Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

Я зажимаю весело смеющуюся Амади к стене, тиская её грудь, и шепчу ей на ухо какую-то чушь, получая в ответ страстный поцелуй. Опять пробел.

Мы вчетвером: Амади, Марк и еще какая-то девица идем по ночной улице Партиции, горланя какие-то скабрезные песенки. Причем слово «идем» в моем случае несколько преувеличено. Большую часть то и дело выпадающей из памяти дороги я вешу на плече у Ами? Точно, мы же теперь друзья! Очень близкие. А друзья зовут мулатку Ами…

Двери моего номера, что-то бурчит хозяин постоялого двора. Вроде как ему не нравится шум. Громогласная наемница пинком под зад и вычурной матерной фразой объясняет ему то, что мы еще даже не начинали. И вот прям сейчас будем непременно просвещать его, что такое настоящий шум... Тьма.

Мягкая перина, приятное ощущение в области паха. Блаженно разлепляю глаза и вижу восхитительную картину — обнаженная наемница нависает надо мной, рукой приводя меня в боевое состояние, прежде чем взгромоздится сверху. Ее сочные груди подпрыгивают в такт ее неистовым движениям… Забытье.

— Ай, — вскрикиваю я от боли, щека горит пламенем.

— Дружище, если бы я хотела просто твердый стручок, я бы воспользовалась огурцом, — возмущается мулатка, все еще восседающая на мне. А я-то что? Лижу, участвую. Что еще надо? Немного стыдно, но я честно стараюсь не ударить в грязь лицом…

Еще одна затрещина, приводящая меня в чувство, аж в ушах зазвенело. Не знаю, рефлекс это сработал или пригрозили что-то, но в отвертку наемнице прилетела моя пятерня... Да так, что ту аж назад откинуло, заставляя подставить руки. Дамммм… Вот и потрахались. Сон как рукой сдуло, я уж приготовился вымаливать прощение у своей новой подруги, когда ко мне обратилось горящее не злостью, а страстью лицо. Амади, тяжело дыша, нетерпеливо ерзала на мне.

— Ну наконец-то. А я уж подумала, что сделала неправильный выбор, — наемница схватила мои руки и прижала их к своим грудям. — Сожми. Сильнее, да что ты осторожничаешь, жми крепче.

Упершись руками мне в плечи, она с такой силой стала вдавливать меня в кровать, так что затрещали доски. Никогда прежде мне не приходилось участвовать в подобном действе, но отказать этой пышущей желанием женщине я не решился, прилежно выполняя ее указания.

— Давай сзади. Шлепай сильней, сильней, да… Волосы хватай, тяни жестче, сильнее. Да, да, ах… ах… — извивалась подо мной Ами.

Странная была эта полная стонов ночка. Боль и удовольствие у этой горячей девы были связаны неразрывно. Приходилось делать над собой усилие, чтобы удовлетворить её потребности... Но не скажу, что я остался внакладе. Свою порцию удовольствия, как бы это ни было экзотично, я получил, а затем в награду еще одну, куда более сладкую. Однако, будь у меня выбор, я бы предпочел нечто более традиционное... С такой мыслью я вырубился в объятьях метиски.

***

Утро, однако, «пояснило» мне, что предпочтениями я своими могу утираться. Несмотря на то, что пол ночи мы гульванили, проснулся я как огурчик. Организм вывел всё лишнее вместе с утренним туалетом, а повышенная регенерация исправила все изъяны. Похмелья как не бывало. Что нельзя сказать об остальных членах нашей команды. Кроме меня, хорошей формой мог похвалиться только командир.

Доминик твердой рукой наводил дисциплину, заставляя «несвежих» наемников проверять снаряжение и поклажу. Мой вчерашний противник и собутыльник Марк так вообще находился в бессознательном состоянии. Привязанный к седлу и благоухающий перегаром на милю вокруг, он мирно похрапывал. Следопыту и разведчику найти замену было гораздо сложнее, и потому спускалось многое. Притащили его в этом состоянии прямо из гостиницы, и, судя по тому, как сноровисто и аккуратно упаковали, делали это явно не впервой.

Потрепанной выглядела и неизвестно откуда взявшаяся здесь Амади. Наемница была в чистой, хорошо подогнанной одежде, с идеально уложенными в гриву волосами, но мешки под глазами и потухший взгляд напоминали о вчерашней бурной ночи. Как выяснилось, неугомонный нириец Аганес, который дважды вчера получил от меня по башке, так и не смог утром встать на ноги. Видимо, не рассчитал я вчера силушку. Бравая же наемница тут же вызвалась заменить заболевшего коллегу. И когда успела? Не прошло и часа, как она тишком выбралась из-под моего одеяла.

За время сборов мы с Ами не перекинулись и парой слов, кроме приветствия. Я уж было заподозрил, что чем-то успел её обидеть. Но та, видимо, просто отыгрывала перед коллегами суровую бой-бабу. Прояснилось всё, когда она с «каменным» лицом будто невзначай толкнула меня бедром и обещающе стрельнула глазками. Кажется, что на первом же привале меня попробуют изнасиловать.

Парсон явился последним, принял отчет у своего подручного, наскоро осмотрел караван, состоящий из десятка телег, запряженных тяговыми быками, и небольшим стадом баранов. Выборочно проверив две телеги на соответствие бумагам, он забрался на ту, где было оборудовано мягкое, укрытое навесом ложе, и отдал сигнал к выходу.

Нет ничего хуже, чем застигшие тебя в степи холодные осенние проливные дожди. Дороги пропадают, и остаются одни лишь направления. Совсем чуть-чуть, но мы зацепили это отвратительное «царство» дождя и грязи, вырвавшись под относительно чистое небо. И, кажется, успевали уйти в Пустоши, прежде чем непогода нас догонит. Тут уже властвовали другие законы — вечно серое небо неохотно пускало в свою вотчину чужую стихию.

Пустоши — место странное и зачастую страшное. Соваться сюда в одиночку, без опыта — изощренное самоубийство. На первый взгляд может показаться, что само пропитанное магией плато желает покончить неосторожно заглянувшего сюда путника. На второй взгляд тоже, да и на третий...

Однако если тебе удалось присмотреться к Пустошам повнимательней, оставшись при этом в живых… Тогда самоубийственный вояж превращается в пусть и опасную, но рутинную работу. Потому-то случайных людей, кроме меня, здесь не было. Да и гарантий мне никто не давал, наоборот, если чудить удумаю, обещали прикончить по-быстрому. Черная равнина ошибок не прощает, сделал глупость — подставил товарищей. По первой, если случайно, за тобой просто присмотрят, но если ошибешься дважды, потом не серчай. Но это так, дежурные наставления.

Почти всю дорогу мы ехали с Домеником Санчазом. Пообщавшись, он признал во мне бывалого командира и стал относиться уже не как к залетному лихому рубаке, а привыкшему отдавать приказы коллеге. Специфика работы у нас была разная, но основы общие. На том и сошлись. Можно