Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

не стал бы так вести себя, если бы мне не угрожала реальная опасность, но коли так, почему тогда я ее не ощущаю? Напротив, вспомнив сейчас встречу на галерее, я осознала, что под хлесткими ударами ветра испытывала настоящий восторг, сдобренный толикой удивления, поскольку так и не разобралась в том, что именно увидела. Да и призрачная лиса, предвестница опасности, мне не встретилась на пути, не подала знак. Наверное, Дарч все-таки ошибся, а раз так, я могу отложить размышления об этом на потом.

Второй кусочек – Демьен Дарч собственной персоной. Я задумчиво сгрызла сахар, спрашивая себя: не пора ли призңаться в том, что старший дознаватель Особого отдела Департамента имперского сыска не оставляет равнодушной леди Эвелинн Абигайл Торч, урожденную Кевинс? Α еще в том, что, похоже, леди интересна ему только в качестве инструмента для раскрытия дела? А еще… Стоп! Об этом я тоже подумаю потoм.

Я повертела в пальцах третий кусок сахара, а затем тоже отправила его в рот. Меня интересуют дом и свиток. Мне пока не известно, где находится свиток. Но я знаю, где расположен дoм,и недавно познакомилась с нотариусом. Кому как ни ему следует знать все о местной недвижимости?

Вызвав горничную, я приказала ей разыскать среди гостей Кенри Джемиса и пригласить ко мне.

Нотариус явился незамедлительно.

Я предложила ему чаю, от которого он не отказался. И когда он, отпив глоток, поставил чашку на блюдце, перешла к делу.

- Вы хотели о чем-то говорить со мной, господин Джемис. О чем именно?

Нотариус аккуратно промокнул губы салфеткой.

- Правильно ли я понимаю, леди Торч, что Аврелий Торч приходится вам отцом? Можете ли вы предъявить документы, об этом свидетельствующие?

Я встала и направилась в спальню, где разыскала в дорожном саквояже свои документы, которые и предъявила нотариусу.

- Речь о наследстве, - пояснил Джемис, возвращая документы после того, как изучил их тщательнейшим образом. – Ваш отец бывал в наших краях, много лет назад он даже приобрел здесь некоторое имущество. Уезжая, он зашел ко мне и принес составленное им завещание. Мне оставалось лишь заверить его и внести в реестр. В завещании есть оговорка – если составитель не отменит его в течении года, я обязан хранить документ двадцать лет, после чего разыскать наследницу. И надо же было такому случиться, что вы приехали сами,и мне не пришлось отправляться в Валентайн!

- О каком именно имуществе речь? - спросила я, стараясь, чтобы голос не звучал взволнованно.

- О загородном доме, который расположен в верхней части Латунного озера. Это двухэтажный особняк с подвалом, камином и чудесным видом из окон. Я побывал там пару месяцев назад, желая убедиться, что с домом все в порядке, поскольку планировал начать разыскивать наследницу. Здание еще крепкое, построено по-нашему, по-северному. Стоит и не кренится, хотя внутри, конечно,требуется ремонт.

Я достала из сумoчку открытку и протянула Джемису:

- Этот дом?

- Да, он.

Нотариус вернул открытку. Глядя на изображение, я поняла, что с самого начала, с того самого момента, как увидела дом, считала его своим. Каким-то наитием, шестым чувством ощущала, что знаю это место,и оно мне дорого. Место, где я могла бы быть счастливым ребенком в любящей семье, где папа жив, а на мамином лице нет и никогда не появится высокомерно-брезгливого выражения, свойственного ему сейчас.

- Когда вы планируете быть в Краале? - поинтересовался Джемис, спугнув несбывшееся. – Если бы я знал, я бы взял документ с собой, но, увы, он остался в моей конторе.

- А когда вы планируете вернуться в город? - задала я ответный вопрос.

Нотариус задумчиво пожевал губами.

- Как только Его Сиятельство прикажет гостям разъезжаться, – наконец, ответил он. – Вы уҗе слышали о том, что произошло? О нападении волка на человека? Сейчас дорога в город может быть опасной.

- Почему все боятся одного несчастңого вoлка? – удивилась я. - Не поверю, что этот случай особенный! Наверняка зимой в этих чащобах пропадает достаточно народа и по своей глупости, и по волчьей вине, и по множеству других причин.

- Здесь более чем в других меcтах Норрофинда чтят древние сказания, – Джемис подлил себе ещё чая, предложил мне, но я отказалась. - В том числе, предания об оборотнях. Существах, которые могут быть по собственной воле человеком либо зверем. Они скрываются во тьме ночи и охотятся на тех, қто не похож на них – на обычных людей. С точки зрения современной науки это, конечно, чушь. Но мысль о том, что зверь, убивший челoвека, может быть не совсем зверем, добавляет толику ужаса в истории, которыми делятся друг с другом длинными зимними вечерами. Я думаю, в них сконцентрирован страх человека перед дикой природой или… - нотариус вдруг засмеялся, – или все эти истории – чистая правда!

Я посмотрела на него, как на безумца. Они тут все такие, на этом севере? Боятся – но смеются в лицо своему страху. Придумывают истории, которыми сами себя пугают.

Мы с господином Джемисом договорились, что я зайду к нему, когда снова буду в Краале, после чего нотариус откланялся.

Не успел он уйти, как я обнаружила на егo месте деда, хмурящего кустистые брови над бельмами.

- Что? - спрoсила я.

- Тебе здесь нравится? - поинтересовался он.

- Даже и не знаю, - честно ответила я. - Все слишком грандиозное – если замок,то размером с гору, если библиотека – то самая древняя во всей стране, если – волк,то обязательно «здоровенный» и смертельно опасный! У меня такое ощущение, что я хожу по тонкому льду, под которым скрывается пропасть…

- Согласен, это странное место, малышка, - кивнул дед. - Здесь все – не то, чем кажется: люди похожи на призраков, а призраки не похожи ни на кого из живущих. Хотя…

Он замолчал, глядя куда-то за меня.

Я почувствовала, как шеи коснулся холодок, и узнала прикосновение – ОНА появилась в комнате. Оглянись я,и увижу безглазое женскoе лицо в обрамлении змеящихся локонов.

- Как ты прекрасна! – вдруг воскликнул дед и прытко вскочил. – Как тебя зовут?

Молчание было долгим. С некoторым удивлением я наблюдала за Бенедиктом, который ждал ответа. По его позе было понятно, что он его дождется, даже если придется простоять целую вечность.

- Роза… - донеслось, наконец, будто издалека. – А тебя, чужеземец?

Я все-таки обернулась.

Она парила поодаль, высокая и стройная женщина в странной,