Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

со своих рук, поражала. Она темным пламенем метнулась к черным червями, испепеляя их за секунды, но не остановилась, а рванула дальше. На ее пути замер пораженный Ель, которого буквально за секунду до удара убрал с дороги Харман.

- Второй портал закрыт! – порадовал он.

- У нас еще четверо гостей! – тут же откликнулся владыка.

- Всем отступить! – закричал Отшельник. – Золотой! Защиту!

Мягкая волна магии подхватила нас и переправила за спину темного дракона. Он остался лицом к лицу перед открытым порталом прорыва и пятью слизнями. Щупальца и черное пламя дракона взметнулись одновременно. Трое слизней развеялись моментально, но два других успели дотянуться до дракона, один обвил за лодыжку, второй вокруг шеи. Не успела я испугаться, как темное пламя охватило самого дракона, и он испепелил остальных двух слизней. Черное пламя не остановилось, а метнулось к порталу, перекрывая непрошенным гостям выход.

- Харман! Закрывай! – крикнул учителю Аргайл.

Я только сейчас обратила внимание, что он держит щит, укрывающий нас всех.

- Черное пламя пожирает всех, кто рядом, не выбирая, друг ты или враг, - шепнул Мирх и, когда портал закрылся, порадовал, сказав, что все щели исчезли, и прорыв закончился.

- Все закончилось, - сказала я громко. – Прорывы все закрылись.

Вот только Ар не снимал щита, а смотрел на Отшельника, который весь вытянулся и, подняв голову к небу, пытался унять темное пламя, что плясало у него по всему телу. Мастер Танис, страж Смерти Кэйталина, вышел за границы действия щита и направился к дракону.

Стражам Смерти надевают браслет, на котором есть три камня. Первый начинает светиться, когда черное пламя выходит из-под контроля. Второй, когда дракон теряет контроль над своими эмоциями, чем открывает путь для всплеска темного пламени. Когда загорается третий камень, это означает, что возвращение контроля дракону и огню невозможно. Удар, несущий смерть темному дракону, должен быть нанесен через секунду, как третий камень засияет на браслете.

На руке мастера Таниса светились два камня. Я думала, он встанет на изготовку, собираясь нанести решающий удар, но страж остановился прямо перед Кэйталином и просто смотрел на дракона.

- Отшельник чувствует его рядом и прилагает больше сил на усмирение огня и эмоций, – пояснил мне Мирх, почувствовав моё удивление. - Злость и гнев, выпущенные во время сражения, слишком сильны, и дракон не справляется.

Дар бабушки теплом разлился по груди. Я вспомнила ее слова, что дар приходит на помощь тогда, когда я сама хочу помочь дракону. Могла ли я вернуть его к свету, я не знала, но точно понимала, что справится с болью и злостью помочь в силах. На шее и лодыжке расплывались кровавые пятна от поврежденной слизью кожи. Я, призвав стихию воды, охладила ее поток и отправила к дракону. Осторожно промыла раны, избавляя Кейталина от боли. Даже издалека было видно как идет регенерация.

После, смело шагнула к темному дракону, не замечая, как зовут меня владыка и Харман. Дар бабушки золотым светом наполнял мои легкие и тонкими нитями сорвался с губ, вместе со словами.

- Пора возвращаться домой, Кэйталин.

Тонкие нити света вплелись в его сердце, выстраивая барьер для маленькой искорки, которой горела любовь к Алите. Та стала разгораться сильнее, и чем она ярче сияла, тем тусклее и меньше становилось темное пламя. Один за другим на браслете мастера Таниса погасли камни и, открыв глаза, Отшельник спокойно спросил:

- Ну что? Мы справились?

- Да, - улыбнулась я ему. – Мы справились.

Глава 8

Мы вернулись в лагерь уже вечером. После закрытия порталов и уничтожения слизней в это место пришли стражи, устранить последствия их появления. Место, ранее покрытое густой травой, сейчас выглядело удручающе.

Желая помочь восстановить все, осознала, что мой резерв пуст. Братья и Ель еле держались на ногах, а спустя некоторое время чувство усталости накрыло и меня. Это заметили владыка и учитель, тут же отправив нас в лагерь. Там мы хотели помочь с ужином, но, переглянувшись, молча пошли в палатку спать. Сил просто не осталось.

- Прости, - тихо шепнул мне И-вань. – Я не смог помочь.

- Мы справились сами. Все хорошо, – ответила я ему, проваливаясь в дремоту, и последние слова, что я услышала, показались мне моей фантазией.

- Они чуть не съели меня.

Сон вернул меня обратно к прорыву. Вот только я его видела не своими глазами, а воспринимала через Мирха. Сверху было видно, что порталы образовали треугольник, а слизни, взяв нас в кольцо, направлялись не к драконам, а к нам. Когда Ель начал помогать Роху и передвигаться по полю, это стало видно лучше. А когда в бой вступили я с братьями, сомнений не осталось, именно к нам в первую очередь тянулись щупальца и сами слизни.

Что-то мокрое и холодное коснулось моей ладони, я проснулась. Открыв глаза, в темноте не сразу сообразила, где я, и резко села. Фигура огромного волка слегка светилась голубоватыми искрами, не ослепляя, а чуть обозначая его присутствие.

- Полночь, - тихий голос хранителя святилища, помог проснуться окончательно. – Пора.

Быстро поднявшись, осмотрелась. Братья и Ель крепко спали, снаружи слышался тихий говор, видимо, драконы уже вернулись.

- И-вань, - прошептала я, и когда дар-духа проявился передо мной, заметила, что он выглядит, неестественно блекло. Решила, что он сделал это специально, так как знал, что мне надо будет уйти тихо.

- Братья спят, присмотри за ними, хорошо? – Демон кивнул, покосился на волка и осторожно протянул руку с шестью каплями крови. – Благодарю, Ваня, совсем забыла про кровь братьев.

- Я же обещал, - тихо пробубнил демон, стараясь его приободрить, отправила к нему Иви. Моя пушистая семечка порхнула к нему в руки, и я улыбнулась от этой идиллии. Огромный демон и маленькое золотистое создание.

- Как мы уйдем, - повернулась я к Хранителю. – Снаружи драконы.

- Держись, - огромное тело зашевелилось и, подойдя ближе, замерло рядом.

Машинально отметив, что я ниже головы волка, ухватилась рукой за шерсть на загривке животного и застыла в ожидании, что же произойдет дальше?

Волк сделал шаг вперед, увлекая меня за собой, и мир смазался. Словно кто-то поставил перемотку нашего движения вперед, и за один шаг мы перенеслись на сотню метров от лагеря. Это напоминало скольжение, с той только разницей, что скорость была просто невероятная, и мы шли прямо, не задумываясь, про