Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

мной в трактире, мне их не жаль. А если вы способны с легкостью собрать в городе настоящих заложниц, возможно, даже из хороших семей, в таком случае, кто вы? И какой ваш интерес в сегодняшнем деле?

— Я не хотел бы открывать свое имя, — скривился молодой хозяин. — Но даю слово, это не спектакль. Девушки — работницы швейной мастерской, которая принадлежит мне, как и ещё десятка два почтенных заведений города. Ножи только для того, чтобы пленницы соблюдали спокойствие и не кричали. Не собираюсь отдавать приказ резать их нежные шейки. Я попросту выгоню их на улицу, оставив без работы. Вы ведь этого не позволите, рыцарь?

— Хорошая швея найдет себе работу всегда. Даже если вы скупите все мастерские города. Но, разумеется, мне бы не хотелось, чтобы из-за меня страдали другие. В том числе, Инар Вильт.

— Если он нанял вас, я могу заплатить намного больше, — заверил хозяин особняка.

— Он попросил о помощи, — слегка улыбнулся их наивности Дик. — Этого нельзя отменить за любые деньги. Благодарю, что ответили, хотя думаете, что отказались. Вы — младший Маржеч, второй претендент на наследство.

— Первый! — возмутилась красавица. Крылья ее тонкого носа дрогнули, глаза недобро прищурились и весь облик стал хищным. Дик понял, что это и есть "гарпия". Молодой дворянин слегка поклонился, отведя в сторону черный короткий плащ:

— В таком случае, таиться нечего. Эташ Маржеч, законный наследник замка и всего состояния покойного маркиза. Моя прекрасная кузина Элодея и мой добрый друг Досет, который непременно стал бы моим представителем в поединке, где требуется больше образования или поэтического таланта, чем тот запас, которым располагаю я, — он указал на присутствующих. — Все трое мы нижайше просим вас, рыцарь, оставить эту затею. Что вам за дело до чужих семейных дрязг?

— Будь вы законным наследником, подали бы протест в королевский суд, — спокойно заметил Дик. — А не подкупали свидетелей и угрожали заложникам. Почему бы вам не объявить, что болезнь временно помутила разум вашего батюшки, и его последняя воля недействительна?

— Он погиб на охоте, внезапно. И ничем не болел, — сквозь зубы процедил Эташ. — Все видели, что отец чувствовал себя в тот день превосходно. А завещание написано за пять лет до смерти.

— В год, когда ваш брат стал совершеннолетним?

— Он мне не брат! — глаза молодого Маржеча почернели, он почти зарычал. Элодея пришла в не меньшее негодование, но старалась успокоить кузена.

Дик слегка улыбнулся. Столь горячая ненависть доказывает родство лучше всякой проверки.

— Могу сказать вам несколько слов наедине? — спросил он маркиза.

— Не надо оставаться с ним без охраны, Эташ, — предупредила хищная брюнетка.

— Я не боюсь наглых мальчишек, Элодея! — довольно резко ответил ей молодой Маржеч. — Ни этого, ни другого! Окно открыто, стоит мне подать знак и одну из девчонок выбросят во двор. Надеюсь, господин рыцарь этого не желает, и будет вести себя благоразумно. Идите!

Досет вывел под руку разъяренную Элодею. Слуги закрыли за ними дверь и тоже удалились. Эташ сделал шаг ближе к Дику. Он двинулся вперед решительно, но видно, что ему не слишком уютно вести переговоры без своих друзей.

— Что вы хотели, рыцарь?

— Вы мастер подслушивать, господин Маржеч. Если считаете, что можно говорить свободно, полностью верю вам. А то, что вы боитесь меня убить, ещё не делает вас честным человеком. Что собираетесь делать? Инар всё равно выйдет на поединок и победит. Буду его представителем или нет, неважно.

— Если я могу помешать вам явиться вовремя на площадь, то ему и подавно, — уверенно ответил Маржеч. — Довольно одной минуты опоздания, чтобы наследство стало моим.

— Дальше. Что будет с Инаром?

— Он должен исчезнуть, — недовольно поморщившись, ответил Эташ.

— Вы готовы убить своего брата?

— Этот змееныш мне не брат, — холодно повторил Маржеч, хотя в лице его таилось недовольство человека, которого загнали в угол. — А если и так, отец во всеуслышанье завещал мне убить его. Чтобы никто не смел бросать тень на нашу родовую честь!

— За что вы больше ненавидите его? За то, что он отнимет у вас титул и богатство или за то, что он сын прачки? — очень тихо спросил Дик.

По лицу Эташа прошла судорога отвращения.

— Не отнимет, — сквозь зубы так же тихо ответил он. — Свидетелей нет, он не докажет наше родство. А клятву я на его месте давать поостерегся бы. Отец любил шутить и довольно зло. Вдруг он придумал это, только чтобы насолить всем нам?

— Возможно. Но вообразите на секунду, что у вас в самом деле появился брат, которого вы прежде не видели, поскольку росли отдельно. Допустим, вы близнецы. Сомнений в вашем полном родстве нет. Он столь же законного и благородного происхождения, как вы. И глядя в его лицо, вы видите себя, а не какого-нибудь самозванца. Но завещание отца дает наследство только одному из вас. Что бы вы сделали тогда? Тоже пошли сражаться против своего брата?

Эташ долго молчал, то ли придумывая ответ, то ли пытаясь представить себя в подобной ситуации.

— Подумайте, до вечера время есть, — усмехнулся Дик. — Последнее: вы собираетесь взять в жены Элодею? Если да, не советую.

— О чем вы? — молодой Маржеч слишком глубоко ушел в свои мысли, чтобы возмутиться всерьез.

— О прелести чувствовать себя отравленным. Пусть это всего лишь болотный гриб или другое снотворное в этом роде, всё равно пробовать не стоит. Тем более что вы после ее угощения, вряд ли останетесь в живых. Или вас ждет дуэль с другом. Что ещё менее приятно, чем пить яд.

— Спасибо за совет, — ледяным тоном поблагодарил Эташ. — В моем особняке довольно комнат и охраны. Желаю хорошо провести время, рыцарь. У нас ещё немало дел сегодня, позвольте мне откланяться, — он коротко кивнул и устремился прочь из комнаты. Это напоминало бегство, а не триумфальный марш победителя.

*****

Дик выглянул в окно и видел, как вся тройка верхом проехала ворота, которые тут же снова закрылись. С досадой бросив взгляд на противоположное крыло особняка и ряд открытых окон, Дик отправился гулять по дому. Комнаты открыты и пусты, но возле каждой лестницы, на каждом повороте стоит стража. Они настороженно провожали пленника глазами. Окон,