Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

краем палубы виднелось необозримое пространство гравибассейнов и извивающихся каналов, в совокупности составлявших Аталанту, древнюю базу Имперского Космофлота. И уж совсем где-то вдали маячил в бурой дымке горизонт, от которого поднимался купол безоблачного небосвода, венчавшийся до боли ярким солнцем, звездой Гадор, стоявшим в описываемую минуту в зените.

Три соседних гравибассейна по левому борту превратились в один конический кратер, наполовину залитый грязной водой, из которой торчали останки каких-то судов. Усилившиеся в последнее время налеты Облачников превратили многие участки огромной базы в мертвые зоны, кладбища из искореженного бетона и металла. Даже жаркий ветер разносил лишь запах горелой краски — откуда бы он ни дул.

Прямо за кормой из заваленного обломками канала торчала почерневшая, исковерканная мачта КА'ППА-связи — все, что осталось от транспортного корабля «Юл'юлл» из далекого Рогельского созвездия. Он вез жизненно важные гравигенераторы для местной ремонтной верфи. Налет Облачников застиг его всего в нескольких ярдах от гравибассейна, занятого теперь «Непокорным»… Теперь портовым докерам приходилось доставать бесценный груз со дна канала. Оранжевые буйки на поверхности отмечали местоположение искалеченного корпуса И так было всю дорогу от посадочной полосы в Большом Заливе: обгоревшие остов за остовом. «Индиго», торговец с Лоры-Л, рухнувший кверху килем прямо на энергоподстанцию (трансформаторы размещались теперь во временных деревянных сараях, оглашая всю округу противным жужжанием, отчетливо слышным даже сейчас, в разгар полетного дня); К И Ф. «Галант», маленький корабль сопровождения, встретивший свой последний бой на земле и проигравший; тяжелый транспорт «Викронн Энтерпрайз», старый ниолийский корабль с грузом разрядных камер для разлагателей, угрожавших смести всю базу с лица земли целую неделю, что догорал прямо посередине главного канала…

И еще многие, многие другие.

«Непокорный» со своим гладким металлическим корпусом и кипящей бурной деятельностью палубой являл собой разительный контраст царившему вокруг разрушению и хаосу. Правда, по правому борту, натужно ревя маневровыми генераторами, готовился вырулить на старт угловатый содескийский транспортный корабль, «Пых В. Безапасность», на палубе которого суетились медведи в колоритных национальных одеяниях, задраивавшие люки и протиравшие линзы оптических клюзов. Как это ни странно, военно-космическая база Аталанта продолжала действовать, хотя и ценой поистине неслыханных усилий.

Заостренный нос «Непокорного» был устремлен прочь от моря, в глубь побережья, где за лабиринтом каналов виднелись потемневшие от времени бетонные стены и каменные бастионы, уступами поднимающиеся на вершину увенчанного скалистым утесом холма. И каждый квадратный ирал его склонов покрывало совершенно невообразимое нагромождение выжженных солнцем сооружений: некоторых с плоскими крышами, некоторых со шпилями или причудливыми минаретами, куполами, башенками и колоннадами всех мыслимых форм и пропорций. И над всем этим величественной громадой царил монастырь древнего ордена градгроут-норшелитов со своим колоссальным, напоминающим формой язык пламени шпилем. На глазах Брима с площадки меж монастырскими кельями, подняв пыль, стартовал и ушел в небо, к одному из тринадцати древних орбитальных фортов, маленький корабль-челнок. Эти допотопные оборонительные сооружения, построенные орденом в незапамятные неспокойные времена, до сих пор обращались вокруг Гелика.

