"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Каждый час последние пятнадцать минут сделаем перерыв, — сказал я. — Люди в штатском могут забрать тела, стрелять не будем.

— Мы нанимай военный грузовик, — добавил Пьер.

— В кабине можно и в форме, — проговорил я и невзначай спросил. — А вы случайно переезжать не планируете?

— Да, вы плохой сосед — русский не знать край, — недовольным тоном сказал француз. — Однако банк собирайся долгий.

— Вот и ладушки, собирайтесь без спешки, — молвил я добрым голосом. — Мы хорошие русские и нападать на коммерческое предприятие не станем.

— А публичный дом? — спросил недоверчиво Пьер.

— Ну, сам же видишь, сколько тут военных! Всё ходят и ходят! — ответил я. — А если у вас военных не будет, то и бояться нас не нужно.

— Я передавай руководство, — торжественно проговорил француз. — Я могу уйти?

— Конечно, — сказал я и посмотрел на Наташу. — Соседа покормите хоть макаронами с колбасой и вежливо проводите.

— Слушаю, — недовольно ответила девушка, взяла Пьера под локоток и молвила. — Пошли, лягушатник.

Мы молча проследили за французом и Наташей, пока за ними не закрылась дверь. Переждав новую очередь, которая гремела в ресторане, Павлик сухо сказал:

— Спорное решение.

— Не! Пусть уберут трупы, — возразил Саня. — Потом можно и напасть.

— Финансы сила, — убеждённо проговорил Коля. — За тыл теперь можно не беспокоиться.

— Ещё вопрос, как у них кормят, — заметил Володя. — Если плохо, продадут финансисты Францию за тушёнку.

— Посмотрим, — осторожно сказал я и закрыл совещание.

* * *

Вова собрал группу и ушёл в подземелье, а я с другими офицерами отправился к французским танкам. Захотелось проверить, как я действую на обычного человека, если его не видно.

Оказалось, что мне достаточно не-мага почувствовать. На близкой дистанции экипажи танков убежали в ужасе. За ними, подвывая от страха, бежали все, кто сидел за баррикадами. Или это опять рысье подавление? Скорей всего, но точно не оно одно — без магии такого ужаса не нагнать.

Окрестные дома захватывали формально, французы их не охраняли. Просто стучали парни в каждую дверь и, если там кто-то ещё остался, честно предупреждали, чтоб побыстрей уходили.

Одна пожилая женщина сказала, что ей некуда идти, так ребята высадили двери и привели бабушку на кухню. Там у неё есть шансы прожить больше трёх дней.

Бойцы под руководством командиров подручными средствами принялись ломать асфальт, рыть окопы и готовить участки к минированию. Мин пока у нас не было, за ними побежали отдельно.

Работали среди дня открыто, поскольку ребята были, или в штатском, или носили французскую форму. А что по-французски ни в зуб ногой, так на всех есть Серёжа, и вообще супостату пока явно не до нас.

А я призвал ребят скинуться трофейным золотом и валютой. Все средства пойдут на покупку продуктов на базаре. Распоряжаться продуктами будет командование, уже приходят к нам отряды за ящиками и коробками, оставляя как бы взамен боеприпасы. Потому я и не призывал бойцов отдавать всё…

Правда, тут призывай, не призывай — наш человек не знает полумер. Поворчали, что спекулянтов давно надо к стенке, и сдали всё. Большую часть запихал пока в несгораемую кассу.

Ну, сколько за ходку упрёт крепкий парень? Примерно двадцать килограмм. Если взять только сало или свиные колбасы, двадцать один парень унесёт всего на четыреста двадцать тысяч франков. Итого, устанем бегать. Но больше народу не оторвать от других работ, да и на рынке они станут бросаться в глаза.

Тоже одетые в штатское с пустыми пока хозяйственными сумками мы выдвинулись к рынку. Один я нёс в сумке пачки франков. Быстро нашёл знакомого деда, поздоровался и сказал:

— Давай всё.

— А денег-то хватит? — юмористически спросил мужчина.

Я молча показал содержание своей сумки. Тот сразу стал серьёзным и первым делом повёл к Матрёне. У неё товару взяли всего на шестнадцать килограмм. Матрёна срочно куда-то с рынка побежала, а дед привёл к баб Любе…

Как я и думал, старичок являлся кем-то вроде посредника. У него самого ничего не было, кроме большого знания людей и богатого жизненного опыта. Он на свой страх выбирал покупателя и полностью отвечал за сделку.

Он знал всех и все его знали. Вел дед дела не со всеми продавцами, однако на него обратили внимание и другие рыночные деятели. Попытка ограбить не в счёт, она у мага и тотемного воина вызвала лишь скуку. Мужички жидко обделались с перепугу, но кому они интересны.

Другое дело, что к нам, вроде, пообщаться с дедом, подходили его конкуренты. Они усмехались, говорили, что таких цен давно нет, ещё вчера всё подорожало. Я уверенно слал их продавать по своим ценам далее. Авось и найдут покупателя, если раньше всё даром не отберут.

По рынку поползли панические слухи о скорой облаве. Матрёна сказала, что ей ещё три раза надо сбегать с больными ногами, вот если б добры молодцы помогли — скидка десять процентов. Я, конечно, отправил с ней двух парней.

Судя по морде моего дилера, Матрёна оставила его без комиссии. Дед проворчал, что она сама перекупщица. Товар ей носят, она сама не знает, кто и откуда. Всё теперь распродала, будет ждать новых поставок, только он ещё подумает, стоит ли с ней работать.

Деда я ни капли не жалел, однако сумка моя стремительно пустела, и нагруженные парни отправлялись в дорогу каждые пять минут. Я временно передал дела и остаток наличности магу Вите, а сам взял тяжёлую сумку и побежал в бардак за деньгами.

По пути я подумал, что дед или Матрёна выдать поставщиков не смогут при всём желании. Видимо, облавы уже случались, и они как-то удрали — это их риск. Но суть не в них, а именно в облавах.

Что скрывать, тоже подумывал потискать торговцев. И чего бы добился? Фига бы так когда-нибудь закупился продуктами. Кстати, заберу с рынка почти весь товар дня на три вперёд.

Кое-кто всё-таки решил подождать резкого скачка цен, а дождётся европейской облавы. Руководству армии просто ничего другого не останется. Даже если оно всё понимает, его же политическая полиция в застенках спросит, а почему для доблестных европейцев не отобрали продукты у этих русских животных.

И не сказать ведь, что руководство облавой ничего не