"Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Анатольевич Евтушенко

— Привет, Миша, — сказал он.

Михаил обернулся. В его глазах сначала мелькнуло непонимание, затем паника.

— Ты… Как ты здесь оказался? — пробормотал он.

— Ты всё ещё не понял? — спросил Демьян.

— Ты не должен был… Я же… Чёрт! Чёрт! — воскликнул Михаил.

Он шагнул к окну. Демьян встал между ним и створкой.

— Поздно, — сказал он.

— Ты сошёл с ума, — Михаил закашлялся. — Думаешь, это месть? Ты сейчас уничтожишь всё! Образцы! Установки! Мы можем…

— Мы могли, — перебил Демьян. — В 2025 году. Пока ты не отключил защиту секвенсора.

— Это был приказ! — выкрикнул Михаил.

— Это был твой выбор, — ответил Демьян.

— С чего ты взял? — Михаил отступил, потянувшись за тряпкой. — Меня поставили перед фактом. Я должен был… Это не я придумал!

— Но ты улыбался. Ты ждал, когда меня выкинут. Ты стоял рядом. И ждал, — сказал Демьян.

— Это был проект! Мы следовали протоколу! Ничего личного! Я не виноват, что ты полез туда, куда не следовало! — оправдывался Михаил.

— А я не виноват, что клапан не выдержал, — ответил Демьян.

Михаил пошатнулся. Его руки дрожали.

— Помоги… Пожалуйста… У меня звон в ушах… Голова… — он схватился за лоб. — Я не чувствую пальцев…

— Примерно через две минуты ты упадёшь. Через три начнёт отказывать дыхание. Через пять — судороги. Если повезёт, выживешь. Без памяти, — сказал Демьян.

— Ты ненормальный… — Михаил попытался сделать шаг, но ноги не слушались. — Ты же врач… Ты должен помогать…

— А ты учёный. Но выбрал быть убийцей, — ответил Демьян.

Михаил упал, ударившись лбом о край стола. Звук был глухим. Он покатился вбок, раскинув руки, его губы дрожали.

Демьян подошёл и посмотрел на него сверху.

— Видишь, как симметрично получилось. Ты отключил систему — я отключил тебя, — сказал он.

— Подожди… — выдавил Михаил. — Я… Я же…

— Тебе даже не придётся лгать на допросе. Ты просто забудешь, — ответил Демьян.

Он отошёл, поднял вентиляционную панель и открыл доступ свежему воздуху. Ровно настолько, чтобы не убить. Только стереть.

Через сутки палата была стерильной. Белая койка. Бледный пациент с пустыми глазами. Зрачки блуждали, взгляд был расфокусированным. Медсестра поправляла капельницу.

Демьян стоял в дверях. Молча. Медсестра его не замечала.

— Михаил Викторович, вы меня слышите? — спросила она.

Михаил моргнул и повернул голову.

— Кто… Вы? — пробормотал он.

— Это сестра, — тихо сказал Демьян.

— Сестра? — переспросил Михаил.

— Всё в порядке. Лежите, — ответила медсестра.

— А… Где я? — спросил Михаил.

— В безопасности. Больше ничего не нужно, — сказала медсестра.

Демьян подошёл ближе и сел рядом. Несколько секунд он молчал. Затем заговорил негромко, почти шёпотом:

— Ты предал меня. С холодной улыбкой. Отключил систему, зная, что я не вернусь. Хотел очистить путь. Хотел руководство. Хотел славы.

Михаил смотрел, не моргая. Слюна стекала по его подбородку.

— Теперь ты никто. Без памяти. Без идей. Без амбиций. Только пустота. Чистое стекло, — сказал Демьян.

Он встал и ушёл.

Михаил остался. Он смотрел на стену и шептал в воздух:

— Кто… Ты?

Глава 28: Разрывы времени

Снег хрустел под ногами, но звук был неправильным, словно замедленным, отстающим на секунду. Демьян остановился. Лёгкий кашель вырвался сам собой, неподконтрольный. Рёбра болели, кожа на руках трескалась под бинтами. Куртка была разорвана, а запах оставался тем же, что в камере, в больнице, в лаборатории. Хлорка, кровь и гарь слились в одну вонь.

«Он был мёртв. Я же видел», — подумал Демьян.

У столба стоял солдат — знакомая фигура, полковник Ладейников. Тот самый, которого выносили из больницы с лицом, накрытым простынёй.

— Товарищ? — солдат поднял фонарь. — Вам нужна помощь?

— Ты… — Демьян прищурился. — Ты же Ладейников?

— Так точно. А вы… Лицо знакомое, — ответил солдат.

— Ты умер. У тебя отказала печень. На третьем дне. Я был там, — сказал Демьян.

— Что вы такое говорите? — солдат шагнул ближе. — Вы в порядке? Откуда кровь на ваших руках?

— Я тебя видел. Видел, как тебе кололи хинин. Видел, как медсестра… — продолжал Демьян.

— Медсестра? — переспросил солдат.

— Валентина. Но её тоже нет. Она… — Демьян замолчал.

Он отшатнулся. Солдат медленно растворялся в дыму, словно исчезал. Остался только свет фонаря, дрожащий в воздухе.

— Эй! — крикнул Демьян. — Ты не слышишь? Ты умер, понял? Я видел тебя в мешке!

Свет погас.

Демьян стоял в пустоте. Только дым, только сажа на снегу, только плакаты, на которых даты менялись при взгляде: «1965» превращалось в «1970», затем в «1964», цифры плыли, словно таяли под глазами.

Кто-то быстро прошёл мимо, не глядя.

— Эй! — сорвался голос Демьяна. — Не ходи туда! Там уже ничего нет, понял? Всё сгорело!

— Кто ты? — спросил прохожий.

— Кто угодно! Тебе лучше не знать! — ответил Демьян.

— Ты видел Михаила? — спросил голос.

— Михаил… Михаил… Это техник или тот, что с уколами? — уточнил Демьян.

— Он был в лаборатории. Потом в палате. Потом без сознания, — сказал прохожий.

— А теперь он может быть где угодно, — ответил Демьян.

— Что ты несёшь? — возмутился голос.

— А ты разве знаешь, где ты? — спросил Демьян.

Голоса затихли. Остался только ветер. Только вышка, мигающая с частотой, от которой начинало тошнить. Где-то в глубине барака захрипел умирающий.

Демьян подошёл к стене. На кирпичах виднелись обгоревшие следы рук. Внизу что-то шепталось. Он прижался ухом к стене.

— Пожалуйста, я больше не буду… Я не виноват… Я просто делал, что сказали… Не убивайте… — донёсся шёпот.

— Кто там? — спросил Демьян.

— Я… Я не знаю… Я был в архиве, а потом… — ответил голос.

Демьян отступил. Всё не складывалось. Люди, которые должны были быть мертвы, оказывались живыми. Те, кто был жив, исчезали. Записи в кармане изменялись. Он достал блокнот.

Там, где было написано: 15 января — падение Волкова Теперь стояло: 13 января — исчезновение Волкова.

Он пролистал дальше. Геннадий — отравление →Геннадий — не найден

— Чёрт, чёрт, чёрт… — пробормотал Демьян, прислонившись к стене. — Что