"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Маэскол скрестил руки на груди, опустив подбородок, как кулачный боец.

– Ну, хорошо.

– Нет, так не пойдет! – вмешался Бассандер, обернувшись ко мне. – Разве вы их командир? Что вы им скажете, если мы найдем выживших? «Бросьте оружие и сдайтесь этим людям?» – хмыкнул он. – Простите, лорд Марло, но с чего вы решили, что можете чем-то здесь помочь? Вы же не солдат.

– Нет, конечно, но… – И, не зная, к кому еще обратиться за поддержкой, я посмотрел на Олорина.

– Тогда что вы собираетесь делать? Уговорите их подчиниться? Ради вашего же блага возвращайтесь к своим нобилям. Предоставьте это дело солдатам.

Как ни странно, при этом лейтенант улыбнулся, затем покачал головой и бросил быстрый взгляд в небо, где пролетал один из странных джаддианских флайеров, изготовленных из органики. Бассандер повернулся к опциону, стоявшему теперь рядом со мной, и двум мамлюкам в хромированных масках.

– Солдаты, отведите лорда Марло в шаттл и не выпускайте оттуда, ради его же безопасности. Здесь неподходящее место для палатинов.

Очевидно, подчиняясь приказу офицера легионов, один из мамлюков мягко положил руки мне на плечи и развернул меня. Карбоновая ткань на жилистых, слишком длинных пальцах была очень прочной, но я все-таки вывернулся.

– Я не ребенок! Я могу поговорить с ними! Прошу вас.

Искусственно выведенное существо снова сомкнуло пальцы на моем предплечье, на этот раз крепче.

– Поговорить с ними? – переспросил Олорин. – С чего вы взяли, что они станут с вами разговаривать?

Худое лицо маэскола исказили глубокие морщины, словно бы этот вопрос сильно беспокоил его.

– Я могу поговорить с ними, – повторил я, пытаясь вырвать свою руку, но мамлюк не отпускал ее.

Тогда я резко поднял локоть и ударил существо в мягкую ткань под подбородком. Его голова дернулась, он согнулся назад, как детская эластичная игрушка, так что тело оказалось почти параллельно земле. Мамлюк не проронил ни звука, даже не охнул, и в том же молчании снова выпрямился. Я то ли отошел в сторону, то ли отпрыгнул, когда существо вернулось в прежнее положение.

– Просто дайте мне шанс.

Олорин поднял руку, подзывая слуг:

– Это не ответ, – и нахмурился еще сильней, по обеим сторонам тонких губ прорезались глубокие складки.

Я умоляюще посмотрел на Бассандера, и тот сказал:

– Мы спорим на пустом месте. У нас нет людей, чтобы выделить лорду Марло личную охрану, но мы должны обеспечить ему безопасность. Заприте его в шаттле, если это необходимо.

Мамлюки застыли в неподвижности. Тот, которого я ударил, стоял рядом, согнув пальцы, словно нащупывал мое горло. Его капюшон сполз на спину, пока мы боролись, а под ним оказался черный нанокарбоновый койф[27], закрывающий голову, плечи и уши, к которому крепилась маска. Черные зрачки смотрели на меня, мертвые, как глаза куклы. Я вздрогнул. Губы Бассандера изогнулись в сочувственную усмешку. Мамлюки были холодными, неестественными существами, и мне показалось, будто из-под маски сейчас выползет целая колония копошащихся пауков.

Выпрямившись, я попытался собрать все свое достоинство.

– Мы можем поступить лучше. – Я продолжал следить за мамлюком без капюшона, готовый к тому, что тот попытается… что-нибудь сделать. – Войну выигрывают не солдаты, сэр. Если только вы не собираетесь убить каждого врага во всей Галактике. Солдаты сражаются на войне, но выигрывают ее словами.

Я раскаиваюсь в этом своем утверждении – в его наивности – и пишу здесь об этом, мое сердце чернеет от злой иронии и горького понимания того, что я ошибался.

– Сегодня мы начнем говорить с ними.

На породистых лицах Олорина и Бассандера появилось несколько ошеломленное выражение. Земля и император, они были такими… ограниченными. Наконец лейтенант заявил:

– Это пугающе близко к ереси, лорд.

– Да, это ересь, – ощетинился я. – Вы собираетесь донести на меня?

Я оглянулся на Олорина:

– А вы?

На мгновение я отвлекся, и мамлюк сделал короткий шаг ко мне. Но я поднял руки, готовый дать отпор:

– Проклятье, прикажите своему гомункулу стоять смирно! Хватит!

Олорин прошипел что-то по-джаддиански, и солдат замер. С напряженным от решимости лицом я не сводил взгляда с чужеземного мастера меча. На его утрированно дьявольском лице засветилась ироничная усмешка, неожиданная, как молния.

– Вы сказали «лучше»? Мы можем поступить лучше?

Прежде чем я успел ответить, к нам подбежала джаддианская женщина-офицер в знакомом бронзовом доспехе и полосатом шелковом халате. Ее можно было принять за мамлюка по покрою одежды и стройности фигуры. Но изгибы бедер и груди под доспехом подсказали, что это не андрогин, а обычная женщина.

– Доми Олорин, – обратилась она к маэсколу на джаддианском, а дальше заговорила так быстро, что я ничего не разобрал.

Олорин поднял руку и ответил на родном языке:

– Будьте добры, Цзинань, снимите шлем, когда говорите со мной.

Одним движением она отделила хромированную маску от капюшона и сложила их, открыв круглое лицо с темными волосами и оливковой кожей. Тяжело дыша, она посмотрела на Бассандера, затем с неопределенной улыбкой взглянула на меня и продолжила свою скороговорку на джаддианском, с таким сильным акцентом, что я с трудом улавливал суть. При этом женщина продолжала коситься на меня и в какой-то момент прямо спросила, что я здесь делаю. Олорин будто бы и не услышал вопроса. Ее волосы с голубой шелковой лентой были сплетены в тугую косу, уложенную вокруг головы, словно корона. Тогда я еще не знал, что ее зовут Цзинань Аджар и что она заместитель сэра Олорина. Стоя рядом с Бассандером, я слушал ее речь и любовался ее высокой, стройной фигурой.

Мой капитан.

Странно думать о том, что дорогие твоему сердцу люди когда-то были чужими. Еще один человек в море прочих лиц. Еще странней думать, что мы снова с радостью встретимся, даже зная о том, какую боль принесет эта встреча.

– Что такое? – спросил Бассандер, как только джаддианский офицер замолчала. – Что случилось?

Он вцепился в рукоять керамического боевого меча, висевшего на его левом бедре.

– Это сьельсины? Донесение от ваших… – Он оглянулся на двух стоявших неподалеку мамлюков. – От ваших существ?

– Благодарю вас, лейтенант Аджар, – сказал Олорин, разгладив алую мандию и завернув ее край под воротник-стойку, чтобы плотней прикрыть тонкую шею. – Мамлюки не докладывают, – поправил он Бассандера. – Не докладывают мне. Они haqiph.

«Низшие», – перевел я, не поняв смысла. Маэскол произнес это слово без всякой злости.

– Моя группа захвата проникла на корабль. Очевидно, ни одного ксенобита на борту нет. – С этими словами он бросил на меня ироничный взгляд.

– Ни одного сьельсина? – впервые заговорил опцион. – На корабле такого размера?

– Там хватило бы места для сотен, – вздохнул Бассандер. –