Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

Сивер не соврал, всего-то пятнадцать кило. К тому же витала надежда, что Мёрзлый отзовётся, присоветует что-нибудь, штурмовиков подгонит. Но сдаётся мне, коли Гвоздь рискнул захватить Алису, то и у Мёрзлого в ЦБ не всё в порядке.

Через два часа я вышел на знакомый перекрёсток. Направо уходило к Загону Обводное шоссе, прямо — дорога в Квартирник. Несколько минут просидел в кустах, прислушиваясь к себе и к звукам. Мелькнула рояльная мысль: а может сейчас кто-то поедет в Квартирник, я остановлю, завалю водилу и под его видом проникну… Мечты. Это лишь мечты. А в реальности…

Меня охватило беспокойство, кончики пальцев затряслись. Нечто похожее происходит, когда рядом подражатель. Совсем уж рядом.

Я медленно вытащил пистолет, снял с предохранителя, сконцентрировался, готовый мгновенно отпрыгнуть в сторону.

Где эта тварь засела? Нужна скороговорка.

— В недрах тундры выдры в гетрах тырят в вёдра ядра кедров.

В голове торкнуло. Память ни с того, ни с сего ожила картинками прошлого. Из детства. Я наяву увидел, как на площадке в детском садике подрался с Лялькой Кузнецовой из-за совочка. Нечто подобное действительно было, потому что мама часто рассказывала об этот со смехом. Но чтоб так ярко и в деталях… Я дёргаю Ляльку за косичку, она лупит меня почём зря тем самым совочком по башке.

Картинка реально смешная. Я расслабился, опустил пистолет. С Лялькой мы потом учились в одном классе, сидели за одной партой, дружили, ходили друг к другу в гости, в кино. Родители думали, что мы так и будем всю жизнь вместе. Но однажды я встретил Данару…

Я увидел лицо жены, и наваждение схлынуло, уступая место страху. Дикому! Перед глазами возникли когти. Я кувыркнулся через плечо, и навскидку, не понимая в кого и куда, начал стрелять.

Выстрел, выстрел. Вскрик. Почти человеческий. Снова выстрел.

Наваждения исчезли, в двух шагах от себя я увидел… Лизун. Одна пуля пробила плечо, вторая раскурочила колено. Зверёк сжался, капал слюной и кровью и смотрел на меня полными боли глазами. Он пытался отползти. Я направил ствол ему в голову, и перед глазами запрыгала картинка плачущего ребёнка. Изображение было так себе, как на плохом мониторе, и наслаивалось на общий вид местности. Но это однозначно что-то новое, с чем я раньше не сталкивался.

Лизун говорил со мной. Посредством картинки он пытался донести до меня свою мысль: мне больно, не убивай.

Меня передёрнуло. Дряхлый предполагал, что лизуны общаются при помощи образов. Телепатия. Держат прочих тварей под контролем. Но чтоб с человеком…

Ребёнок перестал плакать. Он посмотрел на меня совсем по-доброму, с благодарностью. Лицо его подёрнулось рябью, схлынула одна волна, другая. Я напрягся. Этот ребёнок… Это Кира!

Я подался вперёд:

— Сука, ты роешься в моей голове⁈

Лизун заскулил, Кира заплакала. Тварёныш выудил из моей памяти самый дорогой для меня образ и теперь посредством его пытался говорить. По-другому он не умел.

— Ладно, ладно, — я опустил пистолет. Злость схлынула. — Чего ты хочешь?

Возникло поле крапивницы.

— Есть? Ты хочешь жрать что ли? И потому напал на меня, тварь? Сожрать хотел? Убить и сожрать?

Нервы заколотились, наногранды добавили ярости. Кира снова скривила губки, готовая расплакаться. Ни один нормальный отец не захочет видеть слёзы своей дочери. Я махнул рукой:

— Да погоди ты.

Достал из сброса сухпай, вскрыл. Лизун с любопытством придвинулся. Я обратил внимание, что раны его больше не кровоточили. На плече и колене образовались коросты. Ногу тварёныш слегка подволакивал, а лапа работала вполне себе сносно. А говорили, что у них регенерация как у ящерки.

Сухпай, которого мне хватило бы на сутки, он сожрал в один присест, причём даже баночки из фольги вылизал. И уставился на меня, типа, ещё давай.

— А не пошёл бы ты нахер? — совершенно искренне возмутился я. — Ты на меня набросился, а я тебе вместо пули НЗ отдал. Так что лупоглазки не пучь, ничего больше не получишь.

Лизун понял меня буквально. Кира замахала платочком. Это вместо «спасибо»? Или нет, похоже, «до свиданья». Отполз в кусты и затих. Свернулся калачиком, засопел, словно ничего не случилось. Вот же животное: нагадил, пожрал и спать, и нет ему ничто. Интересно, он свою прошлую жизнь, когда человеком был, помнит?

Я перешёл на другую сторону дороги и, чтоб не отсвечивать на открытом месте, свернул в чапыжник. До Квартирника оставалось не более двух километров. На полпути снова почувствовал тварей. По спине поползли мурашки, загривок задрожал.

Язычники!

День сегодня какой-то везучий на мутантов. Я вынул нож. Стрелять так близко от Квартирника нельзя, дозор услышит, заинтересуется, примчится узнать в чём дело, а тут я такой — здрасти. Придётся по-тихому. Отошёл глубже в заросли, приценился к небольшой полянке. В диаметре метров шесть-семь, вполне сойдёт для арены. Встал в центре, превратился в слух.

Ветки затрещали сзади, обернулся. Справа новый звук, ещё правее. Язычники по одиночке не ходят. Последний раз я сталкивался с ними в катакомбах, парочку завалил, от остальных убежал. Сейчас бежать необходимости нет. Я чувствовал их. Каждого. И не боялся. Об одном жалею — нанокуба нет.

Раздался визг, и на полянку выскочили трое — три жилистых чёрных фигуры с отвратительными рожами в гнойных волдырях. Тот, что заходил справа, останавливаться не стал. Я шагнул ему навстречу и вбил нож под подбородок. Он даже язык выбросить не успел. Не останавливаясь, перешёл ему за спину, довернул пол оборота и шагнул навстречу второму. Тот среагировал на моё движение слишком поздно, как и первый не успел выбросить язык, а мой нож перерубил ему гортань, мышцы и застрял меж шейных позвонков. Рукоять вырвало из ладони. Я по инерции проскочил к краю поляны и развернулся лицом к третьему. Он уже перепрыгивал через первого собрата. Из приоткрытого рта высунулась пластина, замерла, отыскивая цель, и резким плевком устремилась ко мне.

Я кувырком кинулся ему под ноги, дотянулся до ножа и на отмашку рубанул круговым ударом. Лезвие чиркнуло язычника по ляжкам, тот заверещал, а я рывком вскочил на ноги и всадил нож ему в спину. Сильный удар, но не смертельный, зато позволил выиграть секунду. Этого вполне хватило, чтобы оценить ситуацию и нанести следующий удар под ухо.

Всё. Хороший бой, Старшина бы меня похвалил. Второй язычник ещё трепыхался, но никакие наногранды не способны восстановит разрубленную артерию. Кровь из неё била фонтаном. По телу прокатились судороги, и он замер, вытянувшись во весь рост.

Я осмотрел себя. Никаких