайденного жилища какой-нибудь древней организации одаренных. Макс даже слегка позавидовал. Ему казалось, что врожденный цинизм, прогрессирующий с каждым годом, не даст так кайфовать от жизни, как это делал Герман, будучи при этом ровесником Октябрьской революции.

Последний участник мероприятия источал спокойствие. Дима в принципе не любил нервничать и суетиться, хоть и являлся обладателем достаточно резкого и агрессивного дара — Молнии. Подмастерье, без пяти минут Мастер, Дима был крайне одаренным боевиком и постоянным участником зачисток и закрытий Сопряжений. В основном благодаря этому он так удачно и прогрессировал, а еще и отточил абсолютно все комбинации до идеала, ну, кроме Седьмой, естественно. Идеальная машина для уничтожения вражеских масс: Клинок Молнии, Грозовой Щит и два вида молний: простая и цепная, плюс стандартный набор усилений и ускорений. Работу Дмитрия в поле Макс наблюдал гораздо чаще и его спокойствию удивлен не был: для кого целый рейд Гильдии, а для кого — скучный вторник.

Герман тем временем закончил затирать что-то местами благодарной публике и заметил Максима:

— О, последний участник нашего мероприятия! Как раз вовремя, я уже хотел начать излагать план.

— Торопишься опять куда-то, — Макс глянул на часы — до выхода оставалось еще минут сорок — и поздоровался с остальными. — Привет, народ! Что, вдохновились на подвиг от пламенных речей командира?

— Еще один любитель языком чесать, — лениво отозвался Илья. — Привет, Макс. Поздравляю с Мастером!

— С Мастерами даже, — поддержал товарища Мирон. — Будешь теперь идеальный саппорт: и перенести, и подлечить…

— И по жопе не получить в отличие от вас двоих, — хмыкнул Дима со своего места. — Поздравляю, обошел-таки меня! У меня через два месяца будет аттестация.

— Я не специально, — скромно шаркнул ножкой парень, принимая поздравление, — меня обстоятельства заставили.

— Ага, наслышаны, — сказал Герман серьезно, — совсем Сигиль берега попутал. Насколько круто за тебя взялись? Как думаешь, будут неприятности сегодня?

— Ну их тяжелую артиллерию я нейтрализовал, — ответил Максим, перенимая тон собеседника, — так что фифти-фифти: либо придет кто-то, либо нет.

— Какой точный прогноз! — восхитился Мирон. — Но все-таки?

— Могут прийти, — Макс не собирался удерживать важную информацию. — На допросе у Серых выяснили, что я чем-то не угодил боевикам европейского филиала. Их шуганули, конечно, но, скорее всего, приказ был по нескольким группам, раз планировалась прямо натуральная ликвидация. Так что ходим и оглядываемся. Но я не думаю, что принесет еще кого-то уровня Джекила, такие — штучный товар.

— Я предлагаю тебе сходить аттестоваться на Магистра сразу, во избежание так сказать, — посоветовал Илья. — На Магистра дураков лезть нет, сразу в когорту неприкосновенных попадешь.

— Ага, как Семенов пару лет назад, — грустно хмыкнул Дима. — Магистры — тоже люди, знаешь ли… Нет неуязвимых.

Василий Семенов, московский одаренный, один из немногих, получивших ранг Магистра в недавнем