Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

нараспев благословляли каждого, кто, проходя, склонял перед ними голову. На одном углу Брим увидел большое серебристое яйцо — норшелитская часовня, полированные металлические бока которой отражали зеленый свет вечерних лун Гелика. Над входным люком сиял странный девиз ордена: «В разрушении возрождение; лишь через истину лежит путь к силе».

Когда глайдер проносился мимо темных ниш, в свете фар то и дело вспыхивали желто-зеленые глаза: саблезубые зверокоты, завезенные сюда давным-давно для борьбы с ордами грызунов и гигантских мотыльков, поджидали свою добычу. Впрочем, зверокоты выполнили свою задачу лишь наполовину, они продолжали уничтожать насекомых по мере их выведения, но грызунов, Felis Rothbaris, игнорировали начисто. Найти эффективную мышеловку Гелику не удалось…

Бесчисленные магазинчики — чаще всего просто небольшие ниши в стенах — освещали улицу огнем своих вывесок. И все равно слишком много брешей зияло в ряду домов, слишком много груд битого кирпича и штукатурки перегораживало улицы — подарки от Лиги Темных Звезд. Клавдия проезжала мимо них молча, но Брим ощущал кипевшую в ней ярость. Облачникам придется туго, если они не захватят Гелик, думал он.

На маленькой улочке, полной пестро одетых людей, таращившихся на Брима в мундире, как на привидение, Клавдия мастерски втиснула глайдер в крошечное отверстие у тротуара и заглушила генератор.

— Приехали, — с довольной улыбкой объявила она.

Брим огляделся по сторонам: магазины, люди, животные… В нос разом ударили десятки разнообразных запахов: пряности, разогретый металл глайдера, уличная пыль, духи Клавдии, горячее масло, даже камни мостовой, казалось, пахнут здесь как-то по-особенному. Потрясающее место, подумал он. Каждый квадратный дюйм стены был покрыт замысловатым рельефом: батальные сцены, норшелитские святые, причудливые допотопные звездолеты, драконы, жуткие твари из дальних миров — всего и не перечислить.

— Ведите меня, мой провожатый, — сказал он с улыбкой. — Сам я уже безнадежно заблудился.

— Мне приходилось слышать, что вы, рулевые, без штурманов шагу сделать не можете, — поддразнила его Клавдия (хотя шутка эта была старее самого звездоплавания), — но чтобы до такой степени…

— Покажите мне такого штурмана, который с первого раза найдет дорогу сюда — или отсюда, — и я готов съесть собственный скафандр, — отпарировал Брим, — если он, конечно, не геликанец. Похоже, вы рождаетесь с врожденными штурманскими способностями; иначе как вы вообще находите тут дорогу?

— Вы открыли нашу главную тайну! — с трагическим видом вскричала Клавдия. — Но мой способности ограничиваются тавернами — вроде этой. — Она указала на узкую дверь, украшенную замысловатой резьбой и светящейся яркой вывеской — Что-то там Нестерио, — прочитал Брим, вглядываясь в надпись. Все остальное было по-геликански.

— Рокоццианское кабаре, — объяснила Клавдия. — Вина и крепкие напитки — полагаю, за этим мы сюда и приехали.

Спускаясь по крутой лестнице, Брим придержал ее за локоть.

— Какая разница, на каком языке наклейка; главное — что в бутылке, — сказал он и рассмеялся. — На слух это напоминает изречения медведей с Содески. Но на самом деле это старая карескрийская пословица.

Клавдия улыбнулась ему в лицо.

— Что ж, это можно понять, — сказала она — Ага, — усмехнулся Брим. — Мы, карескрийцы, никогда не увлекались тайнами.

