Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Взрослая павира оправилась, но ее крылышко восстановлению не подлежало. Она вместе с молодняком стала обживать паутинный замок и понемногу стала общаться с нами и доверять. Мы узнали, что ее зовут Легкокрылка и что ее, с малышами, похитили из сада золотого дракона Маргендера, о чем я тут же сообщила Фарху.

А через два часа к нам в дом, через личную дверь учителя Хармана, пришли гости.

Личной дверью учителя Хармана называли пространственный переход, который дракон устроил в нашем небольшом доме. Комнаты для него не нашлось, жить на чердаке или в подвале он отказался. В одной из стен нашего дома дракон просто сделал себе дверь, которая открывалась в его кабинет расположенный в замке. Так и решили проблему с его проживанием.

Владыка Фарх, узнав имя дракона, попросил Хармана помочь с доставкой, и, на их беду, драконы пришли, когда мы были на уроках. Иви, Буня и Пельмешка устроили такую «теплую» встречу непрошенным гостям, которые потянули свои руки к павирам, что нас срочно отозвали с уроков.

На моё удивление выговора нам о нападение на драконов не предъявили, наоборот, похвалили за нашу службу безопасности, что даже драконы не смогли приблизиться к малышам.

Драконы хотели забрать малышей, но Легкокрылка отказалась возвращаться, а малышня отказалась покидать ее. Мастер Маргендер, который вместе с женой пришли за павирами, куда-то ушёл вместе с Харманом, а драконица попыталась уговорить малышку вернуться домой.

Пряча за спиной свое сломанное крылышко, павира только качала головой и говорила, что не вернется обузой в родной рой. А потом вернулся Маргендер весь облепленный крылатыми павирами в разноцветных одеждах. Писку и визгу было много, но Легкокрылка своего решения не изменила и попросилась жить у нас в доме.

Только подумав обратиться за помощью к духу мира, я увидела, как к нашей павире подлетела самая большая из ее семьи, она отличалась тем, что на ее голове была корона из маленьких перышек. Именно эту корону та и надела Легкокрылке, и после две павиры соприкоснулись лбами.

Невероятная аура рождения новой старшей роя была поистине прекрасной, но это было не все, новое положение обязывало обновление магии, и крылышко павиры восстановилось. Радовались все: и павиры, и ребятня, которую даже драконы не смогли выставить.

После мастер Маргендер пояснил, что теперь Легкокрылка является лидером нового роя и надо придумать, куда ее можно переселить. С этими словами вся шестая линия посмотрела на меня. А я что? Зима на носу, какие переезды? Малышня и Легкокрылка остались у нас. В новый рой перешли еще две павиры, и, благодаря владыке Фарху и Харману, мне разрешили найти новому рою новое место для жизни.

Я предложила целителю Парту взять на себя заботу о малышах. Я видела внутренний сад замка и посчитала это место удачным. Маргендер с женой выставили несколько требований. Мы еженедельно отчитывались им по жизни роя. Раз в месяц Харман приводил драконов навестить павир, и к концу зимы мы получили полное одобрение от драконов, доказав, что можем устроить жизнь малышей в лучшем виде.

Целитель Парт был в восторге от такого подарка. Сад немного перестроили, расширили. А когда наметили переезд, оказалось, что павиры напрочь отказываются уходить без Пельмешки.

На удивление Буня разрешил своему детенышу уехать вместе с роем. Получив разрешение, что он может навещать своего ребенка, Буня отправился на переезд вместе с павирами и Пельмешкой. Вернувшись через несколько дней он рассказал, что научил Пельмешку делать порталы, какие умеют создавать домовушки и наш питомец частенько будет приходить в гости, или Буня к нему.

Сейчас подарок на выпускной в виде запаса исцеляющего нектара был больше не от драконов, а от Легкокрылки, которая заверяла, что никогда не забудет то, что мы спасли ее и малышей.

- Ну раз вручают подарки, дайте и мне немного порадовать ребят, - улыбнулся мастер Лирс. Серый конт важно вышел из-за стола. - Как вы помните, ваши друзья стали участвовать в конкурсе на самый оригинальный артефакт?

- Неужели результаты объявили? – вскакивая с места, воскликнул Кален.

- Именно!

Жизнь линии никогда не стояла на месте. Вроде бы одни и те же занятия, уроки, практики и каникулы, но общение с артефактором его очень разнообразило, и четыре месяца назад этот конт предложил нам поучаствовать в конкурсе.

Мастер Лирс хотел тем самым ознакомить мир артефакторов со своим учеником – Маем, которому исполнилось уже десять лет, и он мог официально вступить в свою пору ученичества.

Я взглянула на Мая. Он немного подрос за последние два года, на его ушках уже красовались четыре сережки. К двум имеющимся прибавилась сережка племени и сережка дара.

Полгода назад Маю исполнилось десять лет. Помня о предсказании, что конт не переживет пробуждение дара, Май сильно нервничал. За неделю до дня рождения: он перестал спать, вскакивал среди ночи и начинал нервно метаться по комнате.

Дух мира меня заверял, что Маю ничего не угрожает. Его пребывание рядом со мной полностью выровняло дар и сняло напряжение магии. В одну из ночей, за пару дней до дня рождения, я не выдержала метаний конта и, спеленав его своим резервом, уложила спать рядом с собой.

Стала рассказывать, как все будет хорошо, когда проснется его дар. Как он вернется к родителям и станет знаменитым артефактором, и что я буду всем хвастаться, что знакома с ним лично. Перед самым сном я напела ему колыбельную, что пела Маю его мама.

Май заснул, а утром на его ушках красовались новые сережки, и аура сияла нежным светом пробудившегося дара. Дом шестой линии вновь наполнился криками радости и поздравлений. Именно тогда мастер Лирс официально принял Мая себе в ученики и начал думать, как получше его представить в обществе. А тут подвернулся конкурс.

Мы думали долго, а потом примчался Кален и сообщил, что он придумал, что подарить всем на выпускной.

- А что – самая нужная вещь! – заметил он.

Что будет, если совместить картографа и артефактора? Правильно – нечто грандиозное! Идей, как это сделать, было много, мыслей, как совместить в одну карту кучу разрозненных кусочков, было не меньше, чем самих карт. И могло бы это все затянуться до бесконечности, но… Каждое утро, привычно пополняя свой резерв, я с интересом наблюдала за волной чистой энергии, как она огибала весь мир за одни сутки, как эта энергия проникала везде, где была энергия мира. Она окутывала каждое деревце,