"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Юля весело рассмеялась, стукнув Макса кулачком в плечо. Мощно так стукнув, намекая на то, что добыча является таковой только по своему желанию, и все может поменяться очень-очень быстро. Улыбаясь, они пошли в одному Максиму ведомом направлении завершать великолепный вечер.

На встречу с сидхе Макс прибыл через день. Не хотелось туда идти, но надо. Так что все произошедшее можно было рассматривать как маленький, но приятный демарш. Юля оказалась натурой увлекающейся, поэтому следующая за мистическим пикником ночь перешла в весьма приятный день, который, в свою очередь, опять плавно перетек в отличную ночь. Все эти день-ночь были щедро сдобрены страстью и вкусной едой, ароматным питьем и бесконечными разговорами ни о чем. Силы на продолжение действа приходилось восстанавливать Жизнью и себе, и партнерше. Давно Максиму не удавалось почувствовать себя беззаботным подростком, не обремененным кучей проблем и перманентным цейтнотом.

Эрледэ уже был на поляне. Сидел на своем любимом собственноручно выращенном корне и смотрел вдаль. Макс молча подошел и устроился рядом.

— Нагулялся? — поинтересовался сидхе немного сварливо.

— Да. Но так было надо, — коротко ответил парень. — Больно уж переживания от нового дара на голову давят.

— Ну надо, так надо, — кивнул сидхе, не вступая в дальнейший спор. — Держи.

В Максима прилетел свиток пергамента. Судя по силе броска, старик все-таки обижался.

— Это три основных конструкта Пустоты, которые помогут тебе овладеть новым даром, — прокомментировал Эрледэ. — Попробуй создать все три раз по пять, пока в голове не уложатся. Свиток потом вернешь.

— Не вопрос, — согласился Макс, включая Познание и погружаясь в чтение свитка.

Три конструкта: Росчерк, Опустошающий укол и Сфера пустоты. Первый — одиночная атака, стремительный разрез Пустотой. Быстрый, резкий прием, тем не менее весьма энергоемкий и мощный. Второе — бронебойный конструкт, призванный разрушить защиту, а потом нанести дублирующую атаку по той же траектории. Куда более затратный конструкт, скорее, как оружие первого удара для преодоления тяжелой защиты. Третье — чистая атака по площади, несущая в себе два вида разрушительных воздействий: само поражение Пустотой и ударная волна, вызванная вытеснением большого количества материи из заданного объема. Самое затратное из всех трех фактически — конец третьего круга, примерно, тысяча восемьсот парсов.

Максим понимал, что, скорее всего, натренировав магемы на этой стихии, он сильно снизит сопутствующие затраты и оптимизирует применение этих конструктов, но пока они внушали некий трепет просто своей прожорливостью. Росчерк потреблял порядка шестисот парсов, Укол — девятьсот. Рядовой одаренный, не являющийся Мастером, осушил бы себя за два-три применения. И долго бы бегал в итоге от противника, восстанавливая духовную силу, если в горячке боя промажет таким оружием. Высшая лига среди атакующих чар.

Эффект был впечатляющий!

Росчерк и Укол разносили камни, имитирующие цели, что с наложенными щитами, что без них, что называется — в труху. Скорость проявления делала крайне сложной вероятность увернуться, а сама архитектура конструкта, проявлявшая боевую часть непосредственно в цели или рядом с ней, вообще сводила такую опцию на нет. Только обладая сильными щитами и натренированной чуйкой опытного бойца, можно было как-то сопротивляться данным приемам. На ум еще приходили варианты сенсорики и видения духовной силы, но Максим и своими-то суперглазами не успевал за собственными конструктами, что уж говорить о тех, кто не тренировал такие навыки целенаправленно.

Поупражнявшись вдоволь, Макс вернул сидхе его свиток, не упустив возможности ответить на резкий бросок. Несчастное хранилище знаний полетело в остроухого, направленное мощным импульсом телекинеза. Впрочем, это не помогло. Эрледэ поймал рулон пергамента корнями, погрозил парню пальцем и опять рассыпался светлячками с напутствием: «Тренируйся, у тебя есть пара недель! Потом будет дело».

И Макс приступил к усиленным тренировкам. Создал себе кучу каменных колонн и начал колдовать Росчерк, в большинстве попыток делая упор на скорость, но иногда замедляясь, пытаясь прочувствовать, как он создается. Получалось хорошо: Пустота, как и Пространство, имела несколько иной принцип строения конструктов, чем остальные стихии. Не было никаких узлов преобразования: вся конструкция была направлена на контроль того, что уже существует. На второй день тренировок парень уже уверенно перешел на магемы. Еще пять часов, и магемы начали складываться настолько органично, что уменьшились затраты духовной силы. Доведя скорость создания до секунды, охотник решил отправиться проверять освоенное на практике. То есть чистить Сопряжение. Два оставшихся конструкта он пока не трогал — сперва основы, а потом уже изыски.

В детстве Максим любил поиграть в различные РПГ: как по-честному проходя игру, как это задумано авторами, так и с читами, в зависимости от настроения. Посещение Сопряжения для освоения нового дара в данный момент как раз напоминало игру с читами. Раньше рядовые урсидаи и так отлетали от одного удара Клинком. Когда же Макс начал тренировать на них скорость создания Росчерка, низшие хаоситы стали натурально лопаться, не выдерживая мощи самого слабого конструкта из арсенала Пустоты. Парень чувствовал себя каким-то ультимативным персонажем среди орды слабосилков.

Вожаки урсидаев, попавшие под каток тренировок новоявленного адепта Пустоты, от младших товарищей в этом плане вообще не отличились. Ракор, встреченный спустя почти час геноцида хаоситов, тоже пал с одного Росчерка, направленного точно в голову. Ее он, собственно, и потерял, остальное же тело осталось нетронутым.

Охотник еще час блуждал по Сопряжению, ища соперников посерьезнее, но, кроме парочки серпентаров и еще одного ракора, никого не нашел. Дальше в тоннель он углубляться не стал. Складывалось такое ощущение, что капрагину будет тоже достаточно пары Росчерков вместо одного, уж больно убойным оказался конструкт.

Скорость создания снизилась, примерно, на одну десятую. Еще пара дней тренировок, и все основные магемы для создания приемов Пустоты будут отработаны до приемлемого минимума. А потом можно будет и Опустошающим уколом заняться, а после — Сферой. Так, исходя из общей практики, изучение идет быстрее всего. Глядишь, через месяц-другой Макс и новые конструкты своей основной боевой стихии придумает. Мысли на этот счет уже появились.

Не забывал Максим в процессе и о своих медитациях. Регулярно, до пяти раз в день, он входил в медитативное состояние, стимулируя обмен энергией с духом и душой, стараясь настроить процесс так, чтобы он шел без его сознательного вмешательства, в фоновом режиме. Получалось не очень, зато имелись подвижки к тому, чтобы замкнуть кольцо циркуляции. Он уже достаточно уверенно мог поддерживать даже одновременный процесс обмена со своими тонкими телами,