В слабо освещенной нише у основания лестницы их встретил мускулистый мужчина с пышной бородой, в алом, плотно облегающем костюме и забавных башмаках с загнутыми вверх носами. Его богато расшитый камзол украшали два ряда начищенных до блеска медных пуговиц и кружевной воротник. На широком кожаном поясе висел (прямо под правой рукой) кинжал в серебряных ножнах. Взгляд мужчины скользнул по мундиру Брима, он сощурил глаза и поднял их на Клавдию. Только когда она подняла руку в традиционном приветствии, он поклонился и раскрыл дверь.

— Прошу вас, мой прекрасный друг, — произнес бородач, и его лицо осветилось широкой улыбкой. — И вы, лейтенант, — добавил он почтительно, — будьте у нас в таверне как дома всякий раз, как почтите своим присутствием наш квартал.

Брим поклонился в ответ.

— Я глубоко польщен, — произнес он, подозревая, что таким радушным приемом обязан исключительно Клавдии.

Помещение за дверью оказалось длинным, узким и полным народу. Освещенное тусклыми керосиновыми лампами, подвешенными к каменным сводам, оно казалось удивительно древним — впрочем, возможно, оно и в самом деле было таким. Белая штукатурка на стенах и потолке давным-давно побурела от дыма; там и здесь виднелись резные деревянные пилястры, выкрашенные в веселый зеленый цвет. На маленькой эстраде в углу трое музыкантов исполняли странную, сложную мелодию. Голоса инструментов сходились и расходились, иногда в лад, иногда вразнос, но даже неискушенному уху Вилфа Брима было ясно, что это специфическая геликанская мелодика. В воздухе плавали облака дыма му'окки, слабого наркотика — считалось, что он обладает повышающими половую потенцию свойствами, — листья которого местные жители курили с незапамятных времен.

Их усадили за столик в такой крошечной нише, что у Брима не оставалось иного выбора, кроме как сесть напротив своей прекрасной спутницы — обидно, конечно, но ничего не поделаешь. По ту сторону прохода он увидел знакомое лицо — кто-то из гражданского начальства базы, с двумя привлекательными женщинами. Брим улыбнулся. Конечно, он всего лишь лейтенант, но Клавдия Вальмонт — С НИМ, а по сравнению с ее красотой бледнели обе спутницы этого типа.

— Нравится? — спросила Клавдия.

— Не то слово! — ответил Брим, устроившись на неожиданно удобной деревянной скамье. — И мне хочется, чтобы вы знали, какая большая честь для меня попасть сюда.

— Пожалуй, здесь редко бывают гости нашего города, — согласилась Клавдия.

— Я поняла это по виду вашего приятеля у входа.

Клавдия улыбнулась.

— Нестерио мой старый знакомый, — объяснила она, и щеки ее чуть порозовели. — Он… в некотором роде… покровительствует мне.

— С такими мускулами он и впрямь может служить надежной защитой, — с улыбкой заметил Брим. — Да, — тихо сказала Клавдия, опуская взгляд. — Друг детства… и более того. Два года назад он вытащил меня из-под развалин моего дома. Я пролежала там целый день, прежде чем он голыми руками откопал меня… — Она невесело усмехнулась. — Теперь, похоже, он ощущает себя ответственным за мою дальнейшую безопасность. И я стараюсь не подводить его.

— Клянусь бородой… — поперхнулся Брим. — Я и подумать не мог, что вы…

— Шрамы не видны, — ответила Клавдия. — Но детей у меня никогда не будет — да так и лучше, в наше-то военное время.

Брим не нашелся, что сказать. Много лет назад его маленькая сестренка умерла на его руках после первого налета Кабула Анака на беззащитную Карескрию — налета, стоившего Бриму почти всех родственников. Впрочем, делиться этими воспоминаниями он не стал — сам-то он вышел из-под тех бомбежек без единой царапины…

Симпатичная рыжеволосая официантка в белой юбке и ярко-зеленой блузке с пышными рукавами приняла их заказ: местный э'ланд для Клавдии и вино для Брима. После этого Клавдия немного расслабилась. Впрочем, Брим