Путь Стража - Алвур

Большинство догматов было написано людьми после смерти Андрасте, — пожала плечами Лелиана. — Я изучала не только сказания, но и историю Церкви. Даже открытые источники не идеально скрыли все следы спорных решений Церкви. Спорных на сегодняшний день. В те смутные времена, когда их принимали, они работали и приносили пользу обществу, были оправданы и своевременны. Но сегодня Церковь и её подход к некоторым вопросам нуждается в реформировании. Хотя, это и не пройдёт безболезненно.

Я застыл, поражённый внезапным вопросом: а что если тот же Ульдред не сам пришёл к мысли о том, что Круг нуждается в реформировании? Я не винил в этом Лелиану, всё же Ульдред много старше и начал свою деятельность задолго до её появления в Ферелдене, но… Что если ему эту мысль подсказали или навязали? Не может фракция сторонников реформ состоять лишь из двух человек. И бунт в Круге «отсталого» Ферелдена вполне способен на эти самые реформы всех толкнуть, не нанося при этом урона Орлею, Антиве, Вольной Марке. А что будет с не самым крупным Кругом на окраине цивилизации — кому какое дело? Помянем, да забудем. Тогда и тот же Андерс через несколько лет может действовать не сам? Хм…

— Дайлен?

— М? — Я отвлёкся от мыслей, взглянув на встревоженную чем-то Лелиану.

— Ты вдруг сильно задумался и полностью выпал из разговора. Тебя что-то беспокоит?

— А, да нет, не особо. Просто вдруг мысль резко в голову одна пришла. Её ещё стоит обдумать, но уже сейчас она выглядит интересной. Правда, скорее всего, только мне.

— Не хочешь поделиться?

— Нет. Точнее, не сейчас, — заметив лёгкое разочарование девушки, я решил слегка поправить себя. — Когда, точнее, если я найду доказательства своей мысли — тогда я непременно ей с тобой поделюсь.

— Я напомню тебе об этом.

— Не сомневаюсь.

На короткое время в пещере воцарилась звенящая тишина.

— Ты не хочешь отдохнуть?

— Да, если честно, я понимаю необходимость отдыха, но пока что как-то не тянет спать. К тому же…

— Не стоит переживать обо мне так сильно. Я ранена, но всё же не беспомощна, к тому же, я успею разбудить вас всех, в случае чего. А тебе нужно отдохнуть. Я тоже не испытывала усталости, и всё же довольно быстро отошла ко сну. И я бы не хотела, чтобы ты в самый неподходящий момент свалился от усталости. Всё же ты — наша основная боевая единица, пусть это и задевает чувства Морриган или уверенность в себе Алистера.

— Основная боевая единица?

— Та скорость, с которой ты двигался, та мощь, которую демонстрировал — я помню это. Хоть сознание уже и уплывало, это было как… Как последнее прозрение. И… Я помню, как ты вонзил мне меч в грудь.

— Я… Это было необходимо.

— Теперь я это понимаю. А тогда я думала, что ты просто решил избавить меня от страданий. Если честно, я даже была немного разочарована в таком конце жизни и в твоём поступке. И, когда проснулась, не могла поверить, что жива. Алистер рассказал мне, что ты делал, Морриган его слова подтвердила, в своей манере. Я долго думала о том, что я должна испытывать к тебе…

— И каков итог?

— Знаешь, я точно благодарна тебе за то, что я жива. Морриган и вовсе уверена, что ты совершил невозможное ради меня. Но я всё ещё помню холод твоего меча, который словно бы высасывает саму душу. Это пугает.

Я лишь опустил голову, не имея слов для её успокоения. Какое-то время мы снова провели в полнейшей тишине.

— Может быть, ты всё же отдохнёшь?

— Думаю, я, так и быть, внемлю твоей тревоге.

Несмотря на то, что я давно уже не отдыхал и тело не испытывало усталости, отключился я всё же быстро. Тень приняла меня как всегда спокойно, вот только сам я спокойствия не испытывал. Планов было много, вопросов — ещё больше, а мыслей и вовсе необозримое количество. И первое, что я сделал — позвал демона для всесторонней консультации. Заданные ей вопросы заставили саму Китти «подвиснуть», задумчиво почёсывая рог:

— Я никогда об этом не думала…

— Я тоже, но интересно же.

— Это так. Я найду вам подопытных, — пожала та плечами

Удовлетворённый исходом разговора, я вздохнул, просыпаясь. Времени на отдых ушло не так много, к сожалению или счастью: прошёл едва ли час. Тело быстро пришло в себя — я не успел даже потянуться, как в моё сознание ворвались приглушённые голоса Алистера и Лелианы. Замерев, я стал слушать:

— Ты ведь была монахиней?

— На самом деле, не совсем. Я не приняла сан послушницы и не дала все обеты, которые были ей положены. Ты ведь и сам был монахом, прежде чем стал храмовником, должен меня понять.

— Я, на самом деле, так и не стал храмовником — Дункан призвал меня в Стражи до того, как я дал последние обеты.

— Как же ты способен использовать их способности?

— Меня готовили несколько иначе, чем всех прочих храмовников. Не хочу особо об этом распространяться, если честно.

— Почему же?

— Ты… Знаешь, как становятся храмовниками и откуда они берут свою силу?

— В основном, это тайна, но да, я в неё посвящена.

— Да? Странно. Как вообще Церкви удаётся сохранять в тайне зависимость храмовников от лириума, если в неё посвящают даже несостоявшихся послушниц?

— Но ведь Дайлен тоже догадался?

— Он с храмовниками дела имел большую часть своей жизни, так что я совсем не удивлён.

— Да, ты прав. Знаешь, я должна сказать, кое-что: прежде, чем я прибыла в Ферелден, в Орлее меня взяла под опеку Преподобная мать Доротея. Именно она настояла на том, чтобы я отправилась в Ферелден.

— И в Лотеринг ты прибыла по её настоянию?

— Нет, мать Доротея говорила, что прибытие на родину моей собственной матери позволит мне лучше понять её саму и примириться со своим прошлым, чтобы идти в будущее. Несмотря на то, что я почти не помню свою мать, сейчас я даже немного понимаю, что именно имела в виду Преподобная мать, когда говорила мне это: тихий и спокойный Лотеринг успел подарить мне понимание мира и покоя, прежде чем его наводнили войска Ферелдена.

— Да? В нашем монастыре обычно было так тихо, что я начинал вопить во все