Собственно, Аталанта была стратегически важным портом даже до наступления эпохи межзвездных полетов, когда у ее уже тогда тронутых временем каменных причалов швартовались морские суда с других, более развитых в экономическом отношении континентов. Однако по мере того как проходили столетия, а Галактику сотрясали грандиозные события, остальные регионы планеты утратили свое значение и пришли в упадок, и тогда воинственные градгроут-норшелитские монахи изменили весь ход галактической истории. Маленькая островная Аталанта сделалась залогом существования Империи столь огромной, что у основателей города не нашлось бы слов описать ее могущество. В настоящий момент она расплачивалась — с лихвой — за существование на ее загрязненных берегах базы Имперского Флота. Куда бы ни смотрел Брим, взгляд его падал на разрушенные здания, зияющие провалы в крышах, глазницы выбитых окон…

На крыше мостика рабочая бригада заканчивала последние приготовления к установке делителя Н-излучения, питавшего пять глушителей радиации, вмонтированных в лобовую секцию гиперэкранов «Непокорного» на манер древних прожекторов. Собственно, Н-излучение давно уже использовалось по всей Галактике для борьбы с радиационными воспламенениями — потоками чистой энергии, высвобождаемой при взаимодействии плазменных разрядов с металлом корпуса. Эти пять глушителей предназначались для защиты передней палубы и установленных перед мостиком 152-миллиираловых разлагателей.

Старшина, вспотевший даже в охлаждаемом скафандре, захлопнул и задраил лючок-ревизию, и бригада с видимым облегчением потянулась в прохладу мостика. Брим нырнул в люк последним и тщательно задраил его за собой — это был рефлекс, присущий любому рулевому Галактики. Свежий кондиционированный воздух приятно холодил кожу. Он еще успевал на церемонию представления офицерского состава «Непокорного» руководству базы и городским властям Аталанты. Предполагалось, что «Непокорный» останется в порту по меньшей мере неделю, чтобы пройти неотложную модернизацию некоторых систем, о чем была получена КА'ППА-грамма с Элеандора, а также устранить последствия повреждений, полученных при проводке конвоя.

* * *

Церемонию вела высокая, загорелая представительница посольства, одетая в белоснежную тогу и старомодный пробковый шлем. Она явно служила на Аталанте не первый год и проводила подобное мероприятие по меньшей, мере в десятитысячный раз. Средних лет, со слегка раскосыми глазами, она имела привычку раздраженно кривить тонкие бесцветные губы. Церемония только началась, когда Брим тихо проскользнул в люк и присел на край ближайшего стола…

Женщина описала Аталанту как небольшой провинциальный центр — несмотря на его древний возраст и размеры. Она охарактеризовала местных жителей как смелых, почти до смешного упорных и исключительно гордых своей древней историей людей. В большинстве своем они отличались исключительной религиозностью — многие открыто исповедовали доктрину градгроут-норшелитов, — прагматичностью и склонностью кичиться своим трудом. Многочисленные выходцы из Аталанты, получив образование и подготовку в учебных центрах и университетах по всей Галактике, впоследствии вернулись на родину и пополнили ряды весьма почитаемых здесь профессиональных гильдий, без которых огромная военно-космическая база просто не могла бы существовать.

И хотя город обслуживал в основном одну базу, в нем продолжали развиваться и другие ремесла Так, например, знаменитые космические гонки на Кубок Митчелла устраивались здесь из года в год вплоть до начала войны. Кроме того, на окрестных холмах проживали и даже неплохо преуспевали на удивление много фермеров — скотоводов и виноградарей, производящих э'ланд, божественное, хотя и коварно крепкое вино, а также производителей другой сельскохозяйственной продукции. Здесь сохранялся небольшой рыболовный флот — по крайней мере сохранялся, пока значительная часть деревянных суденышек не была уничтожена во время воздушных налетов. Местные жители до сих пор продолжали летать на забавных планетарных корабликах, называвшихся здесь «жужу», хотя и их количество также заметно уменьшилось. Брим успел рассмотреть несколько таких в гравибассейнах гражданского сектора космопорта — ярко раскрашенные маленькие космолетики, узкие корпуса которых украшались розовыми, красными или желтыми