"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

Макс ничего не ответил. Он щелчком сбил пепел на пол и повернулся спиной к голограмме, вглядываясь в бездонную темноту космоса.

В тесной кают-компании «Старого Грешника» было тепло и тихо. В воздухе пахло разогретой пищевой пастой, синтетическим чаем и старым табачным дымом.

Крак сидела у переборки, ритмично щёлкая жвалами, и с аппетитом соскребала металлической ложкой серую белково-обогащённую массу из глубокой миски.

Нира ютилась на краю дивана, поджав ноги и утопая в огромной куртке Макса. На её свежих ожогах блестела синяя медицинская мазь.

Макс толкнул по столу в её сторону поднос с горячей пастой и кружку.

— Ешь. От голодного медика на борту толку мало.

Нира нерешительно взяла ложку, посмотрела на Макса, потом на Крак. Сделав первый глоток, она зажмурилась — это была первая горячая еда за последние полгода.

— Меня зовут Нира, — тихо проговорила она, опустив глаза. — Спасибо... за ошейник.

Макс даже не поднял головы от своей тарелки, отправляя в рот порцию пайка.

— Крак спасибо скажи. Это она твои артерии не перерезала, когда замок кусала.

— С тебя пятьдесят кредитов за работу, Нира, — протрещала Крак из своего угла. — Отработаешь в инженерном. Будешь клапаны от нагара чистить.

— Я согласна, — Нира слабо улыбнулась. — Я умею... не только клапаны.

В этот момент Макс замер. По его лицу пробежала судорога. Правая рука, державшая ложку, сжалась так, что металл согнулся.

Старый армейский нейро-имплант в основании черепа отозвался дикой, выжигающей болью — реакция на прыжок в гиперпространство. Макс сжал зубы и потянулся левой рукой к фляге с виски. Пальцы крупно дрожали.

Нира вздрогнула. Из-за своей эмпатии она физически ощутила, как сквозь привычную «гранитную тишину» Макса пробился ослепительный, алый всплеск нервной боли.

Она поднялась с дивана и подошла к нему со спины.

— Не лезь, девчонка... — прохрипел Макс, пытаясь открутить крышку фляги.

Нира не отступила. Её тонкие пальцы осторожно опустились прямо на его шею — на шрам вокруг старого армейского нейро-порта.

— Наш народ может перехватывать нервные импульсы, — тихо сказала она. — Дай мне секунду.

Кончики её пальцев слегка посветлели. Макс ощутил, как по шее и вдоль позвоночника разливается ледяной холодок. Будто в раскалённый металл его нервов впрыснули анестетик.

Выжигающая боль в голове начала стремительно угасать, превращаясь в тупой, вполне терпимый гул. Судорога отпустила плечи. Макс тяжело выдохнул, опёрся локтями о стол и вытер пот со лба.

Никакой сентиментальности. Просто сделка двух покалеченных космосом существ: защита в обмен на облегчение.

— Где научилась? — хрипло спросил Макс, не поворачивая головы.

— В Академии Нира. До того, как пришла Гегемония и превратила мой дом в пепел, — тихо ответила Нира, убирая руки. — Теперь я ваш медик, капитан.

Над центром стола с тихим шипением развернулась трёхмерная карта сектора. Из динамиков раздался саркастичный голос Евы:

— Простите, что прерываю ваш сеанс физиотерапии. Топливо из кодов Налима залито. Реактор на ста процентах. Куда прокладывать курс, капитан?

Макс прикурил новую сигарету и вгляделся в мерцающие точки систем.

Нира подошла к карте, вглядываясь в тёмный, неразмеченный кластер на самом краю сектора. Её глаза расширились.

— Это... Ковчег Вейлорнов. Океанический корабль-город амфибий.

— Империя выкачала все их водные миры пять лет назад, — проворчал Макс, пуская дым. — Что там делать?

— Это дрейфующий ковчег-призрак, — ответила Нира. — Вейлорны бросили его после зачистки. Но там остались их автоматические медицинские блоки и фильтры глубокой очистки. Если нам нужны медикаменты высокого класса и запчасти — они там.

Ева добавила:

— Сектор имеет маркер «Зона молчания». Сканеры Гегемонии туда не достают, а аварийные сигналы пропавших судов оттуда не возвращаются. Типичный аномальный сектор с высоким уровнем риска.

Макс криво ухмыльнулся, гася сигарету в жестянке.

— Отлично. Значит, там нет патрулей Стерилизаторов. Ева, закладывай курс на Океанический Ковчег. Посмотрим, что за призраки плавают в этой воде.

Глава 4. Мёртвый океан

«Старый Грешник» вышел из гиперпространства с тяжёлым рывком.

В то же мгновение синяя голограмма Евы над панелью подёрнулась белым стат-шумом, а динамики зашипели. «Зона молчания» встретила их глухим радиосмогом.

За панорамным бронестеклом рубки космос выглядел дико. Среди серых, изрытых астероидов дрейфовали гигантские сферы морской воды. Одни замёрзли в зелёные глыбы льда, другие висели в невесомости, будто жидкие стеклянные шары размером с жилые дома. Внутри этой воды, подсвеченные сумеречным светом далёких звёзд, неподвижно застыли светящиеся призрачные рыбы и полупрозрачные медузы.

А в самом центре этого кладбища висел Океанический Ковчег.

Трёхкилометровый биокорабль вейлорнов походил на скелет древнего левиафана, сросшийся с броневыми плитами подводного крейсера. Его гигантские рёбра-шпангоуты были пробиты имперской плазмой, а из пробоин на обшивку вытекли и замёрзли зелёные наплывы океанического льда.

— Доисторическая туша, — протрещала Крак, выходя в рубку и разглядывая корабль через стекло. — Но металл там качественный. Сплав титана и био-хитина.

Макс молча подогнал корвет к внешней стыковочной платформе Ковчега.

Члак-грохот!

Магнитные захваты сжали мёртвую платформу. По корпусу «Старого Грешника» прошла мелкая дрожь.

Шлюз Ковчега поддался не сразу. Крак пришлось три минуты выжигать магнитно-импульсный замок плазменным резаком, пока створка со скрежетом не отползла в сторону.

Макс шёл первым. На нём был тяжёлый скафандр «Морпех-8», в руках — «Вепрь», заряженный спечённой картечью. За ним шагала Крак с резаком наперевес. Нира замыкала шествие в лёгком скафандре — её пальцы в перчатках заметно дрожали, но взгляд был собранным.

Даже через фильтры скафандра пробивался запах этого мертвеца: густой, тяжёлый аромат солёной воды, загнивающей морской капусты, йода и застарелой ржавчины.

Гравитационный контур Ковчега был разрушен. В широком коридоре, предназначенном для плавания амфибий, висели десятки прозрачных сфер воды. Они медленно дрейфовали в нулевой гравитации, подсвеченные зелёным светом фосфоресцирующих водорослей, разросшихся по стенам.

Когда шлем Макса задевал такой водный шар, вода с мягким шлепком распадалась на сотни мелких капель и снова собиралась в единый сгусток за его спиной.

На стенах везде виднелись следы бойни: выжженные дочерна пятна от имперских выжигателей и высохшие синеватые потёки гемолимфы вейлорнов. Империя не брала пленных, когда выкачивала воду из их миров.

Макс переставлял ноги с гулким металлическим члак-члак — магнитные подошвы намертво держали его на решётчатом полу.

Нира остановилась, прижав ладони в перчатках к гермошлему.

— Нира? — Макс полуобернулся, не опуская ствол